и. исага
ІСр Пбі КНИГА ДОЛЖНА БЫТЬ уК^ЗАнЖо —Гі 4 №|^4Г Ц /^1 Д^З' Л 1 /X /с? ^ 1 \
ПЕРВЫЕ ШАГИ КРАЕВЕДА Сборник статей ^ ПОД РЕДАКЦИЕЙ А. Дорогутнна и і/і. В. Муратова ь ПОСОБИЕ для школЬнЬіх работников и, начинающих краеведов „ОСНОВА" Иваново-Вознесенск 1926
ОСНОВА» № 121. Гипо-литография «Красный Октябрь* Книгоиздательского 1 -ва «ОСНОВА» Ив.-Возн. Гублит № 43. Тираж 5000 экз.
ПРЕДИСЛОБИЕ. Вопросы изучения местного края привлекают за последнее время общее внимание. О каждым годом увеличивается [количество кружков, обществ и музеев, ведущих большую работу по изучению местного края. Но чем шире развивается нраеведное движение, тем острее чувствуется лотребность в сответствующей методической литературе: на местах очень сильно ощущается недостаток книг, которые помогали бы Іачинающнм краеведам правильно поставить свою работу. Составители сборника стремились, хотя бы до некоторой степени, разрешить эту задачу. Они имелив виду дать статьи, содержащие указания, которые должны помочь ориентироШъся в различныхобластяхкраеведнойработы. Они не могли, конечно, предложить детально разработанные программы работы, так как такого рода издание может иметь место лишь пфименительно к одределенному району, особенностикоторого ясгли бы быть точно учтены. Но и сборник статей, намечающих пути исследовательской работы в более общей форме, тсомненно, является необходимым. Составление такой книги—очень трудное дело и соверненно естественно, что она не может быть свободна от тех шж иных недостатков. Но если сборник, хотя бы до некоторой угепени, заполнит существующий пробел, составители его іудут считать свою задачу выполненной. Было бы чрезвычайно важно, если бы краеведы поделишсь своими соображениями относительно сборника, напра- «іяя свои замечанияв адрес редакторов сборника; Н. А. Дороутина (Москва, Малая Грузинская, 15. Музей ЦентральноІромышленной Области) или М. В. Муратова (Москва, Стоювый пер., 13, кв. 1). ОООООООООООО
Н. А. ДОРОГУТИН. КРАЕВЕДЕНИЕ, ЕГО СОВРЕМЕННОЕ ЗНАЧЕНИЕ И РОЛЬ ЛЮБИТЕЛЕЙ Б ДЕЛЕ ИЗУЧЕНИЯ СТРАНЫ. За последние годы мы замечаем необыкновенное оживление в краеведческой работе, ведущейся на местах. Все новые ж новые кадры работников вливаются в ряды краеведов. Это заставляет о особенным интересом отнестись к проблеме краеведения. Чем вызван такой интерес к краеведческой работе? Каковы причины, приковывающие внимание широких прутов населения к работе по изучению местного края? Нет необходимости подробно говорить о том, как мало изучена наша страна. Достаточно привести несколько показарельных примеров. Когда в 1919 году с'езд по организация Института Исследования Сибири попытался подвести итоги изучению Сибири, он должен был констатировать, что картографические исслеіовання не коснулись 77% пространства Сибири, почвоведые—76%, 'ботанические—66%, фаунистические —66% и т. д. Мы видим, что огромные пространства нашей страны, преосходящие в несколько раз крупные европейские государства, казались совершенно не затронутыми исследованием и до сих ор остаются совершенно неведомыми и неизвестными. И это е исключение. Не потому, что Сибирь лежит далеко от цеп- ~ ов страны, —она так плохо исследована. Приблизительно, ту ке картину мы наблюдаем по отношению и к более близким центру местам, до Центрально-Промышленной Области вклютельно. «Существующие материалы по почвам ЦентральноПромышленной Области ограничены и не охватывают всей рбласти. Так, входящие в состав ее части Костромской, Рязанской и Калужской губерний лишены каких либо опубликованных почвенных данных как научно-описательного характера, І"ак и картографического», —вот отзыв специалиста-почвоведа ши попытке подвести итоги познанию почв центральных
губерний *). Имеющиеся материалы, однако, нисколько н улучшают дело: «большинство материалов по почвам устарел настолько, что в данный момент они представляют лишь ист, рический интерес, и эти материалы следует признать мал пригодными для научных обобщений и критических выводоі отвечающих современному почвоведению» **). ПриведеннЕ отзыв, касающийся одного из основных элементов природ] долженствующих иметь столь большое значение в хозяйсті нашей страны, показывает, как катастрофически обстоит дел с познанием России. И этот пример не является жжлючі тельным. То же самое должны были сказать об изучении Централ но-Промышленной Области другие специалисты-естѳственникі например, ботаники, зоологи