'%\ 2>9I p Ш ^-ШЯКЯ^ВНкі ■л^л тж ш я* ^В *:> ... л ;
'-m^^^* **:- асчетных (в цеховом нной за менце месяца) (шй нарядов: ¥ внутреннчх^, начислений іа); щд р конце «Ч> 43^ за фЖіі^ск^ из производсі длановсщ^.оц§' пуска) Выполнбймя наря fi^ показа^ тценЩіа укцито^' Сметы п^гвьшолнен^ю наря, 1 I а) за экономию, получ/ 'от внутренних, меж вых начислений . месяца); xhl0 а 61 за чнстый пъЩэыа&і разовавшийсѴ ^тт конце года)/;^^^ /вн. ИІГЭХСІВ /ео bwwA^ *
'ЬШь W^4J^MAhi^SuuUAuw[ I 1 І » ^"rnr^i UcQiAM>Wt, Щѵилллмм м_ ^Г- .А*
1 I
ИСТОРВЧЕСКІЕ ОЧЕРКИ тшшищішишшті ШЖУСОТВА. Сочжнѳніе Ѳ. БУСЛАЕВА. ТОІГЬ I. ИЗДАНІЕ Д. Е. КОЖАНЧЖКОВА. САНКТПЕТЕРБУРГЪ. ВЪ ТВИОГРАФІЙ ТОВАРНЩЕСТВА «ОВЩЕСТВЕНИАЯ ПОЛЬЗА». 1861.
РУССКАЯ НАРОДНАЯ ПОЭЗІЯ. СОЧИНЕНІЕ Ѳ. Б У С Л А Е В ^Х >-^^ж^ЧЛ ВЪ ТИПОГРДФІВ САНКТПЕТЕРВУРГЪ. ТОВАРНЩЕСТВА «ОБІЦЕСТВЕННАЯ ПОЛЬЗі 18G1.
Гф*^ т ѵ Л ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЯЕТСЯ съ тѣмъ, чтобы по отпечатаніи представлено было въ Ценсурный Комитетъ узаконенное число экземпляровъ. С. Петербургъ, 24 Октября 1860 года. . Ценсоръ В. Бекетовз. \ЦТ\ПУ
f Въ «Историческихъ Очеркахъ Русской Народной Оловесности и Іскусства» собраны и приведены въ нѣкоторую систему жзслѣдованья и хараЕхеристики, разсѣянныя по разнымъ изданіямъ. Что Еазалось автору ошибочнымъ и неполнымъ, исправлено и попол- ' нено. НѣЕоторыя главы напечатаны въ первый разъ. «ИсторичесЕіе ОчерЕи» расположены въ слѣдующемъ порядЕѣ. І -t томъ содержитъ изслѣдованья по народной поэзш. Сначала идутъ главы, шѣющія предметомъ поэзію въ связи съ язьгкомъ и народнымъ бытомъ, потомъ —сравнительное изученіе СлавяясЕой поэзіи съ поэзіею прочихъ родственныхъ народовъ, затѣмъ національную поэзііо СлавянсЕИХЪ племенъ вообще, и наЕонецъ РусСЕую, по возможности въ хронологичесЕомъ порядЕѣ. Во 2-мъ томѣ разсматриваются народные элементы Древне-РуссЕОй дитературы и исЕусства. МонографичесЕІй способъ изложенія даетъ Еаждой главѣ самостоятельное цѣлоѳ, безъ отношенія еъ предыдущему и послѣдующему. Для точнаго опрѳдѣленія эпохъ въ исторіи РуссЕаго исЕусства, помѣщенные въ «МсторичесЕихъ ОчерЕахъ» рисунЕИ сняты (ЕальЕами, въ величину подлиннжЕа) тольео съ мишатюръ, находящихся въ руЕОписяхъ. Для общаго обозрѣнія прилагается хронологическіи перечень самыхъ рукописей съ разаніемъ снятыхъ изъ нихъ рисунЕовъ.
