Их в бой провожала земля Мелеиковская, провожала во имя свободы и жизни. Только беззаветная любовь к своему краю, своей Родине вела их к подвигу. Сменяются времена, поколения, но Золотые Звезды Героев Советского Союза вечно будут освещать их имена. Светлой памяти героев-меленковцев посвящается эта книга, издание которой администрация Меленковского района считает своим долгом. Глава Меленковского района Владимирской области В.И.Гаврилов
60-летию Великой Победы посвящается Ю.И. Морозов Золотые звезды бессмертия Муром 2005
М 80 Морозов Ю.И. Золотые звезды бессмертия. — Муром: Изд.-полиграфический центр МИ ВлГУ, 2005. - 180 с., 17 портр. ISBN 5-8439-0084-3 Сборник очерков журналиста и краеведа Ю.И. Морозова рассказывает о незабываемых событиях Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. — об уроженцах и жителях Меленковской земли, удостоенных за свои выдающиеся подвиги высших наград Родины — ордена Ленина и Золотой Звезды Героя Советского Союза. Среди фронтовиков-меленковцев — солдаты и офицеры, сержанты и генералы. Они воевали в воздухе, в танках и на земле, на переднем крае и в глубоком тылу врага. Но объединяло их одно — любовь к Отечеству, желание защитить Родину даже ценой своей жизни. И они исполнили свой благородный долг до конца. О том, как воевали меленковцы, вписавшие золотыми буквами свои имена в историю, и рассказывают художественно-документальные очерки этой очень нужной для современников книги. А рассчитана она на широкий круг читателей и обращена ко всем, кто хочет лучше узнать историю родного края и его героев. УДК 94(470.314)«1941/45» ББК 63.3(2622,8) © Администрация Меленковского района, 2005 © Оригинал-макет, художественное оформление — Муромский институт (филиал) Владимирского государственного университета, 2005
Предисловие Шестьдесят лет минуло со времени последних залпов Великой Отечественной войны. Три новых поколения появились на свет с того страшного времени. Именно страшного, потому что война не только искалечила, но и отняла жизни миллионов достойных людей. Давно залечены раны, полученные в боях. Давно отстроены порушенные города. Восстали из пепла сады. Родились новые люди. Но не прошла душевная боль в наших сердцах. Да и как ей пройти, если практически в каждом доме бережно хранятся портреты дедушки или папы, навсегда оставшихся на полях сражений. За нас с вами, за мирное небо, под которым мы сегодня живем. Сегодня достоверно известно, что на фронт ушли 20557 меленковцев. Больше десяти тысяч из них не вернулись. А другие воевали. И выполняли свой патриотический и гражданский долг достойно. Подтверждением тому - награды Родины. Свыше восьми тысяч человек возвратились в свои дома с орденами и медалями. Хотя наград, конечно, были достойны все. Но и среди награжденных, словно бриллианты на золотом фоне, выделяются имена Героев Советского Союза, уроженцев меленковской земли. Они очень разные по возрасту, военной профессии. Среди них есть рядовые и генералы, летчики и минометчики, танкисты и артиллеристы, мужчины и даже одна женщина. Объединяет же их то, что все они были истинными патриотами своей земли, своей Родины и совершили подвиги такой величины, что страна присвоила им высочайшее звание Героев Советского Союза. Их немного. Всего семнадцать. Но каждый из них вписал свое имя немеркнущими буквами в историю страны и принес славу своей Родине - Меленковской земле. Эта книга ставит своей целью подробнее рассказать о воинской биографии всех 17 меленковцах - Героях Советского Союза. К сожалению, сегодня все они уже ушли из жизни. Время неумолимо. Но ни мы, ни наши дети и внуки не имеем права забывать о них. Они - наша слава, наша гордость на все века.