и т. д. Действительно, примеров, вроде вышеприведенных, можі привести сколько угодно. Если спросить этнографа, хорошо л изучена в этнографическом отношении хотя бы Московска губерния, он должен будет констатировать, что имеющие; сведения крайне ограничены и неопределенны. Исследсваш последних лет наталкиваются на ряд таких неожиданносте о которых не могли подозревать наши этнологи. Оказывается, что чуть ли не под самой Москвой находит до сих пор совершенно неисследованные районы. Чтобы еще ярче оттенить выставленное положение, я нр веду одну заметку из газеты «Известия ЦИК ССОР» за 1924 которая лучше всяких слов покажет степень нашего знако ства со страной. Телеграмма гласит: '«Омск, 19 ноября. Оказ вается, в Сибири существуют деревни, о существовании кот рых до сих нор никто не подозревал. Недавно в Тарском уез обнаружен в 50-ти верстах от села Старо-Васильевского, реке Туй, до сих пор никому неизвестный поселок под наз ниш «Усть-Ишимский». В поселке имеется восемь изб, до ое| времени поселок никаких налогов не платил, и жители его Щ имеют никакого нредставления о налогах. «Найденный» нож лок находится в 1.000 верстах от Омска и в 400 верстах і | '.уездного города Тары» ***). Если даже предположить, что в этом сообщении имееи І какая го неточность, то самый факт, что такого рода извесп | мы можем встретить в газетах в ваши дни, показывает, неблагополучно обстоит дело с познанием частей, на котор разбивается наша страна. *) М. М. Филатов, «Почвы Центр. -Промышлешюй Области.-, сѴ' пень их носледованности и задачи дальнейшего изучения этих тш 7; ів «вязи с вопросами обрабопки и мелиорирования». (Обл. конфере цгая по йзучёиию ест. -произв. сил Ц.-П. 0., тезисы докладов, 1924 г., стр. 28). **) Там же. ***) «Известия ЦИК'а ООСР», 1924 г., № 265. . ■л
В чемже дело?—спросимігосле всего этого мы себя. Разве ^ прошлом бѳ велось никаких исследований, раз имеют место факты, приведенныевыше? Мы знаем, что это не так. Уже сыздавна велась краеведческая работа. Самые различные учреждения вели эту работу. Ведь для того, чтобы действовать в любой стране, области, губернии., уезде, нужно хорошенько изучить их. И самые различные учреждения—иногда из целей утилитарных—івели исследовательскуюработу по познанию областей России. В ней участвовали как государственныеучреждения (различногорода министерства, главные управления), так и местные органы (земства, городские самоуправления). Параллельно с этим разного рода научные, академическиеучреждения (университеты, научные общества при них) также способствовали разрешению указанного вопроса. Мы знаем колоссальные заслуги перед русским краеведениемтаких учреждений, как Российская Академия Наук, Географическое Общество, Общество ЛюбителейЕстествознания, Антропологиии Этнографии и т. д. Но задачи, стоявшие перед государствомв этой области, были настолько грандиозны, что одни государственныеучреждения, конечно, но могли справиться с ними. Не могли сделать это целиком и наши ученые специалисты, группировавшиеся вокруг тех или иных академическихучреждений. В этой области необходимо было как то разделить работу. Слишком грандиозная задача стояла перед страной. Было ясно, что без широкого общественного внимания ни государство, ни академические ученые учреждения не смогут выполнить задачи по изучениюстраны. Мы видим попытки академическихучреждений привлечь к работе местных людей—«любителей», у которых основным стимуломк работе было бескорыстпое желание, как следует изучить свой край, его прошлое, природу, хозяйство и т. д. Это «любительское» течение постепенно стало занимать все более и более значительное место среди других изучений того или иного края нашей страны. Отдельные любители-одиночки нередко вели эту работу каждый самостоятельно. Почтив каждом городе были известны один или два местных «знатока». В губернских центрах эти «любители» группировались вокруг местныхнаучных краеведческих обществ. За последние десять лет перед войной в отдельных губернских городах начали организовываться «Общества изучения местного края», ставившие своей задачей всестороннееисследованиесвоей губернии, области. Очень удачно охарактеризовывает в своей работе Н. Э. Сум этого любителякраеведа ■*). «Местный любитель—член и основатель большин- ■ *) Н. Э. Сум, «Местные провинциальные ученые организации». (Труды 1-го всерооеииок. «'езда любителей мироведешш, Петр., 1921 г.).