■шші w т ^ ШЧ'! .г I
ОГЛАВЛЕШЕ. Томъ I. Стран. I. Эпическая поэзія .........................................1 II. Русскій бытъ и пословицы .....................................18 III. -Миѳическія преданія о человѣкѣ и прііродѣ.......................... 1 37 IV. Юбластныя видоизмѣненія Русской народности ......................... 151 V. Объ эпическихъ выраженіяхъ Украинской поэзіи ....................... 210 YI. О сродствѣ Славянскихъ Внлъ , Русалокъ ц Полудшщъ съ Нѣмецкиміі ЭльФами и Валькпріями ............................................... 231 VII. Языческія преданья села Верхотпшанки ............................ 242 VIII. О сродствѣ одного Русскаго заклятія съ Нѣмецкимъ, относящимся къ эпохѣ язьпеской. 250 IX. Древне-сѣверная жпзнь ..................................... 257 X. Пѣсни древней Эдды о Зигурдѣ и Муромская легенда ...................269 XI. Сказаніе новой Эдды о сооруженіи стѣнъ Мпдгарда и Сербская пѣсня о построеніи Скарда. 301 "^^ХІІ. Славянскія сказки ................................ '. ....... 308 -^< ХШ. Древнѣйшія Эпическія преданія Славянскихъ племенъ .......^>........... 355 XIV. Русская поэзія XI и начала XII вѣка ............................. 377 ^СХѴ. Русскій народный эпосъ ..................................... 401 XVI. Волотъ Волотовичъ ........................................ 455 XVII. Замѣчателыше сходство Псковскаго преданья о горѣ Судомѣ съ однимъ эпизодомъ Сервантесова Донъ-Кпхота ................................... 464 XVIII. Русская Поэзія XVII вѣка .................................... 470 XIX. Повѣсть о Горѣ-Злочастіи ................................... 548
» ѵщ ■*.;' 'Шіі
ХронодогичесЕІй перечень руЕонисеи, съ уЕазаніемъ снятыхъ жзъ нихъ рисунЕовъ. XIV вѣкъ. Томъ. Стр. 1. Пергаментная Псалтырь XIV в., въРумянцовскомъМузеѣ, J\S327. Въмал. лисгь. 3 русунка ..........................................II 326 XV вѣкъ. 2. Палея, пвсанная въ Новѣгородѣ дьякомъ Несторомъ, въ 1477 г. Въ Сннодальной Библіотекѣ, Ш 210. Въ лнсть. 7 рисунковъ ........................................ П 325 3. Псалтырь, писаниая въ Угличѣ Ѳедоромъ Клпментьевымъ Шараповымъ, въ 1485 г. Въ Публичной Библіотекѣ. Отд. I, Л5 5 (ГраФа Толстова, Отд. 1, № 32). Въ л. 18 рисунковъ ....................................... П 204 II 205 II 207 II 209 II 210 II 212 П 231 XVI вѣкъ. 4. Козма Индикопловъ, въ Макарьевской Четьи-минеѣ, на мѣсяцъ Августъ. Писанъ, вѣроятно, въ Новѣгородѣ, въ 1542 г. Въ Синод. Библ. № 997. Въ л. 5 рисунковъ ...........................I 617 II 206 П 325 5. Шестодневъ Іоанна Экзарха, въ Руманц. Музеѣ, М 194. Въ л. 1 рпсунокъ ......................................... II 287 6. Толкоеый Апокалипсисв, прпнадл. автору. Въ 4-ку. 6 рисунковъ ........................................ U 138 II 147 П 314 П 325 7. Царственная кнша, въ Синод. Библ. Ш 149. Въ л. 16 рисунковъ ....................................... П 312 XVII вѣкъ. 8. Псалпшрь, ппсанная въ 1600 г. по повелѣнію боярина Дмптрія Ивановича Го-
Томъ. Стр. J дунова. Въ Библіотекѣ Московской Духовной Академіи, чтб въ Троицкой Сергіевой Лаврѣ. Въ листъ. 8 рисунковъ ......................................... II 214 II 231 9. Лицевой Лодлинншъ, въ Библіотекѣ ГраФа С. Г. Строганова. Въ 4-ку. 17 рисунковъ .......................................II 229 II 348 10. Лицевая Библія, въ Библ. ГраФа А. С. Уварова, Дв 34. Въ мал. л. 8 рисунковъ ........................................ I 440 I 489 I 624 II 153 П 218 II 228 11. Стодикъ, въ Публичн. Библ. Отд. I. Л5 324 (Толст. 1. J\5 184). Писанъ не позднѣе 1640 г. Въ листъ. I рисунокъ ........................................ I 624 12. Сборникъ съ Синодикомв, принадлежащій автору; писанъ не позднѣе 1652 г. Въ 4-ку. 5 рисунковъ .......................................... I 624 П 121 U 384 13. Рукописные рисунки, которыми украшены поля Налойной Псалтыри, въ листъ, печатанной въ 1633 г., и данной вкладомъ къ Троицѣ въ Сергіеву Лавру въ 1659 г. II рисунковъ .......................................