И.А. Емельянов Атаковать в лоб! К середине 1943 г. живых Героев Советского Союза по пальцам можно было пересчитать. И требовалось проявить исключительное мужество, отвагу и боевое мастерство, чтобы Родина, по достоинству оценив вклад солдата или офицера в разгром врага, присвоила воину высшее звание. И меленковцам можно гордиться, что среди очень немногих героев первой половины войны есть имя их земляка Ивана Алексеевича Емельянова. Его довоенная биография мало чем отличается от биографии большинства других молодых людей его 7
поколения. В 1919 г. Ване исполнилось 13 лет. За плечами пять классов Усадской школы Меленковского уезда. И хотел бы дальше учиться, да не удалось. Пришло время помогать семье, ведь отец умер еще в первую империалистическую войну, когда мальчишке исполнилось всего 9 лет. А семья большая. И, не считая матушки, Ванюшка в семье старший. Вот и пришлось идти в наймы к кустарю-одиночке учиться сапожному делу. Хоть и невеликие деньги получал за свой труд, а все-таки помогал семье выживать. А когда подрос парень и стали ему узки рамки сапожника, подался в слесари, а чуть позже - в молотобойцы на Усадский крахмало-терочный завод, единственное промышленное предприятие села. Работа физически тяжелая, требующая выносливости и даже мужества. Дело-то имел с огнем и металлом. Но хотелось юноше большего. Он понимал, что без знаний многого в жизни не достигнуть. Поэтому и поступает на рабфак, чтобы в кратчайшие сроки устранить пробелы в образовании и затем поступить в высшее учебное заведение. И так наверняка случилось бы, если в 1930 г. Правительство страны не призвало передовую молодежь страны Советов осваивать летательную технику. Призыв «Молодежь - на самолеты!» задел самые глубинные струны юного патриота. Алеша Емельянов по первому спецнабору ушел добровольцем в Оренбургскую военную школу летчиков. Занимался с упоением. Он свято верил, что будущее мира принадлежит авиации. И никто, кроме летчиков, не сумеет постоять за свою державу против многочисленных врагов молодого рабоче- крестьянского государства. Романтический настрой Алексея Емельянова можно понять. Для этого надо лишь вспомнить несколько эпизодов из жизни СССР 30-х годов прошлого века. Восторг и восхищение у всего мира вызывали перелеты Чкалова и Байдукова, героическое спасение экспедиции челюскинцев, затертых льдами в Заполярье, когда первые звания Героев Советского Союза были присвоены именно летчикам. А как забыть героизм военных летчиков на Халхин-Голе, у озера Хасан, в небе республиканской Испании. И даже будучи уже сам Героем войны, Иван Алексеевич Емельянов рассказывал:
- Уже в конце 30-х годов мы реально ощущали, что война с фашистской Германией неизбежна. Не знали только, когда начнется. Гитлер не мог вовремя остановиться. А его бредовая книга «Майн Камф» прямо говорила, что конечной целью является полное завоевание всей территории Советского Союза и уничтожение суверенного государства. И не наша вина, что высшее руководство страны не верило в скорое начало войны, что Гитлер начнет ее в июне 1941 года. Чем это обернулось, Иван Алексеевич Емельянов знал не понаслышке. Свыше 90 процентов всей прифронтовой авиации было уничтожено уже в первые дни войны. Дорого стоила стране самоуверенность «отца всех народов» И.В. Сталина. Но старший лейтенант Емельянов, заместитель командира авиаэскадрильи штурмовиков-бомбардировщиков, остался цел и невредим. Помогли опыт и мастерство. Он успешно водил своих менее опытных летчиков против наступающего врага. Уже в первые самые тяжелые месяцы Великой Отечественной войны ему лично удалось с воздуха уничтожить пять фашистских танков и свыше десятка машин с пехотой и военными грузами. Несмотря на жесткий огонь, заместитель комэска Емельянов разбомбил железнодорожный состав с живой силой и техникой врага. Если вспомнить, что все это происходило летом и осенью 1941 г., когда в небе практически безнаказанно властвовали немецкие летчики, когда враг рвался к стенам древней Москвы и никто не знал, чем завершится его блиц-криг, - тогда старший лейтенант Емельянов заслужил свой первый боевой орден Красной Звезды. Но война продолжалась. Блиц-криг немцев с треском провалился. От стен Москвы началось первое крупное контрнаступление советских войск, когда враг был отброшен на сотни километров. Весной 1942 г. советское командование предполагало провести еще одно крупнейшее наступление под Харьковом. Командир эскадрильи Ил-2 Емельянов получил приказ атаковать колонну немецкой пехоты в районе Харькова. Вылетели с аэродрома базирования четырьмя экипажами. Задание сверхопасное, так как
