'"^'^^^^^^Ш^'' 7
^ЩСТОІ? СРОКА ВОЗВР \ ТА КНИГА ДОЛЖНА БЫТЬ лг^?о^^і^^^'^^ "Е ПОЗЖЕ УКАЗАННОГО ЗДЕСЬ СРОКА
I-I. ■у:
ЩМИ'РРИЙ РАВ0ЧИІ4. )<. В ТИСКАХ (ійододЕжь в ЦДРСІ^ОІЯ ДО-ДПОДЬЕ). ^4 ® ВДйДИЩИРСКОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО „ЦРИЗЫВ" г. г. Владимир. —1926 г.
р/і> Типо-литография Владимирского Издательства „Призыв" Владимир. Гублит № 1751-5835 Тираж 3050 экз.
ПРЕДИСЛОВИЕ. у нас ПОЧТИ нет на книжнож рынке литературы, отраікающей юношеское движение до-революционного периода нашейВ адижирской губернии Книга Дж. Рабочего „МИНУВШЕЕ", вышедшая в 1923 году вся разошлась, хотя и ижела ряд существенных недостатковв своеж изложении В настоящее врежя в связи с расширениеж интереса у кожсожольцев и рабочекрестьянской жолодежи к изучению историиреволюционного движения вообще и юношеского двизкения в частности—требуют нугкных пособий, необходижой литературы. Выпускаежая брошюра до некоторой степенивосполнит этот пробел, в особенностив частиотображения революционного двиззсения учащейся жолодегки, изучение которого такзке необходижо каждожу кожсожольцу, кагкдожужолодожу рабочежу и крестьянину, т. к. оно вскрывает сущность до-революционного двизкения учащейся жолодежи, его плохие и хорошие стороны, которые были в этождвиікении уучащейсяжолоде5ки,поднижавшейсвой голос против царского сажодержавия у Вжесте с этиж оно вскрывает этапыборьбы^ учащейсяжолодежи против старой шко.^іы, старающейся воспитать раба и зкандаржа царизжа. Но, наряду с этижи жожёнтажи, описываежое двиіісение учащихся вскрывает корни желко-буржуазноі о юношеского дБи:йсения, выросшего оторванно^ от аржии проіетариатаи пролетарскойжолодезки и пытавш_егѳся в последующие революцион ные годы перенестисвои традиции в революционное пролетарское юношеское движение. Вот почежу, чтобы понять настоящее великое кожжунистическоедвизкение жолодегіси, выросшее в боевую аржию Ленинского кожсожола, — перевоспитывающего в своих рядах широчайшие жассыжолодых рабочих и крестьян, вовлекая их в строительство советской страны под руководствож РКП (б), —нугкно изучать не только настоящийпере>киваежый период, но и прошлое двизкение, прошлую борьбу, чтобы понять настоящее. * Владимирский Губком РЛКСМ. Іб/ІХ— 1925 г. гг. Владижир
от АВТОРА. Данная книга содержит в себе очерки по истории революционного движения мелко-буржуазной («левого крыла») молодежи в России с 1860 по 1917 г.г., при чем автор умышленно предпочел более широкое освещение событий во Владимирской губернии, как губернии, служившей центром для всего описываемого движения в .России, и как губернии наиболе характерной, имеющие наиболее интересные факты из описываемого в даннойкнигедвижения, которые смогутдать читателю яркое представлениеи обо всемэтомдвижениив России вообще. Читателя не должно смущать то, что автор взялся описать мелко-буржуазное движение молодежи. Он долженпомнить, что другого массового движения молодежи в России с 1860 года не было, так как рабочая молодежь, если и участвовала в революционном движении, то не иначе как вливаясь отдельными единицами в общеосвободительное рабочее движение. Данное движение молодежи явилось одним из тех ручейков, которые пользовали большевики-коммунистыдля созидания великой пролетарской революции, нашего великого Октября. И если кто хочет знать, как и из чего складывалась наша Октябрьская революция—для того данная книга