П 21 II 292 П 384 14. Хроноірафъ, въ Публичн. Библіот. Отд. IV, Ж 151. Въ л. 7 рисунковъ ................................I 629 II 302 15. Александрія, въ Библ. И. Е. Забѣлина; въ л. 7 риі^нковъ ..................... • ..... II 371 16. Житіе Василія Новаго, въ Библ. И. Е. Забѣлина; въ 4-ку. 3 рисунка ............................I 435 П 119 П 384 17. Архіерейскій Слуоюебншъ, писанъ въ 1665 г. въ монастырѣ Спаса Новогорода Сѣверскаго. Въ Свнод. Библ. J\S 271. Въ л. 1 рисунокъ. . ........................... П 388 18. Книга о Сивиллахъ, въ Румянц. Муз. 1672 г. Ш 227. Въ л. 5 рисунковъ ........................... II 364 19. Сказаніе о Тихвинской Иконѣ, въ Библ. ГраФа А. С. Уварова; въ 4-ку. Ш804. 6 рисунковъ ........................... U 280 20. Сійское Евангеліе съ Мѣсяцословомъ, данное вкладомъ въ Сійскій монастырь въ 1692 г, Въ л. 26 рисунковъ .,..,,..,.,,.,............ II. 86 II 38§
Ill Тоиъ. Стр. 21. Сборникъ съ Синодикомъ, принадлежащій автору. Въ л. 12 рисунковъ ..........................I 49і I 624 II 121 П 287 П 319 ХУІІІ вѣкъ. 22. Толковый Апокалипсисъ, писанный въ 1705 г., въ 4-ку. Принадлежвтъ автору. 3 рисунка ............................. П 138 23. Соломонъ, въ Библ. И. Е. Забѣлииа. Въ 4-ку. 1 рисунокъ ...................................I 492 24. Лицевая Библія, съ повѣстямп йзъ Патериковъ. Въ Публичн. Библ. Отд. 1, Ѣ 91. (Толст. 1. Ѣ 24). Въ л. 1 рисунокъ ............................ II 291 25. Толковый Апокалипсисъ, въ Публ. Библ. J\S 229, въ 4-ку. 2 рисунка ............................ П 133 П 138 26. Толковый Апокалипсисъ, принадлежитъ автору. Въ л. 2 рисунка ..................................П 138 П 371 27. Житіе Евфросиніи Суздальской, въ Библ. ГраФа А. С. Уварова; въ л. JB 106. I рисунокъ ........................... П 384 28. Лицевой Сборникъ, съ раскольническими рисунками, принадлежитъ автору. Въ 12-ю д. л. 10 рисунковъ ..........................I 629 П 119 29. Еще Лицевой Сборникъ, съ Пляскою Бѣсовъ, принадл. автору. Въ 12-ю д. л. 8 рисунковъ ...........................I 629 30. Лищевой Лодлинникъ, на 12 болыпихъ листахъ. Принадлежитъ автору. II рисунковъ .......................... jt П 390 щ
Л\ I. >. . •
I. Языкъ. Періодъ Д0-ЦСТ0РИЧЕСК1Й. Въ самую раннюю эпоху своего бытія народъ имѣетъ уже всѣ главнѣйшія нравственныя основы своей національности въ язьщѣ и миѳодогіи, которые состоятъ въ тѣснѣйшей связи съ поэзіею; нравомъ, съ обычаями и нравами. Народъ не помнитъ; чтобъ когда нибудь изобрѣлъ онъ свою миѳологію; свой языкъ, свои законы; обычаи и обряды. Всѣ эти національныя основыуже глубоко вошли въ его нравственное бытіе, какъ самая жизнь, пережитая имъ въ теченіе многихъ до-исторвческихъ вѣковъ, какъ нрошедшее, на которомъ твердо нокоится настоящій порядокъ вещей и все будущее развитіе жизни. Потому всѣ нравственныя пдеи для народа эпохй нервобытной составляютъ его священное преданіе, велпкую родную старину^ святой завѣтъ предковъ потомкамъ. Слово есть главное и самое естественное орудіе преданія. Къ нему, какъ къ средоточію, сходятся всѣ тончайшія нити родной старины, все великое и святое, все, чѣмъ крѣпится нравственная жизвь народа. * - Начало поэтическаго творчестватеряетсявътемной, до-исторической глубинѣ, когда созидался самый языкъ; и происхожденіе языка есть первая, самая рѣпштельная и блистательная попытка человѣческаго творчества. Слово—) не.условный знакъ для выраженія мысли, но худОжественный образъ, вы-і званный живѣйшимъ ощущеніемъ, которое нрирода ижизнь въ человѣкѣ воз-( будили. Творчество народной Фантазіиненосред«твеннопереходитъотъ языка къ поэзін. Религія есть та господствующая сила, которая даетъ самыйрѣши-
— 2 — тельный толчекъ этомутворчеству, идревнѣйшіе миѳы, соіфовождаемые обрядами, стоятъ на пути созиданія языка и поэзіи, объемлющей въсебѣ всѣ духовные интересы народа. Состоя въ неразрывной связи съ върованьемъ, закономъ, нравственнымъ поуненіемъ, съ обрядомъ и обычаемъ, первыя словесныя произведенія народа носятъ на себѣ характеръ религіозный и поучительный. Удовлетворяя, такъ сказать, теоретическому пониманью, они имѣютъ и практическое значеніе обряда. Эта цѣльность духовной жизни, отразившаяся въ словѣ, всего нагляднѣе опредѣляется и объясняется самимъ языкомъ; потому-что въ немъ одними и тѣмн же словами выражйнщщпонятія: говоритъ и думать, говорить и дѣлатъ; дѣлатъ, пѣть и чародѣйствовать; говоритъ и судитъ, рядить; говоритъ и пѣтъ; говоритъ и заклинатъ; споритъ, дратъся и клястъся; говоритъ, пѣтъ, чародтствоватъ и лѣчитъ; говоритъ, видѣтъ и знатъ/ говоритъ и вѣдать, рѣшатъ, управлять. Все это разнообразіе понятій, соединенныхъсъ значеніемъ слова, подчиняется, какъ увидимъ, одномуосновному убѣжденію, глубоко-вкорѳнившемуся въ народѣ. 