бомбардировщики вылетели на задание без прикрытия истребителей. Когда до нужного квадрата оставалось лишь несколько километров, из облаков вынырнули восемь немецких истребителей «МЕ-109». Вступать в бой с ними считалось полной бессмыслицей, ведь немецкие истребители имели не только гораздо большую скорость, но и великолепную маневренность. И приспособлены они были именно для воздушных боев. Поэтому комэск отдал приказ уйти в облака, оторваться от неприятеля и «вслепую» идти на заданную цель. Маневр удался. Гитлеровские асы потеряли краснозвездные штурмовики и пока рыскали по воздушному пространству, пытаясь обнаружить легкую добычу, бомбардировщики вышли в место продвижения колонны танков и пехоты. Бомбовый удар был страшен. Заход за заходом делали красные асы, неся смерть и пожары в стане врага. Весь боезапас попал в цель. Лишь после этого Емельянов приказал выйти из боя и возвращаться домой. Этот бой, который по стандартам Великой Отечественной войны должен был стать последним для не защищенных с воздуха штурмовиков, стал победным, благодаря инициативе и грамотным действиям прежде всего командира эскадрильи. На поле боя после бомбежки остались догорать 5 танков, не менее 25-ти машин и несколько десятков убитых гитлеровцев, так и не дошедших до передовой, как доложила разведка. За этот бой в июне 1942 г. командир эскадрильи старший лейтенант Емельянов был награжден орденом Ленина, редчайшей наградой для того времени войны. Увы, весна и лето 1942 г. оказались труднейшими для Красной Армии. Потерпев поражение под Харьковом, где врагу удалось взять в кольцо и уничтожить несколько армий, враг устремился на юг. Фашистское командование считало, что для победы необходимо отрезать фронт от нефтеносных районов Кавказа и Поволжья. Падение Сталинграда стало бы сигналом открытия второго фронта для СССР. Ведь на Дальнем Востоке милитаристская Япония готовилась к войне и ждала этого. Но Сталинград стоял, как гранитная глыба на дороге, которую устранить врагу так
и не удалось. Здесь шли бои не только за улицы, но даже за отдельные дома и даже подвалы. Не менее ожесточенные бои шли в жарком небе. Шел лишь третий день после назначения капитана Емельянова командиром авиаполка штурмовиков. Он получил новое назначение и еще только входил в курс дела. Из штаба дивизии поступили данные, что в 50-ти километрах от Сталинграда в сторону города маршем движется колонна танков, которую необходимо разбомбить. Командир полка приказал поднять на выполнение боевого задания эскадрилью № 2. Самолеты с полным боезапасом поднялись в воздух и взяли нужный курс. Не прошло и получаса, как все самолеты эскадрильи в полном составе, не сбросив на врага ни одной бомбы и снаряда, приземлились на аэродром. - Почему не выполнили приказ? - едва сдерживая гнев, потребовал ответа новый командир авиаполка. - Вы понимаете, товарищ капитан, на подходе к цели нас встретил такой огонь зенитных орудий, что прорваться сквозь него было попросту невозможно. Нас могли всех перебить. Я решил, что лучше отказаться от прорыва, но сохранить людей и технику. Капитан Емельянов молча выслушал командира эскадрильи № 2, но остался не удовлетворен объяснениями и пришел к выводу, что тот допустил несколько непозволительных промахов, которые и привели к срыву задания. Бомбардировщики летели слишком высоко, боясь попасть под зенитный обстрел. По этой же причине он не сумел вовремя обнаружить колонну танков. Тут же позвонил командиру дивизии полковнику Степанову. Доложив, что произошло, обратился с просьбой: - Товарищ полковник, разрешите мне лично повести эту же эскадрилью на выполнение задания. В ответ услышал лаконичное: - Выполняйте. Спустя несколько минут шесть боевых «Илов» поднялись в воздух и взяли курс на немецкую колонну танков. Капитан Емель- янов понимал, какую опасность представляли эти боевые машины для