будет представлять, несомненно, большой интерес; особенно она должна быть полезной комсомольцам и молодым партийцам, так как содержит в себе очерки по истории революционного движения молодежи. Все представленные автором в данной книге данные или взяты им непосредственноиз архивных источников, или взяты из воспоминаний участников движения, или из источников, представленных в трудах других авторов. Наиболее широко использоваласькнига „Минувшее* («Владимирское издательство»1923 год), автором которой является автор данной книги. Затем широко использованы труды профессора Б. В. Титлинова «Молодежь и Революция» (ГИЗЛенинград 1924 г.). Этот последнийтруд дал автору много ценных данных, ігаковые, как перечислениесобытий (за исключением событий во Влад. губ., которые автором разработаны самостоятельно), вошли в данную книгу, которые помогли автору добраться до началадвижения и дать его наиболееполную картину до 1905 г. Включая в себя данные профессором Б. В. Титлнновым "^события (правда сжато до минимума, до простого лишь пере-
числения), данная книга вносит МНОГО НОВЫХ ДаННЫХ, ОСОбѳННО ИЗ ЖИЗНИ центральной—руководящей губернии и является в этом отношении полнее трудов проф. Б. В. Титлинова. Кроме уже отмеченных выше трудов—автор пользовался трудами М. Покровского «История России в самом сжатом очерке» и трудами Г. Зиновьева «История РКП (б)», при помощи которых автор смог увязать представленное в книге движение молодежи с ' историческимходом развития революционного движения вообще. Кроме этого, автор пользовался целым рядом воспоминаний участников данного движения молодежи, разбросанных в различных сборниках. Данная книга дает полное, ЧѲМ ГДѲ-ЛИбО ДО СИХ ПОр, представление о мелко-буржуазном революционном движении молодежи с начала его возникновения вплоть до революции 1917 года (в феврале) и выпуском ее в свет—автор считает законченнойсвою работу в частиразработкиданноговопроса. Правда, в данной книге весьма мало уделено внимания движению молодежи средних светских учебных заведений, но это потому, что эти учебные заведения меньше проявляли себя участием в революционном движении, чем семинаристы и (граскачались»лишь нагребне событий 1905 года, чтобы вскоре снова порасти «обывательщиной». Особенно во Владимирской губернии (центреданного-движения молодежи) среди реалистов^ гимназистов и гимназисток революционного очень немного, еслине считатьсяс отдельными личностями, наиболее передовыми и талантливыми. Зато весьма много среди этих «революционеров» (включая сюда и семинаристов-революционеров) врагов сов. власти, самых ярых белогвардейцев в первые годы революции, что весьма характерно и что ярко подчеркивает, что описываемое движение не сродни пролетарскому, что оно, вот именно, мелко-буржуазное движение молодежи. Из этого вывода, конечно, не следумозаключать, что все участники данного движения суть наши враги. Из среды участников данного движения молодежи вышло не мало и наших друзей, работающих и поныне с нами рука об руку в первых рядах. Автор спешил с составлешем книги, желая приурочить ее выпуск к юбилею 1905 года, и пусть читатель простит ему «прегрешения» за те небольшие литературные шероховатости в книге, которые, возможно, и встретятся. За все же указания, касательные своего труда, автор заранее выражает свою признательность. 1925 г. 25 авг. г. Вязники, Влад. губ. ' Диитрий Рабочий.