1 ) Говоритъ и мыслитъ. Слово гадатъ у насъ значитъ собственно думать; въ малорусской поэзіи гадатъ употребляется какъ синонимъ глаголу думатъ, въ обычномъ тавтологическомъ выраженіи : думаетг-гадаеіт (думае-гадае); у западныхъже Славянъ, у Поляковъ, Чеховъ гадать (gadaCj hadati) значитъговорить, точно такъ-же, какъ и въ санскритѣ гад говорить, въ литовскомъ gadijos называюсь, и съ перемѣною г въ ж (какъ у насъ годитъ и ждатъ) zadas языкъ, рѣчь; zodis слово; кельтск. gadh слово, звукъ. Наши предки чувствовали въ оловѣ «гадать» соединеніе двухъ понятій : мыслить и говорить , что очевидно изъ толкованія неудобь-познаваемымъ рѣчамъ (Калайд. Іон. Екс. Болг. 197), въкоторомъ, междупрочимъ, объясняется: «гаданіе—съкръвенъглаголъ», то-естьсокровенноеслово, нетолько мысль вообще, но и таинственноеизрѣченіе, а также ворожба, потому-что гадатъ значитъи ворожить, а вмѣотъ и изрекать непонятныя слова — загадывать. 2) Говоритъ и дѣлать, управлятъ; говоритъ и судитъ, рядитъ. До-сихъпоръ еще у насъвъ языкѣ сохранилась частица де, въ старину дей — остатокъ глагола дѣяти въ значеніи говорить, какъ читаемъ въ Ипат. Спискѣ Лѣтоп. 57: «Бога еси почестилъ, аже дѣеши: ты мой еси отецъ». У Чеховъ, дѣю,дѣтиЩш, djti) значитъ говорить. Такъ-какъ съ понятіемъ дѣла постоянно соединяется мысль о его качествѣ, то-есть, дѣло правое, или неправое, то весьма-естественно правда могла получить смыслъ дѣла, и правмоть —дѣлать, потому въ старинномъ языкѣ часто встрѣчаемъ, вмѣсто дѣлать, правптъ. Въ Ипат. Спискѣ Лѣтоп. 60: «сего не правьте», то-есть не
_ 3 — дѣлайте; какъ и теперь говорятъ: челобитье править; поклонъ править. Глаголъ правиш, заключающій въ себѣ понятіе о правильномъ и законномъ дѣйствіи, переходитъвесьма-естественновъ значеніе говорить: по польски, почешки: prawic, prawiti значитъ говорить, разсказывать. Законъ и правда, какъ идей семейнаго и общественнаго порядка, вытекающія изъ общихъ началъ духовной жизни эпохи первобытной — входятъ въ тотъ же общій разрядъ понятій, который составляетъ основу народности. Законъ иправдаустановляются обычаемъ; обычай держитоя преданіемъ, то-есть, сообщеніемъ правды отъ одного поколѣнія къ другому. Слово, рѣчь — этотъ главныи и естествепныйпроводникъ понятій и сужденій между лицами, составляющими общеетво — есть та нравственная среда, въ которой вырабатывалась идея правдыи устанавливался юридическіи обычаи. Потому самое собраніе лицъ для рѣшенія вопросовъ по дѣламъ закона и правды, пазывается вѣче (отъ гл. вѣтити, вѣщати, ennamuj. Отъ гл. реку,' слово pons, первоначально имѣющее смыслъ рѣчи, изрѣченія, потомъ развило при себѣ цѣлый рядъ понятій юридическихъ. Это особенно видно въ нарѣчіи Чешскомъ и частію въ Польскомъ. Въ Чешкомъ роке озпачаетъ: 1) рѣчь, слово; 2) обрученіе, сговоръ, sponsalia; 3) собраніе, и именно съ цѣлью юридическою, совѣтъ, вѣче, landtag, comitia; 4) онредѣленное, пазпаченноевремя, судебныйсрокъ, tempus dictum, (слич. срокъ отъ гл. peuyj; 5) время вообще и въ особенностигодъ, и наконецъ$р) судьба. Въ Польскомъ, кромѣ года и времепи, слово pom имѣеТъ то же юридическіи смыслъ, по объясненію Линде, въ его Польскомъ Словарѣ: «rok w prawie, termin, kadencya, — eingerichtlicher termin, vorladungstermin, erscheinungslermin, gerichtstermin.—Pom, въ смыслѣ свадебнаго сговора и судебнаго ивообщеюридическаго, общественнагосовѣщанія, даетъ разумѣть о томъ, что уже въ первобытную эпоху бракъ у Славянъ освящался, кромѣ религіи, юридическими обычаями и обрядами, скрѣплялся идеями о правахъ и обязанностяхъ. Какъ слово pomзначитъи судьбаисговоръ, такъ и суженый, суженая, т. е., женихъи невѣста, происходятъ отъ судъ, cydumbj откуда судьба. Преслѣдуя ту же юридическуюидею, Русскій народъ самый бракъ назьшаетъ закономз. 3) Разговариватъ, споритъ ирлясться, проклинать. Весьма любопытно въ исторіи языка древнѣйшее и столь загадочное слово ротитися. Существительное рота —присяга, встрѣчающееся уже въ Х-мъ вѣкѣ въ Фрейзингенскихъ памйтникахъ, имѣетъ при себѣ позднѣйшіяФормы: рета и реть, съ весьма-обыкновенноювъ нашемъ языкѣ перемѣною о въ е. Пашидревніе словарп хотя и объясняютъ нѣсколько значеніе этого слова, по не указываютъ на первоначальноѳ его происхожденіе. По Памвѣ Берындѣ и Лаврентію Зи-