отва провинциальных обществ—ѳто крайне своеобразный тин, создавшийся в условиях русской общественности за несколько последних десятилетий. Невозможно отделить его интересы и, тем более, учесть результаты его работ. Слишком многогранны, всеоб'емлющи и те и другие. Занимая нодчас самое скромное общественное положение, не получив никакой специальной подготовки в области излюбленной им отрасли знания, местный любитель всю жизнь работает, что называется «с надрывом», не успевая довершить много начатого, бросая из-за спешки на половине только что взятую работу. Ему все кажется нужным, за многое он принимается, не расчитав сил. Но что самое ценное в его работе, чем местный любитель заслуживает полное право на всеобщее признание—это тот дух общественности, которым проникнута вся его деятельность, это глубоко внедрившееся в нем сознание своей личной обязанности вести работу, которая его захватывает, и вести ее ие только по мере сил и возможностей, но и стараться еще непременно вовлекать в нее и других. Вот потому-то так трудно бывает подчас проследить во 'всем об'еме работу провинциального любителя и невозможно учесть ее результаты. Это—тиничная работа внешкольника, который, забывая сплошь и рядом о себе, о своих личных интересах, старался как можно более окультз рить всех, с кем ему приходится соприкасаться, бросать направо1 иналево мысли, двигать на работу, будоражить застоявшуюся провинциальную, массу, являясь в то же время ферментом, носителем заразы, в виде стремления к знанию, к исследовательской творческой работе». Однако условия для развития общественной работы при старом режиме были весьма неблагоприятны. Поэтому и работа названных учреждений не могла принять той) размаха, которого можно было бы ждать от них. ' Таким образом, как видим, краеведческое изучение отдельных частей России складывалось из работ государствен - пых, административных, чисто - научных и общественных организаций. Однако огромная наша страна требовала и огромных работ в этой области. То, что делалось в этом направлении, составляет лишь небольшую часть того, что должно быть сделано. Несоответствие в этой области уже давно должно было бы быть осознано. Но условия, в которых находилась страна, былж таковы, что этот момент как то не приковывал к себе широкого общественного внимания, не вызвал тех опасений, которые он долясен быі бывызвать. Общественная работа в то время находилась в положении, которое не могло способствовать должному осознаванию всей Ьстроты этой проблемы. Давление государственной власти., боявшейся обнаружения всех своих недостатков и относившейся с опаской ко всякой общественной 8
ииициашиве, ■был» талдаво, что яе мошю развиться чувство! ответ- ■ствепто'сти у общества перед могущей произойти, вследствие недостточшж) изучения страны, катастрофой. Общество воспитывалось в таких условиях, которые не могли сноообстювать ооознаванию всей 'важности проблемы краеведения и ее іфавильного разрешения. Достаточно вспомнить ту необычайную оторванность от реальной почвы, потребностей страны, которая красной нитью проходит через всю культурную жизнь нашего общества. Не его вина в этом. Начиная со школы, все способствовало развитию указанных недочетов. На школьной скамье мы изучали все, за исключением того, что окружало нас, что являлось непосредсшенным об'ектом наших зрительных ощущений. Мы мало интересовались повнашием 'страны, и поѳтому неудивительно, что в наши дни один из американских деятеей в беседе с А. В. Луначарским обмолвился такой фразой: «Что касается рессурсов вашей страны, то наши знатоки Рос- -.ии, вероятно, знают их лучше, чем ваши» *). Итак, условия, в которых развивалась страна, не могли пособствовать развитию проблемы краеведения; работа велась тогда и большая, но в нее не были вовлечены широкие общетвенные круги. К тому же нередко не было и нужной согласованности работе. Производившиеся земствами, городскими самоупралениями всякого рода почвенные, географо-ботанические бследования, с прикладными задачами, стояли нередко вне 'сякой связи с работами научных о-в и университетов. Краеведные учреждения вели также 'самостоятельные исследования, порой ничем не связанные с работами вышеназванных органов. Нужной увязки в работах не было. Каждый действовал на свой страх и риск: ■«разным исследовательским дисциплинам по разному была и удача. Страна была изучаема звеньями, крючками. Создавалась краеведческая чересполосица» **). Некоторые части оказались хорошо исследованными в одних областях .