истекающего кровью Сталинграда, ведь сражение шло на пределе возможного. И пополнение немецких войск свежими силами могло решить исход борьбы для всего фронта. Под крыльями бомбардировщиков на земле горела степь. Целые деревни и города стояли в развалинах. Черный ядовитый дым отравлял воздух. Гарь ощущалась даже на высоте в несколько сотен метров от земли. Вдруг рядом с самолетами разорвалось несколько зенитных снарядов. - Все ясно, - подумал командир. - Нарвались на те самые зенитные батареи прикрытия танковой колонны. Вокруг самолетов эскадрильи замелькали разрывы... - Делай, как я! - не раздумывая скомандовал летчикам. Емельянов нажал на рычаги управления. Самолет резко опустил нос и пошел почти в пике. Начала резко сокращаться высота. За командиром тот же маневр повторили его летчики. Вся шестерка «Илов» снизилась до бреющего полета. Огонь зенитных батарей противника перестал быть опасным. На столь малой высоте они только случайно могли попасть в бомбардировщики. Враг потерял цели. Зато Емельянов ее обнаружил, увидев на горизонте длинную, как змея, колонну танков, которую почти застилала туча пыли, поднимаемая гусеницами. - Атакуем, ребята! - скомандовал командир и первым бросил свою машину в боевой разворот. И когда в прицеле оказались грозные машины врага, открыл огонь из всех видов оружия. Мощно ударили крупнокалиберные пулеметы и пушкеметы. Бой был скоротечным и эффективным. Находчивость и грамотные действия молодого командира авиаполка, мужество и храбрость летчиков сделали свое дело. Около двух десятков танков и машин с пехотой горели. Вероятно, бомбы попали и в машины с боеприпасами, поэтому на расстоянии десятка километров были слышны разрывы снарядов. На многие версты от подорванных бензиновых цистерн ветер разносил запах гари. 12
- Вот так и надо воевать, капитан, - поздравил с первой серьезной победой в новой должности командир дивизии Степанов. - Вижу, воевать ты умеешь. Теперь обучай тому же и своих младших командиров, чтобы так же грамотно били врага в воздухе и на земле. Каждый день поднимался сам и вел в небо своих соколов капитан Емельянов, не взирая на огонь полчищ вражеских истребителей и яростную стрельбу вражьих зенитных батарей. Враг не знал пощады от штурмовиков Ивана Емельянова. Они яростно нападали на рвущиеся к Сталинграду танки и сжигали их в палящей степи. Они бомбили передовые позиции гитлеровцев и их аэродромы. Они бились в небе с фашистскими бомбардировщиками и истребителями, прорывались сквозь плотный огонь батарей, накрывая огнем железнодорожные составы с боевой техникой и живой силой врага. Иной раз даже видавший виды полковой инженер майор Гликман удивленно покачивал головой: - Если бы сам не видел, то никогда не поверил бы, что можно с такими пробоинами долететь с задания до своего аэродрома из-за линии фронта. И потому он сам и его техники нередко сутки не спали, латая и перелатывая израненные самолеты, заделывая пробоины, меняя моторы и приборы, вышедшие из строя. И так изо дня в день в течение многих и многих месяцев. Эти дни навсегда остались в сердце Ивана Алексеевича Емельянова. Даже спустя десятилетия после окончания войны бывшему летчику, полковнику авиации, Герою Советского Союза, награжденному за свои боевые дела медалью «Золотая Звезда», двумя орденами Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденами Александра Невского и Отечественной войны 1-ой степени, орденом Красной Звезды и многими медалями, снилось и мерещилось небо горящего Сталинграда. Каким-то чудом он выжил. При его непосредственном участии немцы были отброшены с волжской твердыни. И он радовался вместе со всеми победам на земле, воде и в воздухе. Но его все больше тревожил вопрос о боеготовности его полка. Самолеты,
на которых они летали, давно уже морально и физически устарели. Его соседи давно уже летали на модернизированных и усиленных современных машинах, способных взять на борт больше боезапаса, имеющих и большую скорость, и существенно большую огневую мощь. Он не раз обращался к высшему командованию о переоснащении его части новыми Ил-2. И в конце концов добился своего. Полк отозвали с аэродрома фронтового базирования в Поволжье на доукомплектование. А пока получали новенькие боевые машины и доукомплектовывали летный состав до нормативов за счет выпускников летных училищ и школ, впервые за многие месяцы войны он по-настоящему услышал тишину. И даже не верилось, что здесь не