войны, комсомольцами становились только лучшие. А Николая Каманина в. школе № 1 ребята избрали секретарем комитета комсомола. И не ошиблись. Он посещал многие кружки. Состоял в целом ряде обществ. Но ближе всех ему стало членство в Обществе друзей воздушного флота. Определился еще в выпускном классе школы: решил посвятить жизнь авиации, которая с конца 20-х годов XX века могучими темпами набирала силу. Парень он был крепкий, спортивный. Поэтому медицинскую комиссию прошел безупречно. И вступительные экзамены в Ленинградскую летную теоретическую школу сдал без срывов. И с происхождением у него оказалось тогда все в порядке. Это буржуйских сынков не брали тогда никуда, а сыну пролетария дорога всюду была открыта. Но это был лишь первый шаг в его летной карьере. Он с блеском окончил летную школу и стал курсантом Борисоглебской школы летчиков. Тут-то он совершил свои первые полеты в небо. Уже тогда, в начале 30-х, многие соратники отмечали в курсанте Каманине какую-то особую серьезность. Он умел лучше других анализировать ситуацию и делать правильные выводы из своих и чужих ошибок. Если брался за какое-то дело, то не бросал его на полпути, а непременно доводил его до логического конца, сколько бы времени и напряжения это ни потребовало. Вот эта основательность и надежность была замечена командованием, когда он пришел в войска. Он прослужил совсем немного рядовым летчиком, когда его в 25 лет назначили командиром отряда. Честь и доверие высокое, так как под его командованием находились гораздо более опытные и старшие боевые товарищи. Однако назначение его было воспринято всеми как должное. Но даже для него стал полной неожиданностью внезапный вызов к командиру эскадрильи. Случилось это около полуночи, когда летчик уже засыпал. - Что могло случиться? - переживал он, идя в штаб. - Неужели кто-то из моих летчиков что-то натворил. Но это не повод для вызова ночью на ковер.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4