;;■"■■■■■•"•"' :тКЬѵ ^ _ 4 - ы, I; '" >«' затю; рояга, ре/иь значитъ не только присяга, но и сноръ, размолвка, ссора, битва, а также и «вытѣчка конская», какъ выражается первый изъ этихъ лексикограФОВъ, откуда объясняется ретивый, какъ эпитетъконю. Въ «Актахъ Историческихъ» уеіпъ употребляетсявъсмыслѣ ссоры: «доколѣ рети; и шептанія, и суесловія, и чего ради?» (І; 381). Древнѣйшее обычное выраженіе для языческой клятвьі было «на роту» или »ротѣ ходить». Въ «Древнихъ Русскихъ Стихотвореніяхъ», вмѣсто ротиться, упогребляется ротиться, въ томъ же значеніи : «божилъ ся добрый молодсцъ, ратился, а воякими ненравдами заклинался». Ни коимъ образомъ нельзя предположить, чтобъ это слово; столь первобытное и столь вкоренившееся вънашемъ языкѣ, не имѣло родственныхъ себѣ словъ въ другихъ языкахъ индоевронейскихъ. Но, чтобъ стать на вѣрномъ нути для сравнительныхъ ноисковъ, надобно прежде всего взять въ соображеніе то; что слово j>oma образовалось но организаціи славянскаго языка, употребляющаго гласный звукъ послѣ плавныхъ р, л, въ тѣхъ случаяхъ, гдѣ прочіе индоевропейскіе языки ставятъ гласный передъ плавнымъ; сличите: брада bart, шлемя helm; и если слово начинаетсяслогомъ, состоящимъ изъ одного плавнаго и одного гласнаго звука, то у насъвначалѣ стоитъплавный, въ другихъ языкахъ гласный; напримѣръ аіка рака, древневерхне-нѣмецкое albiz, англо-сакское elfet, а у насъ лебедь. Хотя въ старину въ нѣкоторыхъ словахъ и у насъ выставлялся гласный передъ плавнымъ, однако впослѣдствіи, по свойству языка, гласныйуступалъ первенствоплавному; напримѣръ, алкатъ ж лакать; лакомыщ въ древности алдія, алніи — потомъ ладъя, лань. Къ этому присовокупилось еще другое требованіе, столь же свойственноенашему языку, именно: всѣми средствами избѣгать звука a въ началѣ слова: алтауъ, аблопь, потомъ олтарь^ яблонь: такъ и олпій имѣетъ другую Форму олень, елень. Если вышеизложенныйзаконъ о плавныхъ звукахъ приложимъ къ слову рота, то въ языкахъ индоевронейскихъ должнымы предположить Форму орт, или, ещеправильнѣе, арт; ибо въ коренныхъиндоевропеискихъязыкахъ нашимъ о, е обыкновенносоотвѣтствуетъ а. И дѣйствительно, въ санскритѣ находимъ буква-въ-букву Форму арт, и въ томъ же значеніи, какъ и иашарот/ш.- именно, нотолкованію Боппа: ire, aemulari, certare; imperare, vituperare. Значеніе глагола арт — ходить нисколько не затрудняетъ дѣла, и Памва Берында нарѣчіе «ретио» объясняетъ, междупрочимъ, «убѣгаючися». Изъ значенія какъ нашей роты, такъ и санскритскаго арт, явствуетъ, что первоначальный смыслъ этихъ словъ былъ: идти, двигаться, и потомъ разговаривать, выражать словомъповелѣніе, неудовольствіе, поносить. Съ бранью на словахъ могла соединяться и битва оружіемъ.
Нашему ротитися въ готокомъ переводѣ Св. Писанія Ульфилою, соотвѣтствуетъ aikan — говорить, съ предлогомъ af — oms: afaikan. 4) Говорить и лѣчитъ, ворожить, чародѣйствовать. Отъ глаголаба-ять происходитъбалій, уже въ Фрейзингенской рукоішси употребляющееся въ значеншврача, а потомъ это слово получило смыслъ колдуиа; такъ въ «Азбуковникѣ» объяоняется: «балія ворожея, чаровникъ; бальство ворожба». И наоборотъ, корень emdj откуда происходитъ слово вѣдъма, у Сербовъ получаетъ значеніе лѣченья : видати—лѣчить, видар —лѣкарь, точно такъ, какъ отъ глагола вѣщйть, то-есть говорить, у Сербовъ віештац — колдунъ и віештица — колдунья, а у насъ, въ Вологодской Губерніи, вещетинъе уже лѣкарство. Точно такъ же и врачъ у Сербовъ и Болгаръ получилъ смыслъ колдуна, предсказателя, какъ и у насъ въ старину врачеватъ — значило колдовать, и наконецълѣкарь (отъ корня лѣт—значитълѣкарство), уже у Ульфилы встрѣчающееся въ томъ же значеніи (leikeis, lekeis) и распространившееся по всѣмъ, какъ нѣмецкимъ, такъ и славянскимъ нарѣчіямъ, имъетъ при себѣ и значеніе колдуна; такъ, напримѣръ, въ средне-верхненѣмецкомъ lachenaere — колдунъ, lachenaerinne — колдунья. Въ «Древнихъ Русскихъ Стихотвореніяхъ» докторамъ, то-есть лѣкарямъ, приписываетсяволшебство: «Ты поди, дохтуровъ добывай, волхи то спрашивати» (15). Домострой предостерегаетъ отъ «волхвовъ съ кореньемъ и съ зельемъ». По свидѣтельству Кирика, въ XII вѣкѣ матери носшшбольныхъ дѣтеіікъволхвамънаисцѣленіе. 