— 99 — людямъ впрокъ, какъ говоритъ слѣд. послов. въ сборникѣ Янькова: «отъ Кикиморы рубашкн не дожидаться». Впрочемъ областныя нарѣчія, напр. въ Южной Сибири; знаютъ и Полудницу, называя этимъ именемъ сверхъестественное существо, въ видѣ старухи въ лохмотьяхъ и съ всклоченными волосами: она будто бы охраняетъ огороды отъ опуотошенія. Согласно съ самымъ именемъ полуднщы и немилостивымъ е'я обычаемъ убивать въ полдень людей, если они замѣшкаются на работѣ, у насъ въ областныхъ нарѣчіяхъ, и именно въ Южной Сибири, употребляется глаголъ полудноватъ въ значеніи: жить послѣднія минуты передъ смертію. Отсюда обычная эпическая Форма въ Древн. Рус. Стих.: «едва душа въ тѣлѣ полуднуетъ». Миѳическое значеніе этого глагола окончательно доказывается Чешскимъ названіемъ болѣзни polednice, поПольски: dziewanna, т. е. diana^MH daemon meridianus. Воздѣлыванье земли, заставляя пахаря дожидаться илода отъ обработанной имъ нивы, нечувствительно пріучаетъ его къ одному мѣсту7 которое становится ему роднымъ; какъ ио труду, которыи онъ иоложилъ на него, такъ и по привычкѣ: «наѣздомъ хлѣба не напашешь». Твердая осѣдлость земледѣльца мѣтко выражается словомъ корень, которое въ нѣкоторыхъ областныхъ нарѣчіяхъ употребляется въ смыслѣ осѣдлаго, жилаго мѣста: вмѣсто «моя родина» говорятъ: «мой корень.» Иногда это слово употребляется и въ сокращенной Формѣ: корь: «на корю сидитъ», т. е. поселился. Такимъ образомъ осѣдлый земледѣлецъ какъ бы вкореняется на своей родной землѣ. Главная его дѣятельность на полѣ; лѣсъ—граница еіч) взорамъ на отдаленномъ небосклонѣ, а также и граница его воздѣланному полю; потому отъ слова^аменье —лѣсъ —пропсходитъ областное названіе границы: зараменъе, а также и просто рама. Въ преданіяхъ быта земледѣльческаго образовалось древнѣйшее понятіе о трехъ сѣменахъ —людскомъ, скотскомъ п земляномъ, сохранившееся въ слѣд. Сербскоі клятвѣ: «тако ми се не пскопала три cjeMena: людско, скотско и земальско!» Въ нашей народноп поэзіи «оставитъ на сѣмена* употребляется въ значеніи: оставить въ живыхъ хотя нѣсколько человѣкъ, чтобы не вымеръ весь родъ: такъ въ Древн. Рус. Ст. 92: Уйми ты своего слугу вѣрнаго, Оставь мнѣ силы хотя на сѣмена. Въ Словѣ о полку Игор., въ которомъ выраженія изъ быта грубыхъ звѣролововъ смѣшиваются съ картпнамп мирной земледѣльческой жизни, есть одиа весьма замѣчателышя эпическая Форма, въ которой жизнь человѣка выражена подъ образомъ посѣва и произрастанія: «тогда при Олзѣ Гориславличи сѣя- «
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4