— 109 — Волжскихъ: «на Болгѣ жить, ворами слыть»; объ Уральскихъ: «семеро пойдутъ —Сибирь возьмутъ.» Основаніемъ суду и правдѣ нословицы полагаютъ высокую нравственность, воспитанную тепльшъ христіянскимъ чувствомъ, которымъ согрѣты всѣ нравствениыя изреченія, осмотрительно приложенныя къ жизни здравымъ смысломъ народа. Правда, какъ jus divinum (no объясненію Вацерада), въ пословицахъ существенно отличается отъ суда: «правда суда не боится»; ибо «правда сама себя очиститъ:» она «хоть и груба; да Богу люба». Грѣхъ разумѣется отклоненіемъ отъ закона, преступленіемъ закона: «прежде законъ, нежели грѣхъ». Мѣра всякому дѣлу, удержаніе себя въ предѣлахъ —полагается основою правильной и законной жизни: «всякое дѣло мѣра краситъ». Самое зло произошло на свѣтѣ отъ выступленія воли изъ предѣловъ мѣры: «отпалъ бѣсъ вѣры, не познавщи своей мѣры». Добро состоитъ не въ знаніи, а въ дѣлѣ: Сербы говорятъ пословицею: «и чортъ знаетъ, что право; да не дѣлаетъ». —Любовь къ ближнему и доброе дѣло, какъ выраженіе этоіі любви — главнѣйшія основы нравственнаго чувства пословицъ. Эгоистъ, по здравому смыслу народа, не выполняетъ своего человѣческаго назначенія, потому что: «человѣкъ не для себя родится». Состраданіе къ ближнему есть дѣло взаимное, ибо бѣда надо всякимъ можетъ учиниться : «п надо всѣми не покрыто» —«вздохни, да охни! объ одномъ сохни; а какъ пораздумаешь, такъ и всѣхъ жаль» —потому что «и на волѣ слезъ вдоволѣ». Но такъ какъ «неравны и пальцы на рукахъ», а «который палецъ ни укуси —всѣмъ больно»: то человѣколюбивое чувство особенно нѣжно къ сирбтамъ и неимущимъ: Сербскія пословицы гласятъ: «дарующая рука—мать сиротамъ» —«изъ за спротъ и солнце сіяетъ»; —«сиротская слеза даромъ на грудь не канетъ» —говоритъ Русск. пословица. Терпѣливое и ровное перенесеніе всѣхъ случайностей жизни, какъ радостныхъ, такъ и печальныхъ, глубокой зад^тачивостью отзывается въ нѣкоторыхъ пословицахъ, подобныхъ слѣдующей: «въ печали не унывай, а въ радости не ослабѣваи»: тѣмъ окажешь въ себѣ ш/рное сердце, какъ говоритъ Сербск. послов. «мирное сердце Бога молитъ, а немирное слезы ронитъ». Такое ровное расположеніе духа прпдаетъ ясность и спокоиствіе взгляду на весь міръ, гдѣ «все добро, да не всякому на пользу». Самая смерть, хотя и страшптъ —ибо «животъ смерти боится»: однако она должыа быть ожидаема спокоііно, безъ ропота и ужаса: «смерть терпѣть легче, нежели ждать»; миновать же еянельзя: она, какъ и самая жпзнь, есть дѣло общее: «смерть окладное дѣло». Высокое нравственное чувство пословицъ, воспитанное благотворнымъ свѣтомъ Хрпстіянства, не могло иногда не оскорбляться поступками, унижающими человѣческое достоинство. Надобно однако замѣтить; что въ послови-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4