5) Поэзія. Хотя древнѣйшая словесность всякаго народа имѣетъхарактеръ по преимуществу поэтическій, однако обнимаетъ не одну только художественную дѣятельность, но бываетъ общпмъ и нераздѣльнымъ выраженіемъ всѣхъ его понятій и убѣжденіп. Потому поэзія получила въ языкѣ обширнѣйшее значеніе. Вопервыхъ, какъ сказка или басня, она называется отъ глаголовъ сказывать, баятъ, точно такъ, какъ санскритское-гаЗ—говорить и наше «гадать» переходятъ въ литовское gied-mi, уже въ значеніи пою; греческое ето; —сначала рѣчь, слово, и потомъ та stctq — поэма, стихъ; нѣмецкое saga, sage—то же, что наше сказка; наконецъунасъ, въ древпѣйшую эіюху, слово употреблялось въ значеніи греческаго ета; и nfcMe^aroeage, что видно изъсамыхъ заглавій старинныхъпроизведеній: Слово о Полку Игоревѣ и др. Вовторыхъ, такъ-какъ слово и мысль въ языкѣ тождественны, то поэзія нолучаетъ названіе не только отъ слова, какъ внѣшняго выраженія оказанія, но и отъ мысли вообще: такъ отъ санскритскагоман—думать происходитъ существительноемантра—совѣтъ, слово, а потомъ гимнъ, священная пѣснь, какъ малороссійское дума употребляетея въ смілслъ пѣсни, отъ глагола думать, Втретьихъ. какъ слово есть вм$от$ И дѣйотвіе; поступокъ человѣка, *£' п<* 5 —
— 6 — такъ и поэзія получаетъназваніе отъпонятія о дѣлѣ: отъсанскритскагокрі— дѣлать существительное карман —дѣло; а по-латинитого же корня и того же образованія carmen—значитъ пѣснь; тоже и въ греческомъ языкѣ тоітцш, то-есть cтиxoтвopeнie^ отъ тсоіео дѣлаю. Вчетвертыхъ: въ языческія времена поэтъ почитался человѣкомъ знающимъ, мудрѣйшимъ, потому и называлоя вѣщищ а слѣдовательно былъвмѣстѣ и чародѣемъ, точно такъ, какъ прилагательный вѣщій образуетъ отъ себя въ сербскомъ существительное ejevuтац — колдунъ. Какъ латинское carmen (корень car-,-men окончаніѳ), такъ и наше чара —одного происхожденія, отъ санскритскагокрі, другая Форма котораго чар, потому-что к яч, въ санскритѣ, какъ и у насъ—звуки родственные. Что же касаетоя до вставки а въ Формѣ чар, образовавшейся изъ крі, то она вотрѣчается, по грамматическому закону, весьма-часто. —Такой же переходъ понятій видимъ въ готскомъ гипа, имѣющемъ въ финскомъ языкѣ значеніе нѣсни, а въ нѣмецкихъ нарѣчіяхъ значеніе тайны, загадки, чародѣйства. Впятыхъ, такъ-какъ съ понятіемъ пѣсни соединяется и понятіе о музыкѣ, то славянское гусла, отъ глагола гуду, первоначально значитъ пѣсніѵ, потомъ чаровапіе, а наконецъи язычеокаяч жертва и жертвонриношеніе, языческій обрядъ, въ готскомъ hnnsl, англосаксонскоеи скандинавское husl. Наконецъ, поэзія въ древнѣйшуюэпоху былавыраженіемъ не только миѳа и языческаго обряда, но и судебнаго норядка ; потому у Римлянъ carmen имѣло значеніе судебнаго изрѣченія, закона; точно такъ и славянское вѣщба, кромѣ чарованія и ноэзіи, имѣло смыслъ и юридическій, какъ видимъ изъ чешской поэмы «Судъ Любуши». Такимъ-образомъ самъ языкъ, какъ древнѣйшій пямятникъ до-исторической жизни народа, ясно свидѣтельствуетъ, что все разнообразіе нравственныхъ интересовънарода, въ первобытный періодъ его образованія, подчинялось стройному единству, потому-что въ ту отдаленную пору человѣкъ, еще не думая отдѣлять своего личнаго сужденія отъ своихъ убѣжденій и привычекъ, не могъ ноложить рѣзкихъ границъ тѣмъ отдѣльнымъ силамъ и направленіямъ жизни, которыя теперь называемъ мы дѣятельностью уиственною, художественною, закономъ и т. д. Въ ту эпоху важнѣйшимъ духовнымъ дѣятелемъ былъ языкъ. Въ образованіи и строеніи его оказывается не личное мышленіе одного человѣка, а творчество цѣлаго народа. По мѣрѣ образованія, народъ все болѣе-и-болѣе нарушаетъ нераздѣльное сочетаніе слова съ мыслью, становится выше словау употребляетъеготолько какъорудіе для передачимыоли и часто придаетъему иное значеніе, не столько со^ отвѣтствующее грамматическому его корню, сколько степениумотвеннаго и нравственнаго образованія своего. Вся облаоть мышленія нашихъ предковъ