знания, другие посредственно, были и такие, Щоторых совсем не коснулись исследования. Нодводя итог, мы должны сказать, что несмотря на то, что краеведная работа велась сыздавна, что ее вели самые различные учреждения, все же не было нужной осознанности того 'громадного значения, которое имеет проблема краеведения в жизни страны. Широкого общественного внимания эти вопросы не приковывали к себе. В силу этого и кадры краеве- *) Речь А. В. Луначарского на открытии 1-ой втароссийок. конференции научных об-в но изучению местного края. («Дневник конференции», № 3, М., 1921 г.). **) П. К. Казаринш, «На новых путях краеведения». (Бюллетень Эост.-Сиб. отд. Русок. Географ. О-ва, N° 6). а
дов были в прежнее время сравнительно малочисленны, оо бенно по сравнению с теми потребностями, которые вытекал из сущности этих вопросов. Итак, нужен был какой то фактор, который мог бы заст вить как общество, так и '(государство прочувствовать вес трагизм положения в этой области. И такой момент наступи во время войны. Война с чрезвычайной отчетливостью пот: зала, как мало изучены и как-плохо использованы произво;; тельные силы страны. События революционного времен гражданская война и разруха хозяйства 'заотавпли с еще 'бел шей отчетливостью прочувствовать необходимость хорош знать свою страну и учитывать ее рессурсы. Необходимо был возможно быстрее взять все на строгий учет; піриіроднь богатства страны, неиспользованные и незнакомые досел производительные силы, не исключая и человека. И при п пытках глубокого анализа, обстановки вое тот же вопрос вст вал во- весь рост—надо изучать страну слишком мало знаем е Наряду с этими причинами революция принесла ряд д;р', гих, которые отразились на том интересе и могучем росте кра ведческой работы, каковые мы наблюдаем сейчас. Революал сильнейшим образом сказалась на самосознании масс. Краев дение явилось своего рода мостом между наукой и масса1 Оно уже дало и должно дать впереди ряд благоприятных фа торов как для науки и культуры, с одной стороны, так и пр свещенияі масс—с другой. Еще один фактор, сильно способствовавший росту кра ведения, принесла с собой революция—это рефсірма шке В течение ряда лет делались попытки перестроить школу совершенно новых основаниях, отвечающих современным т, боваишм жизни и педагогики. В поисках верных путей не гогика и школа пришли к проблеме краеведения. И последи получило и получает сейчас новый приток живых работник® новые группы, которые пред'являют свои запросы и пытют| примкнуть к общей армии краеведов. Итак, как видим, война и революния принесли р-яд такЯ условий, которые должны были воочию доказать все значени краеведения. Они приковали к этому вопросу внимание швй ■ких общественных кругов и создали ту атмосферу, котор|: содействует широкому развитию краеведческой работы. Мы видим, как новые условия неликом изменили размі я самый характер краеведческой работы. Они придали сов® менному краеведению ряд таких черт, которые во многом сй лали его отличным от дореволюционного краеведения. Прежде всего каждому, соприкасающемуся сейчас с крШ ведческой. раіботой, резко бросается в глаза один признак, наблюдавшийся ранее. Это то, что краеведческая работа местах превратилась в настоящее краеведческое движен