I у нас весьма мало опубликовано в печати сведений, касающихся революционного движения молодежи до 1917 года. ' Отсутствие данных сведенийусугубляет для современной моіодѳжи разрешение целого ряда вопросов, связанных с современаым—коммунистическимдвижением молодежи. Современной молодежи, да и не только молодежи, далеко небезинтереснознать судьбы как своего—пролетарского, так и буржуазного революционного движения молодежи, знать их основные задачи и цели, проявления и, наконец, основные разграничения между ними. Все это и заставляет отыскивать необходимые сведения о революционном движении молодежи, собирая их в одно неразрывное целое из отдельных кусочков, разбросанных или в архивах, пли в раз.ичных литературныхтрудах. И, как это пи странно—эти сведения наиболее часты и наиболее полны о революционном движении воспитанников духовной семинарии—сынков попов, дьячков и псаломщиков, самых заядлых реакционеров, как думают о духовенстве весьма и весьма многие и что, конечно, оправдывается п в действительности, хотябы на примерах нашей революции. Но, однако, в своей книге „Молодежь и Революция" (стр. 11) Б. В. Тит.іинов подчеркивает, что „ни в одной школе не бывало столько волнений, как в русских духовных семинариях; эти волнения тянулись на протяжении десятилетий, и особенно в 1890—1900 г. г., ив свое в]земя прив.ііекали общественное внимание". Почему же именно волнения были весьма часты среди семинаристов, а не среди учащихся светских школ? Что за причина, толкнувшая напуть волнения и революционногодвижения в первую голову семинаристов, а не еще кого-либо из среды учащейся молодежи? На эти вопросы мы находимвполне верный и вполне обоснованный ответ в трудах М. Покровского „Русская История в самом сжатом очерке" (стр. 140—141). где автор указывает^ что в ту пору (в дни царствования АлександраII го), когда возникали первые волнения среди учащейся мододеа^и—студенчества, семинаристы считались самой активной частью его, таккак „тогдашнее студенчество было не такого состава, как теперешьее" примерно
Б эпоху 1900 —1917 г. г. „буржуазных сынков в нем было мало ибо купцы еп;е не видели потребности отдавать детей в универ ситет, а дворянские дети еще предпочитали военную службу. Глав ную массу студенчества составляли дети второстепенного чиновни' чества, а самой дельной и работоспособной частью были семина ристы". Характеризуя семинаристов того времени, М. Покровскиіі пишет дальше, что .это была молодежь нищая,—многие из семи наристов приходили в Москву держать экзамены пешком за сотни верст,-—энергичная трудолюбивая и сильно озлобленная". Толкнуло семинаристов на путь волнений, на путь револю ционного движения царское правительство, правительство Александра II го, испугавшееся что семинары—„драные" поповичи, от которых несет „простодюдиной"^ выучась, будут входить в крут „высшего света" п этим самым смешают все сословия, а поэтому стремившееся закрепить университет за привилегированными классами^ не ниже среднего чиновничества В качестве реальных мер для проведения такой „реформы" школы в жизнь—была повышена плата за учение, было уменьшено ко.!іичество стип-ендий, которые только и давали возможность выходцу из бедняков учиться. Па этой почве, особенно в Петербурге, начались волнения среди студенчества. Кого в данном случае всего больше задела „реформа" школы? Конечно семинаристов, так как только они и были главной частью бедняцкого студенчества и, конечно, б. семинаристы из студенчества явились и первыми зачинщиками волнений, которые не замедлили вскоре охватить и подлинные семинарские массы. Для развития революционного движения среди учащейся молодежи в то время, время царствования Александра ІІ-го, была налицо и надлежащая почва, полная недовольств целого ряда слоев населения России дВедикими реформами* правительства, не замедлившая дать надлежащий толчок к развитию освободительного движения в России вообще. Одним словом, основная причина, побудившая к развитию революционное движение среди учащихся и особенно семинаристов, закдюча.иась не только"в специфической обстановке жизни и учебы питомцев школы,— она исходила и из тех общественных отношений, которые были свойственны эпохе, в которую стали появляться побеги семинарского революционного движения, в которую начала выдвигаться также и роль так называемой революционной бурдау-азии (интеллигенции),
— 9 — 10 Первые проблески революционного движения учащихся-се- )р' минаристов относятся к 60-70 годам XIX столетия,^ как раз, №■ (точвее; к тому моменту, когда в России вводилась в жизнь реи- форма так называемого „освобождения" крестьян и когда особенно а-І заметно стали расти и развиваться всевозможные освободительные течения. Предносынкой к развитию этих освободительных течений послужила реформа 19-го февраля 1861 года, освободившая крестьян от крепостной зависимости. Эта реформа, как известно, была выгодна лишь торговому капиталу и ничего не дала никрестьянниу. ни развивавшеѵіуся промышленному капиталу, раюрив к тому ье мелкое чиновничество и мелкое дворянство. „Освобождения" крестьянина в том виде, в каком необходимо было иметь для быстрого и большого успеха роста капиталистической промышленности, не произошло,—крестьянин был „освобожден" (прикреплен к земле) и не мог ее покинуть («круговая порука"), а промышленному капитализмунужныбыли совершенно „во.тьные* люди могупі;ие быть рабочими на его заводах и фабриках. Яа этой почве вырастает недовольство промышленной буржуазии, которое в дальнейшем выливается в борьбу с самодержавием. Но ни одни только крестьяне и Нромышленники выражали недовольство реформой „ освобождения•' крестьян, —были и еще кое-какие общественные прослойки, которые выражали такое же недовольство поименованнойреформой н к таким общественным прослойкам надо, прежде всего, отнести гак называемую революционную буржуазию или, проще, интеллигенцию выходцев из мелкой буржуазии, также не мало потерпевшей оі „великих" реформ правительства Александра ІТ-го. М. Покровский в своей книге „Русская История в самом сжатом очерке" (стр. 1Г2) отмечает, что „иитетчигенциягоже живет на прибавочный продукт, в этом ее связь с буржуазией. Чем быстрее и шире развивается капитализм, тем ей выгоднее, потому что тем бсньше интедіигентских профессий, тем шире по.іе для деятельности интеліигенции. Торговый капитал име.і при себе в качестве интеллигентныхслуг только врачей, да канцелярскую „иніелішгенцпю' —чиновника... „Оттого в революциях эпохи торгового капитализмаинтеллигенциямалопринимаетучастия" . И еще дальше: „непосредственнымносителембуржуазнойреволюционности является не сама предпринимательская буржуазия, а интеллигенция"...