ограничивалась языкомъ. Онъ былъ не внѣшнимъ только выраженіемъ, a сущеотвенною, составноючастьютой нераздѣльнойнравственнойдѣятельности цѣлаго народа, въ которой каждое лицо хотя и принимаетъживое участіе, но не выступаетъ еще изъ сплотной массы цѣлаго народа. Тою же силою, какою творился языкъ, образовались и миѳы народа, и его поэзія. Gooственное имя города или какого-нибудь урочища приводило на память цѣлую сказку, сказка основывалась на преданіи, частьюисторнческомъчастью миѳическомъ; миѳъ одѣвался въ поэтическуюФорму нѣсни, пѣснь раздавалась на общественномъ торжествѣ, на ниру, на свадьбѣ, или же на похоронахъ. Все шло своимъ чередомъ; какъ заведено было испоконъ-вѣку : та же разсказывалась сказка, та же пѣлась пѣсня и тѣми же словами, потому-что изъ пѣсни слова не выкинешь; даже минутныя движенія сердца, радость и горе, выражались не столько личнымъпорывомъ страсти, сколько обычными изліяніями чувствъ — на свадьбѣ, въ пѣсняхъ свадебныхъ, на похоронахъ въ причитаньяхъ, однаждынавсегда сложенныхъ въ старину незапамятную, и всегда повторявшихся почти безъ перемѣнъ. Отдѣльнои личности не было исходаизъ такого сомкнутаго круга. Языкъ такъ сильно проникнутъ стариною, что даже отдѣльное рѣченіе могло возбуждать въ Фантазіи народа цѣлый рядъ представленій, въ которыя онъ облекалъ свои понятія. Потому внѣшняя Форма была существеннои частью эпическоимысли, съ которой стояла она въ такомъ нераздѣльномъ eдинcтвѣ^ что даже возникала и образовывалась въодно и то же время. Составленіе отдѣльнаго слова зависѣло отъ повѣрья, и пѳвѣрье, въ свою очередь, поддерживалось словомъ, которому оно давало первоначальное происхожденіе. Столь очевидной, совершеннѣншей гармоніи идеи съ Формою исторія литературынигдѣ болѣе указать не можетъ. Изъ обширной области баснословныхъ преданіи остановимся на языческомъ вѣрованіи въ стихіи, получившемъ какъ въ жизнп, такъ и въ языкѣ столь пшрокій объемъ и важное значеніе. Такъ-какъ предметъ получаетъназваніе отъ впечатлѣнія, производимаго имъ на душу, то весьма-естественно однимъ и тѣмъ же оловомъ могли назваться: вѣтеръ, стрѣла и быстрая птица, потому-что всѣ этипредметыпроизводили ^ы©трое_впечатлѣніе. Такъ въ санскритѣ отъ аду быстрый, скорый, происходитъсъ окончаніемъ га (знач. идущій) —ару-га—собственно «быстро-идущій», и значитъ и вѣтеръ, и стрѣла. Какъ наше орелъ, готское ага, литовское errelis имѣютъ при себѣ въ санскритѣ прилагательное ара — быстрый, такъ и аду (откуда у насъ ясный, какъ свѣтлый, такъ и быстрый), съ измѣненіемъ нёбнаго с въ к? ц} по грамматическому закону; являетоя щ
— 8 — латинскомъ аси въ словѣ acu-pedeus (acupedeus) — быстроноіій, и въ aqui въ словѣ aquilla (какъ изъ санскритскаго many, латин. imui-s, такъ и изъ ару —латин. щиг). Такимъ-образомъ эпичеокій языкъ легко могъ приписать стрѣлѣ и птицѣ свойства вѣтра, и наоборотъ. У Славянъ вѣтеръ назывался стщ откуда богъ вѣтра Стри-богв, того же корня и стрѣла—слово, образовавшееся отъ глагола стрѣтщ черезъ прошедшую Форму. Отсюда понятна эпическая ФОрма въ «Словѣ о Полку Игоревѣ»: «Се вѣтри, Стрибожи внуци, вѣютъ съ моря стрѣлами». Такъ грамматическое производотво согласуется оъ миѳическимъ повѣріемъ и эпическимъ преданіѳмъ. Въ своемъ причитаньѣ Ярославна также высказываетъ убѣжденіе о силѣ вѣтра на стрѣлы, но, кромѣ-того, самому вѣтру приписываетъ крылья; какъптицѣ: «О вѣтрѣ, вѣтрило! Чему, господине, насильно вѣеши? чему мычеши хиновьскыя стрѣлкы на овоею нетрудною крилцю на моея лады вои?» Крылатый образъ вѣтра есть не случайная нрикраса въ слогѣ, но нредставленіе, основанное на естественномъ; первобытномъ сочетаніи впечатлѣній; производимыхъ быстротою вѣтра и птицы, и на нотребности олицѳтворить въ видимомъ образѣ невидимую силу вѣтра: въ санскритѣ^ гаруда, баснословная нтица, и вѣтеръ; въ латинскомъ vxiltur, коршунъ; стоитъ въ связи съ названіемъ вѣтра