благодаря притоку в ря^ы краеведных организацийшироких групп культурных работников, доселе стоявших вне этих рядов. Можно смело сказать,, что краеведение есть массовое движение. Мысль о привлечениик науке широких масс ныне проводится через краеведческий организм. Мы видим это на ряде примеров. Вспомним прежние архивные комиссии, наиболее распространенныйтип краеведческого учреждения на территории России в прошлые годы. Число лиц, принимавших активнее участие в работе комиссий, насчитывалось до 2—з десятков человек. Теперь, в большинстве случаев, картина иная. Заседания многих губернских учреждений, по преимуществу губернского типа, ліроходят при несравненно большем количестве участников. Ранее организованная краеведческая работа но общесгвенной линии ие шла далее губернских центров. Теперь мы видим массовую организацию краеведческихобществ и музеев в масштабе уезда, а в ряде губерний краеведческое движение докатилось до самых низов, и в ряде волостейуже существуют краеведческиеячейки, нередко тесно связанные с губернскими уездными организациями. Например, хорошо известно о-во изучения родного края в с. Коириио, Рыбинского у., Ярославской губернии,—в состав которого вошло почти поголовно лестноенаселение, и которое насчитываетв своих рядах свыше 2.000 человек членов. Цифра, которой позавидовала бы любая центральная научная организация. Точно так же в Малмыжском у.. Вятской губ., в с. Иово-Тупшкском, вокруг местного кузея об'единилось местноенаселение, которое самым деятельшм образом помогает ему. В Никольске, Северо-Двинской г., уездная ячейка имеет ряд филиалов в глухих углах этого уезда. В Ссфривской волссти, Сергиевского-у., Московской г.., — все школы тесно об'единены между собой, ведут -совместную краеведческуюработуи выпускают печатаемыйнастекло-графе краеведческийжурнал «Наш край». Мы видим, что при ряде фабрик создаются краеведческие ячейки: в Н. Тагильске, Свердловской г., в Орехово-Зуевеи др. Достаточнопросмотреть сеть краеведных учрежденийКостремокой губ. В каждом уездном городе имеется краеведческая организация, которая пускает свои корни в волюсги; в ряде сельских, центров уже соорганнзовалисьи іуіопешно действуют краеведческиеячейки. Свердловская, Рязанская, Иваново-Вознесенская и ряд других губерний имеют также хорошую сеть краеведческих организаций. И это движение докатывается нередко до самых глухих .углов: в Обдорске, Мурманске, в Усть-Каменногорске(Семипал, чуб.), в Бирскомкантоне (Башкирскойреспублики), в Верхнеп
.удинске, в Тулуне (Иркутской губ.), в Устъ-Цыльме и в др. отдаленнейших частях ССОР существуют и успешно развивают свою работу краеведческие ячейки, насчитывающие в своих рядах ио несколько десятков членов. И таких примеров бесконечно много. Все это доказывает, (то краеведческое движение докатилось до таких углов, до которых оно не доходило раньше никогда. Многие из этих мелких краеведческих организаций уже зедут интенсивную работу по изучению своего уезда, волости, „шіона. Некоторые из них уже выпускают самостоятельные тучные труды. Правда, еще далеко не все краеведческие ячейки преврагились в настоящие научные организации. Многие из них еще представляют собой об'единения, которые находятся только в первоначальной стадии научной работы или даже только подходят к ней. Но значение их все же велико. Это центры организации культуры на местах, и они тем дороги, что при правильном руководстве они смогут выдвинуть ряд научных работников, разрешать такие задачи и проводить такую работу, которые, несомненно, принесут свою пользу гаауке и местному краю. А тогда и они займут достойное место среди научных учреждений страны. Мы видим значительный интерес, проявляемый на местах к научной работе. Ведь такие факты, как проведение в 1923 г. .археологических работ специальной экспедицией в Изюмском уезде, Харьк. г. (под руководством харьковского археологакраеведа —проф. Федоровского), на добровольные отчисления рт жалованья рабочих местных ж.-д. мастерских, — говорят .лучше всяких слов о том уважения, которое можно завоевать -среди широких масс при правильной постановке дела. Приобщение ккультуре, пропаганда знаний о крае весьма интенсивно проводится путем просветительной работы музеев, Это одна из славных страниц в истории нашего современною краеведения. Характернейших цифр можно было бы привести не мало. Я возьму всего лишь две, они сразу покажут положение вещей, характерное для многих областей Ооюза. Например, Пензенский Естественно-исторический музей в первые 7 месяцев 1923 года посетило около 30.000 чел., из которых около половины этой цифры падает на экскурсантов. Это яркий пример для губернского центра. Возьмем уездный центр —Шадринское Научное Хранилище. Вот краткое известие за 1923 год: «музей был открыт 301 день, посетило его 38.028 человек, из коих 38,5% падада не взрослых, 61,5% на учащихся и детей. За год проведено 250 экскурсий». И вое это не исключительные примеры. Это первов /яальная стадия научного просвещения масс, стадия,