стреляют. Сюда не прорвутся коршунами из-за облаков «мессеры», так что можно спокойно полежать на земле и увидеть чистое и безопасное небо. Но спокойной жизни не было и здесь. Почти половину летного состава полка составляла зеленая молодежь. Как опытный и дальновидный командир, капитан Емельянов понимал, насколько опасно выпускать в боевой полет необстрелянных новичков, большинству из которых не исполнилось и девятнадцати лет. Да и багаж их знаний был не велик. Многому ли научишься, проходя ускоренный курс обучения в училище. Поэтому он не щадил молодых. Гонял их до седьмого пота, уча всему тому, чему его самого научила война. Недолгим был период переформировки. И вновь своим ходом полк долетел до Сталинградского неба. Оно уже несколько сменило окраску. Город освободили от врага. Шло великое наступление. Вокруг армии фельдмаршала Паулюса уже сомкнулось кольцо окружения. Но сдаваться враг не собирался. Гитлеровцы сопротивлялись с отчаянием обреченных. Однажды капитана Емельянова срочно вызвал к себе командир воздушной армии генерал Хрюки. У него в штабе находился член военного совета фронта Н.С. Хрущев. - Хочу представить вам, товарищ член военного совета фронта, мастера штурмовых ударов, командира полка штурмовиков майора Емельянова, - сказал генерал, показывая на смущенного 14
капитана. - Выполняет задания в самых сложных метеоусловиях. Воюет с высокой эффективностью. Я предлагаю доверить полку майора Емельянова выполнение задания: надо заставить залечь в землю войска фельдмаршала Манштейна. И как можно глубже. - Благодарю за доверие, товарищ командующий армией. Только я не майор, а капитан, - произнес смущенный Емельянов. - Нет, вы уже произведены в майоры. А вот вам ваши новые погоны, - с добродушной и поощрительной улыбкой произнес член военного совета фронта и вручил новенькие майорские погоны. А уже на следующий день майор Емельянов получил приказ вести постоянные боевые действия против военной группировки фельдмаршала Манштейна, который любым путем и любой ценой намеревался вывести окруженные армии Паулюса из окружения. Сотни тысяч солдат, тысячи орудий и танков, сотни самолетов врага участвовали в прорыве. Ведь речь шла о судьбе двадцати двух отборных гитлеровских дивизий, оказавшихся в окружении. Одновременно с попыткой прорыва к Сталинграду Гитлер приказал оказывать всемерную помощь войскам, оказавшимся «в мешке». Десятки, сотни транспортных самолетов с продовольствием, боеприпасами ежедневно пытались прорваться и сбросить своим все необходимое. Штурмовой авиационный полк под командованием майора Емельянова и должен был противодействовать этому. В штаб полка пришел приказ немедленно вылететь в район боевых действий на подавление артиллерийских батарей врага, которые уложили нашу пехоту наземь и поставили под удар наступление на данном участке фронта. Емельянов лично возглавил вылет двух эскадрилий своего полка. Вскоре показалась передовая. Штурман оперативно определил дислокацию вражеских арт- батарей. Можно начинать атаку. Но неожиданно перед бомбардировщиками появилась группа из двадцати немецких истребителей «Мессершмиттов». От них отделились две машины, наперерез которым устремились краснозвездные истребители. Завязалась воздушная дуэль. 15
Гитлеровцы всё просчитали очень четко. Пользуясь тем, что практически все наши истребители ввязались в воздушный бой с немцами, остальные «мессеры» ринулись на бомбардировщиков. Казалось, выхода нет. Чтобы спасти машины и свои жизни, надо было просто сбросить куда угодно бомбовой запас и попытаться спрятаться в облаках... Создалась критическая ситуация. Но майор Емельянов едва ли не впервые в истории воздушных боев Великой Отечественной войны принял, на первый взгляд, неадекватное решение. - Атаковать «мессеров» в лоб! - приказал он экипажам Ил-2. - Начинаем атаку. И развернув свой самолет лицом к противнику, он первым направил его на один из истребителей. Наступил великий час испытания на прочность. Здесь мог победить только тот, у кого крепче нервы, сильнее воля и характер. Стоит кому-то «отвернуть» в попытке уйти от неминуемой гибели при столкновении - и он тут же будет расстрелян своим противником. Противник не выдержал и в нескольких десятках метрах «отвернул». И тут же был прошит очередью в упор. Он вспыхнул и рухнул на