»лг!е!ві^ШМ!Р^іЙй^і^^^®в іЗ^Г_*~'^~~-4 і^^йрШ^ШЕі f'-feC, Jh_ — 40 — такъ и пооловица —ие только украшеніе пѣсіга и оказки, но и нравотвенный законъ и здравый смыслъ, выражепные въ краткомъ изречепіи^ которое завѣщали предки въ руководство гютомкамъ. Говорящему уже не нужно было трудиться въ пріискаиіи приличнаго выраженія для того нравственнаго закона, который бѳретъ онъ въ основаніе при рѣшеніи какого-нибудь частнаго случая. Стоило только вспомпить пооловицу, а она сама; какъ общая мыоль, невольно приходила на умъ, вызывае.мая житейскими дѣлами. Такимъ-образомъ слагалооь само-собою правильное умозаключеніе, какъскоро, при частномъ олучаѣ ; или меныііей посылкѣ; припоминалась относящаяоя къ нему пословща, то-еоть общая мысль; или большая посылка. Примѣръ такого силлогизма предлагаетъ слѣдующее мѣото въ «Словѣ о Полку Игоревѣ», состоящее въ примѣненіи пооловицы къ чаотному олучаю: «тяжко ти головы; кромѣ плечю; зло ти тѣлу; кромѣ головы: Русокой Земли безъ Игоря». Самъ сочинитель «Слова» овидѣтельствуетъ, что эта пооловица Боянова, слѣдовательно шла изстари; здѣоь же опа только приложена къ Игорю и Землѣ Русокой. Или же пооловица употребляется, какъ причина и основаніе; при частномъ случаѣ, что ясно видимъ въ испанскихъ романсахъ. Такимъ образомъ всякій повѣряетъ и укрѣпляетъ свой здравый смыслъ пословицею, правда которой непогрѣшительна. «Ядумаю», говоритъ сервантесовъ герой своему вѣрному Санчо; «я думаю, что нѣтъ ни одной пословицы, которая была бы ложна; потому-что всѣ онѣ не иыое чт6; какъ мысли, извлеченныя изъ опытяости, матери всякому знанію» (1; гл. 21). Даже человѣкъ недалекіи, отъ природы обиженныи умомъ, можетъ говорить умную правду, когда говоритъ пословицами. Особенно въ художественной Формѣ выступаетъ обычная правда пословицы, ея независимое отъ личности 'проиохожденіе ; въ романѣ Сервантеса и особенно въ лицѣ Санчо Пансы. Онъ отъ природы глупъ и склоненъ болѣе къ чувственнымъ нобужденіямъ, но говоритъ умно и нравствеішо, потому-что говоритъ такъ, какъ говорятъ всѣ въ его деревнѣ, то-еоть пословицами, и весь комизмъ его суждеыій состоитъ въ логическомъ противорѣчіи между больвшю посылкою, всегда умною, потому-что пооловица глупа не бываетъу и между тѣмъ случаемъ, который къ пословицѣ примѣняетоя. 4) Примѣта. Сновгідѣніе. Какъ въ жизни, такъ и въ ноэзіи нримѣта имѣла вѣщее значеніе. Въ Эддѣ примѣты отнесены къ числу рунъ. «Слово о Полку Игоревѣ» основано на мысли о сбывшемся предсказаніи, которое Игорь увидѣлъ въ затмѣніи солнца. Изъ множества примѣтъ, обращу вниманіе на вѣщій сонъ. Для наивной Фантазіи эпическаго періода между j)hoвидѣніемъ, дѣйствительностью и вымысломъ быда тайная связь; въ ноэзіи л\
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4