способствующаяшропаяшвде ироміблѳмы краеведения и нередко іушякяцая на цриток ншых и свежих •аил в ряда краеведческих организаций. Извесна та;К-же та роль, которую играют краеведчеокие музеи в проблеме воспитания краеведа. Приведу только один пример, характерный и для ряда других областей. За 1923 г. в Тотѳмском (Вологодской губ.) міуізее местного края из 161 энакуірсин с числом около 3.000 чел., проведенных в течение года, ПО ѳкскурсий было проведено с учащщимиоя городских и окологородских школ. «Экскурсии в музей школьников—ежедневное явление»,—сообщают в своемотчете тотемские краеведы,—-«приходится устанавливать даже расписание' посещений за неделю вперед», замечают они дальше. «Приходят не для общего' обозрения, как это было в прошлый год, а с определенной темой, которая и прорабатывается в музее».. Здесь музей стал уже неразрывной частью, вошел в систему местных просветительных учреждений п крепкими узами связалсясо школой. При музее организовались кружки .«юных краеведов», учитель понял то значение, которое имеет музей в его педагогической работе. Инеудивительно, что, когда музею пришлось переживать тяжелые дни и даже, когда встал вопрос о самом его существовании,—первой на помощь музею пришла школа. Ячейки «юных натуралистов», «юных краеведов» уже начинают, мало по малу завоевывать симпатии среди краевеІдов, вышедших из этого возраста. И на с'езде краеведовІКостромской губ., состоявшемся летом 1924 г. в г. Галиче, напряду с музеями и научными краеведными обществами, присутЬтвовали делегаты кружков «юных натуралистов» из пяти уездов губернии. Начавшеесяв Биологической станции «юных натуралистов», в Сокольниках, близ Москвы, юношеское движение уже покатилось по территории страны. И понятен искренний возглас, раздавшийся из уса1 большого провинциального краеведа (надо сказать, большого скептика ко всяким новшествам), который, присмотревшись к выступлениям на с'езде детей и познакомившись с работой, проведенной «юными натуралистами», сказал: «ну и время мы переживаем, ребятато что делают. Ведь это такая смена нам идет, что мы можем спокойно умирать». Ножиданно, как видим, проблема связи «науки с массами» столкнулась с другой не менее важной проблемой, «про,- блемой воспитания; краеведа». И это явление новое, -совершенно незнакомое краеведению дореволюционного времени. Уже сейчас мы присутствуем при интересном явлении. Мы видим крупные изменения в возрастном составе краеведов. Средний возраст делегатов прежних археологических с'еадов, являвшихсякраеведческими с'ездами в дореволюцион13
ную эпоху, колебался в лучшем случае между 35—45 годами. Теперь сн уже значительно понизился. К сожалению, статистика в краеведении не получила всех прав гражданства, и невозможно привести точных цифр, которые могли бы подтвердить правильность выставленного положения. Однако внимательные наблюдатели, присутствовавшие на прошедших за последние годы краеведческих с'ездах, констатируют основной факт, что средний восраст делегатов-краеведов колебался между 25—35 годами. Этот факт «омолаживания» краеведов есть тоже крупное достижение после-революционного краеведения. Еще одна черта, тесно связанная с только что отмеченными, должна быть выявлена при характеристике краеведческой работы наших дней, —это острая тяга к краеведению среди национальных групп, населяющих СООР. Мы видим необыкновенное явление в этой области. Можно сказать, что теперь нет почти ни одной национальной области или республики, которая не сооргашизовала бы у себя исследовательского краеведческого учреждения. Здесь не имеются в виду те национальные груашы, имеющие вековую культуру, которую не в