- 10 — Значит, выразителем и тех недовольств, которые имелись в эпоху царствования Александра 11-го в среде промышленной и мелкой буржуазии, также должна была быть интеллигенция, что, конечно, и было в действительности. Однако, все это еще не значит, что интеллигенция открыла борьбу с самодержавиемпотому^ что зналаи усваивала себе его роль Б замедлении темпа развития промышленного капитализма или что она этим самым открывала борьбу с торговым капиталом, или метила за разорение от реформы освобождения крестьян своих родителей -мелкихсобственников—мелкихпомеш,иков, а 4зто значит что интѳллигенпия просто чутьем нащупывала свою дорогу, впитывая в себя весь ужас притесненийкрепостнического государства, но что, в конечном, сводится все же к одному знаменателю- к связи интересов интеллигенциис интересами промышленной буржуазии. Сдвиг в среде интеллигенциив сторонуборьбы с самодержавием наметился не сразу,—интеллигенция шла к этому сдвигу осторожно, выставляя" в первую голову свои требования, еще не обрисовывавшие грядущих столкновений с самодержавием, а носившие специфично-интеллигентский оттенок, присущий только какбы лишь одной ей, отнюдь не промышленнойбуржуазии. И, прежде всего, посыпались требования из среды учащейся интеллигенции, носившие на первыйвзгляд безобидный, мало затрагивающий самодержавие, характер Движение интеллигенцииначалось в верхах (в среде учащейся интеллигенции—в университетах) и уже отсюда расползалось по всем направлениям. Охватившие студенчество на почве „реформы" школы волнения в первую очередь захватили семинарские массы, как наиболее в тот момент связанные с университетом. I Семинаристы, как наиболее демократичная часть учащейся 'і молоделш, были связаны и о рабочими, и с крестьянами и в свою 1 очередь, благодаря этим связям, оказывали, или могли оказывать^ ]на последних свое влияние в части усиления революционного брожения. Такая ситуация связи была особенно выгодна верховодам интеллигентскихмасс, так как пос^іедние, воплощая в себе чаяния буржуазии, могли использовать эту связь семинаров в целях подчинения революциониого движения рабочих и крестьян целям и задачам революционно-буржуазного движения,—иначе получали возможность быстрее сыскать себе необходимого ^союзника", которого, так или иначе, но заставить итти в бой с самодержавием ради запщты китересов предпринимате.іьской буржуазии.