ничейную землю. А снизу в это время даже стрельба затихла. Пехота замерла, наблюдая уникальный бой. А вверху сражение нервов продолжалось. И случилось чудо, по меркам военного времени. Фашисткие истребители, хваленые гитлеровские асы не выдержали лобовой атаки русских штурмовиков и попытались уйти в облака. Но удалось это не всем. Еще четыре «Мессершмитта» были сбиты. А бомбардировщики майора Емельянова приступили к выполнению своей основной задачи - уничтожению артиллерии врага на заданном участке передовой линии фронта. Они перешли в пикирование, чтобы с максимальной точностью поразить цели, и едва ли не у самой земли выходили один за другим на бреющий полет. В течение нескольких заходов они буквально утюжили артиллерийские позиции врага, делая это до тех пор, пока последняя бомба не нашла свое место на позициях гитлеровцев... 16
А вечером после ужина в штаб авиадивизии бомбардировщиков пришла телеграмма от пехотного командования: «Пехотинцы изумлены отвагой и умением летчиков-штурмови- ков. Передайте им благодарность!» Положение армий фельдмаршала Паулюса с каждым днем становилось все сложнее и бесперспективнее. Стрелковые части Красной Армии остановили продвижение механизированных танковых колонн Манштейна. Помощь с воздуха также почти не поступала. Немцы уже теряли свое преимущество и здесь. Тем не менее, острота боев не слабела. В один из предновогодних декабрьских дней 1942 г. с майором Емельяновым произошел случай, о котором долго вспоминали с восхищением в воздушной армии Сталинградского фронта. Он со своим ведомым напарником капитаном Карловым патрулировал воздушное пространство. Полет выдался сложным, так как проходил в тяжелых метеоусловиях. На небе - густая облачность. Видимо, этот фактор и хотел использовать гитлеровский летчик, который в одиночку пытался прорваться на отрезанную территорию. Его перехватили и пулеметной очередью повредили что-то в управлении. Немец был вынужден пойти на посадку. Тем более, что именно эта территория занята войсками Паулюса. Однако майор Емельянов нашел противодействие маневру немецкого аса и скомандовал напарнику: - Садись рядом с немцем. Возьмем его в плен. Я тебя прикрою. Перейдя в глубокое пике, он направил самолет на «Юнкере» и прошил его очередью, заставив экипаж бомбардировщика врага покинуть самолет и искать спасения в заснеженной степи. Но не тут-то было. Их уже поджидал капитан Карлов со своим экипажем. Немцам ничего не оставалось сделать, как поднять руки и сесть в наш самолет. А в это время экипаж майора Емельянова пресек попытки вражеской пехоты отбить своих летчиков. Карлов беспрепятственно взлетел в небо.
Когда плененных доставили на аэродром, то удивлению летчиков не было предела. Может быть, впервые за всю войну воздушные асы, как заправские разведчики-пехотинцы, захватили в плен врагов на земле. - Ну, ребята, молодцы. Отменных «языков» взяли. Командующий армией очень доволен и выражает вам благодарность. Ждите награды, - сообщил командир дивизии. Летчики полка очень любили и гордились своим командиром гвардии майором Иваном Алексеевичем Емельяновым. И было за что! Он был настоящим асом. Всем показывал, как надо летать бить врага. Мало в истории Великой Отечественной войны примеров, когда в самые тяжкие и трудные первые два года войны боевой летчик, проведший в небе сотни часов, имел бы на счету 14 уничтоженных танков, 34 машины с грузами и солдатами, два железнодорожных состава с боевой техникой и живой силой, 6 блиндажей, 2 железобетонных дзота и 2 склада с горючим и боеприпасами... Поэтому совсем не случайно уже 23 августа советскому асу- штурмовику майору Ивану Алексеевичу Емельянову Указом Президиума Верховного Совета СССР присвоено звание Героя Советского Союза. Судьба была милостивой к нему. За все четыре года Великой Отечественной войны он восемь раз был сбит, но пять раз ухитрялся посадить свой бомбардировщик на летное поле родного аэродрома. Три раза был вынужден выпрыгивать из самолета на парашюте. В это трудно поверить, но Иван Алексеевич Емельянов на своем штурмовике-бомбардировщике, вовсе не приспособленном для борьбы с самолетами противника, лично уничтожил восемь вражеских истребителей и бомбардировщиков. Имена таких людей навсегда вошли не только в историю родного края, но и всей страны в целом!