vulturnus, какъ aquilla оъ aquilo: «aquio venlus a vehemenlissimo volatu ad instar aquilla appellatur»; говоритъ Фестъ; въ греческомъ языкѣ такжевѣтеръ и нтица, avqw; и аетѵ? нроисходятъ отъ одного и того же корня ао^ атци. По Горанолло ; ястребъ (accipiter) съ распростертыми крыльями былъ образомъ вѣтра: «ita enim velox in volando sicut ventus». Въ средніе вѣка было новѣрье о тайной внутреннеи связи между орломъ и вѣтромъ. На вершинѣ дворца въ Ахенѣ Карлъ-Великій велѣлъ выставить мѣднаго орла; Французы обратили голову орла къ юго-востоку, а Нѣмцы—на занадъ^ давая тѣмъ разумѣть, что они; подобно вѣтру; ринутоя въ ту сторону, куда глядитъ орелъ. (Cm. Pertz Ъ, 622, подъ 978 г.)Въ Германш; въ XII вѣкѣ; это повѣріе было еще свѣжо въ памяти, о чемъ свидѣтельствуетъ Вельдекъ въ олѣдующихъсловахъ: «jarlanc Г ist reht; daz der ar (орелъ) winke dem vil zilezen winder. Вальтеръ Скоттъ разсказываетъ (въ «Пиратѣ») ; что на Шетландскихъ Островахъ заклинаютъ 1 бурю въ образѣ огромнаго орла — нредставленіе, лежащее въ основѣ за- / клятія Ярославны, въ «Словѣ о Полку Игоревѣ». Это повѣріе, вмѣстѣ съ названіями и эпическими Формами, такъ глубоко вкоренилось въ языкахъ индоевропейской отрасли, что его находимъ и на отдаленномъ сѣверѣ Европы и на югѣ. Такъ въ одной новогреческой пѢснѣ ястребъ заклинаетъ вѣтры, чтобъ они стихли; также и на Сѣверѣ, но иреданію скандинавскому, хищныя птицы крикомъ своимъ вызываютъ бурю изъ пещеръ.
— 9 — Въ языкѣ и преданіяхъ вѣтеръ стоитъ въ связи съ огнемъ. Отъ санскрит- ..-■ скаго глагола пу очищать происходятъ (*) существителышя тшвака огонь и павана вѣтеръ, которое съ переходомъ п въ ф, столь обычнымъ въ языкѣ готскомъ, являетоя въ немъ въ Формѣ fona ( 2 ); но въ значеніи огня нервоначальное значеніе санскритскаго глагола сохранилось въ латинскомъ purus; a въ значеніи огня встрѣчаемъ греческое тиір; древне-верхне-нѣмецкое Гіиг. 06щее представленіе и огию и вѣтру —очииі,еніе; нотому-что вѣтеръ такой же очиотитель отъ заразы и нечистоты, какъ и огонь; можетъ-быть, нотому-то вѣтръ, а равно и хищная птица, по-скандинавски называются hiaesvelgr ; тоесть пожирающій трупы—слово-въ-слово съ санскритскаго Kpereyada (орелъ, собственно: жрущіймясо). Въ скандинавской миѳологіи одинъ изъ Іотовъ называется потому Гресвельгъ: махая крыльями, производитъ онъ вѣтеръ. Какъ въ латинскомъ языкѣ отъ flo дую происходитъ flamma пламя, такъ и у насъ отъ глагола вѣю (санскритскаго ва) образуется не только вѣтри, но и ватра, въ чешскомъ и сербскомъ въ значеніи огня ; чрезъ причастіе страдательное ватый, ватъ (то-есть взвѣянный). Въ санскритскомъ вѣтръ —вата. У Славянъ, въ старину, ватра имѣло значеніе даже не просто огня; но огня небеснаго, молніи/ что виДйо изъ чешскихъ глоссъ Вацерада І202 года: «ѵаtra, fulmen. dictum a fuluore (sic) flamme; fulmen, quia infundit». Даже въ финскомъ языкѣ tuli, огонь; одного происхожденія съ tuuli, вѣтеръ. На сознаніи, хотя и несовсѣмъ ужъ ясномъ, объ очистительноп силѣ воздуха и вѣтра, a также и огня, основывается слѣдующая эпическая Фopмa^ въ сказаніи IX вѣка, о страшномъ судѣ, подъ пменемъ Muspilli: «enti vuir enti luft» iz allaz arfurpit», то-есть, и воздухъ и огонь все это очистятъ: глаголъ arfurpan очищать относится къ fmr огонь, какъ purus, purgare къ тшр. Съ обоюднымъ переходомъ понятш огня и вѣтра согласуется прекрасная эпическая Форма въ Нибелунгахъ о битвѣ: «Si sluogen durch die schilde, daz ez luogen (варіантъ: lohen) began «von viwerrolen (варіантъ у Лахманна: viur roten, fiures roten) winden, стр. 1999; здѣсь вѣтру приписывается свойство огня: огненнокрасный вѣтерп. Огонь и свѣтъ въ связн не только съ вѣтромъ, но и съ водою. Въ санскритѣ пат'іс значитъ какъ море, такъ и огонь, солнце. У насъ варъ имѣетъ смыслъ и воды, и вообще жару. Такъ Аѳанасій Тверитянинъ въ своемъ путешествіи говорнтъ: «въ Гундустани же сильнаго вару нѣтъ», то-есть жаС1 ) Съ окончаніями — ака — ана; а пав образовалось отъ пу точно такъ, какъ у насъ слава, слово отъ корня слу, слыть. ( 2 ) Санскр. павана сократп.іось ръ готское fona, какъ латицское mavolo въ таіо.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4