состоянии были уничтожить или просто крепко сжать никакие усилия самодердавного режима, например, украинцы, белоруосы и др. Нет, именно среда тех народностей, развитие культуры у которых было так замедленно существовавшим режимомм, это-то вот движение и развилось особенно сильно. Национальное раскрепощение, принесенное революцией, сильно выдвинуло идею познания себя, окружающих условий, своего языка, культуры и пр. Стремления самостоятельно наладить хозяйственную жизнь— заострили особенно сильно значение в своем дальнейшем развитии проблемы краеведения. И результаты в этой области особенно ярки и ощутительны: «О-во изучения Карелии» (в Петрозаводсже), «О-во изучения Коми края» (в Усть-Сксолъске), «О-во изучения Чувашской) края» (в Чебоксарах), «Осетинское нсторико-филологичесікюе о-во'» (во Владикавказе), «Ассоциация горских краеведческих организаций» (с центром в Махач-Кале), к<0-во изучения Киргизского края» (в Оренбурге), «Бур'ято-Монтояьское научное о-во им. Банзарова» (в Верхнеудкнске), «Якутское Краевое Географическое О-во» (в Якутске), «О-во изучения и обследования Азербайджана» (в Баку), «Центральный музей Армянской республики» (в Эривани) и т. д. Все это далеко не полный перечень краеведческих организаций, существующих в национальных частях ОООР. Итак, проблема «наука и массы», о которой говорилось доселе, и ряд связанных с нею вопросов, затронутых выше, — вот те новые вопросы, незнакомые в такой степени краеведческой работе в дореволюционную эпоху. И
Но не только этими чертами исчерпывается различие между краеведением нашего и прежнего времени. Мы должны отметить еще один существенный признак— это слвиг работы ■кіраеведных учреждений в сторону подхода к изучению областей в экономическом отношении. В прежнее время эта проблема находила себе мало мест в работах научных общественных учреждений. Правительство, всегда с опаской следившее за общественной инициативой, не допускало трактование этого вопроса в краеведных учреяедешях. И только статистические комитеты, да земские и городфие самоуправления заполняли пробел в этой области и выполняли работу в этом иаправле'нии. Для научных обществ эта область в дореволюционный период была закрыта. И мы видим сейчас любопытное явление. Если центр тяжести в дореволюционную эпоху у научных краеведных учреждений лежал в изучении исторического прошлого страны, если после революции доминировало в работе краеведных учреждений изучение приролы края, то сейчас мы видим, что современное краеведение окрасилось в «экоЛмиіческйе тона». Обсуждение проблемы районирования страны на местах в. прошлые голы проходило при самом тесном сотрудничестве с краеведными учреждениями. Положение страны властно толкало краеведные учреждения обратить особое внимание на изучение экояомичеокото положения областей Союза. И результаты ів этой области за последние годы необыкновенны. Вот всего один факт. Из 31 краеведческого с'езда в 1924 г.— 16-ть были целиком посвящены проблеме, связанной с изучением производительных сил страны, остальные 15 в той или Иійой степени затрагивали эти я«е вопросы. Можно сказать, что все краеведческое движение в наши щи идет под лозунгом «экономизма», и недаром один из видзых ученых, тонкий наблюдатель, внимательно присматривавшийся к краеведческой работе в наши дни и принявший затем активное участие в ее руководстве, в следующих выражениях юпытался охарактеризовать современное краеведение, стаэаясь по 'Своему определить происшедшие в этой области изменения: «когда говорят о «краевр^ении», —пишет он, —'«этот термин легко превращается в другой — «естественно-произвощтельные силы», первое рисуется, изучением вторых на ме- :тах. В краеведческих работах чаще всего и^ет речь о местной еологии, почвах, климате, фауне, флоре страны, потом с некоорым скачком—о сельском хозяйстве, промыслах, фабричном (еле, торговле, путях сообщения и т. д. и т. д., т. е. об испо-пьовапии естественно-производительных сил людьми» *). *) И. М. Гррвс, «Город, как предмет краеведения», «Краеведесие», № 3, стр. 245. 15
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4