Иван Иванович Паршин сидел в комнате родного дома в деревне Толстиково Меленковского района и уныло смотрел в окно. Душу давила тоска. Воспоминания не давали покоя, и ныло сердце. - Как же так? - думал он. - Я боевой командир, прошедший финскую и германскую войну, с первого дня боевых действий вдруг оказался не у дел. Какая может быть инвалидность, если люди тысячами умирают на фронте. И призывают-то сейчас совсем еще зеленую молодежь, юнцов, которым не исполнилось еще и восемнадцати лет. Много ли они Без страха и упрека 19 И.И. Паршин
сумеют навоевать. В первом же бою головы сложат. Я таких десятки видел на своем пути. Надо что-то делать. Не могу я сидеть в тишине и покое, когда мои товарищи кровь проливают на фронте. Даже сейчас с высоты послевоенных десятилетий можно понять переживания списанного подчистую боевого командира- артиллериста Ивана Ивановича Паршина. Он, профессиональный военный, не мог не следить за ходом войны, которая вот уже почти год шла без его личного участия. Уж так случилось, что после тяжелого ранения попал он, полуживой, сначала в госпиталь. Хирурги буквально по частям «сшили» его пробитое многими осколками тело и поставили на ноги. Однако диагноз их был суров и непреклонен: - Этот офицер свое уже отвоевал. Вот и списали его, как отработанный материал. А он сидел дома и грустил, вспоминая минувшие дни. Родился он 28 декабря 1915 г. в деревне Толстиково. Семья была работящая, крестьянская. К счастью, гражданская война обошла стороной его дом. Поэтому отец сызмальства приучал сына добывать хлеб насущный своими мозолистыми руками. А Иван был с рождения шустрый и энергичный. Любая работа в его руках спорилась. И пахать умел, и жать, и за животными присматривать. А учился так, что гордились родители своим сыном. И стало Ивану тесно жить в рамках небольшой деревни Меленковского района. Потянуло в город. Учиться хотелось и дальше. Потому и уговорил родителей отпустить его учиться в Вязники, где находился текстильно-механический техникум. Иван и там очень хорошо проявил себя. Правда, поработать пришлось недолго по окончании техникума. Наступил 1936 год, Ивана призвали в ряды Красной Армии. С тех пор в гражданскую жизнь больше не возвращался. А в армии он попал в артиллерию. По душе пришлась новая воинская профессия. На учениях он себя очень хорошо проявил и был отмечен командованием. И даже было предложено остаться в кадровой армии. Продолжить службу офицером.
Он согласился. Направили его на курсы младших офицеров. Так он в 1939 году получил первое офицерское воинское звание младшего лейтенанта. А тут война грянула с белофиннами. Полк чуть не с первых дней принимал участие в этой не самой знаменитой военной кампании. Командовал взводом дальнобойных орудий-гаубиц. И хоть сам не ходил в атаку, но по полной программе узнал, что такое война в условиях страшных зимних морозов на Карельском перешейке. Тогда же осознал, сколь велика роль артиллерии в современной войне. Ведь не случайно линия Маннергейма, построенная на старой границе России и Финляндии, считалась неприступной. Доты и дзоты, построенные из дерева, бетона и железобетона, огневые точки, вырубленные в скалах, пристрелянные подходы к переднему краю врага, да и вся многоярусная оборонительная система финнов, построенная на самых последних достижениях инженерной мысли, действительно делали позиции неприступными. И это подтвердила сама жизнь. Многие тысячи пехотинцев погибли здесь, идя в лобовые атаки. И самое страшное, что все это оказалось бесполезным. Линия Маннергейма так и оставалась непоколебимой, пока в бой не вступила артиллерия. Бойцы, рискуя жизнью, стреляли и стреляли по железобетонным и гранитным укреплениям, пока не пробили проходов и не разрушили вчера еще неприступные бастионы. - Финская война, действительно, была испытанием на прочность всех видов вооруженных сил Красной Армии, - поеживаясь, вспоминал Паршин. - Боевые расчеты орудий отмораживали пальцы из-за мороза. Поворотные механизмы отказывались работать, так как в них замерзала смазка. Какие только меры ни принимали, чтобы не подвести пехоту и расчистить ей путь к наступлению. Не успели отдышаться и сделать выводы из одной войны, как наступила еще более страшная, Великая Отечественная. К 1941 году Иван Иванович Паршин в свои 26 лет уже был командиром батареи. Не любил он вспоминать первые два года войны. Столько
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4