— 11 — Застрельщиками революционного движения учащейся ыолоежи явились студенты Казанской духовной академии и вла- )имирские семинаристы. Студенты Казанской духовной академии, іозмутившиеся поведениемставленников правительства по отногіениюк крестьянству, осмелившемуся „бунтовать" против того обіана, которым их ^^обрадовало" правительство Александра П-го, іаволновались. Этот крестьянский ,бунг", произошел, между прочим, в селе бездна, Спасского уезда, и выразился в „недоразумениях" при )б'явлении крестьянской „воли", в результате чего произошли толкновения с полицией и убийства крестьян. Студенты духовной академии, в виде протеста против такого > іасилия, решили устроить по убиеннымдемонстративнуюпанихиду, 3 противовесбалу, какойдворянстводалоусмирителю„буятовпщков" . Панихида была совершена в кладбищенской церкви при ічастии до 400 студентов и нескольких профессоров, после пааихиды был устроенмитинг, на котором ораторыпроизносили прогивоправитедьственныеречи,—это было 16 апреля 1861 года. Следствие по этому делу подчеркнуло, что в среде воспитанниЕОБ не только Казанской, но и вообще духовной школы далеко не все бдагополучно, что в среде учащихся есть отдельные лица, ведущие революционную пропаганду, что многие из них принадлежат и к преподавательскомукругу. Тень политического подозрения, брошенная на Казанскую духовную академию этим де.іом, тем больше беспокоила церковное нача.ііьство, что она грозила разростись до гораздо бо.ііьшего размера. И, конечно, учащиеся высших и средних учебных заведений не заставили себя долго ждать и за Казанской „шумихой" последовал целый ряд событий и в других академиях и семинариях, которые ясно и отчетливо подчеркнуни л перед духовным начальством, и перед правительством, что да—в духовной учебной, как равно и вообще в учащейся среде, далеко не все біагопоіучно. Одновременно с казанскими событиями (1861 г.), на почве замкнутостишколы того времени, возникают брожения в среде владимирских семинаристов, выразившиеся в организации „тайного" семинарского кружка и „тайной" же семинарской летучей библиотеки, действовавших далее на протяжении целых сорока нет, будучи никем не обнаруженными. Возникновение тайной семинарской библиотеки произошло при следующих обстоятельствах: Отец известного писателя—народника Н. Н Златовратского огкрыд во Владимире в 1859 году публичную библиотеку, которая помещалась в дворянском доме (теперь народном собрании). В ра-
— 12 — ботах этой библиотеки принимал участие и Н. Н. ЗлатовратскиІ тогда ученик Владимирской щмназии. Вот, что он потом писал, вспоминая эту пору: ...,;Нѳ прошло и нескольких месяцев (работы в библиотек Д. Р.), как многие из моих товарипіей были ^же завербовані мною в „литературный союз". Осуществилось это тем более леги и скоро, что большинство моих тогдашних товарищей было из се минаристов, на .вольных" квартирах которых, среди великовоз растных учеников, уже существовали такие „тайные" союзы вс< конспиративностькоторых заключалась лишь в чтении„светских хотя бы и самых благонамеренных, сочинений). В описываѳмыі мной годы, в семинариивообще уже духовные запросы, как среді многих учителей, так и воспитанников, стояли значительно выше ;а чем в гимназии, где духовное развитие, заредкими исключениями ю стояло на очень низкой ступени"... .. „Понятно, почему, едва только открылась нашабиблиотека самыми первыми подписчикамив ней и наиболее з^сердными чи тателями и посетителямиявились, преждевсего, учителя семинаришге и семинаристы, а самыми редкими—гимназисты, хотя посдедниі п не подвергались за это репрессиямначальства, как семинаристы которым вскоре было запрещено бесконтрольное пользование би блиотекой. Это последнее обстоятельство неожиданнопридаломоеі к „просветите.іьной" деятельности широкие и своеобразньге формы: а как-то само собой я сделался неустаннымпоставщиком „тайной" духовной пищи для всех моих семинарских сверстников, алкав ших и жаждавших ее. Это продолжалось во все последующие годы моего пребывания в гимназии, что, признаться сказать, приносило пѳ мало огорчений моему отцу, то получавшему строгие внушенил и предупреждениясо стороны высшего семинарского начальства то узнававшему, что немало его книг было конфисковано ѳтим начальством на руках юных читателей. У одного из инспекторов семинарии, за немного лет его деятельности, образовалась даже довольно изрядная библиотека, исключительно состоявшая из этих и других, приобретаемых учениками, „недозволенных" книг. Такие репрессиипо части свободного чтения послужили только к усиле нию нашей энергии на поприще взаимного самообразования и большому умудрению нас в деле конспирации; спустя два года было уже положено начало существования тайной семинарской летучей библиотеки, которая, кочуя по чердакал/і, подвалам и погребам обывательских домов, в течение многих летс боль шим успехомобслуживала духовные нужды целого ряда юных семинарских и гимназических поколений'^ ). И! аі Р' [01 р< (а и [Я ее *) Н Н. 3.іатовратский. „Детские и школьные годы" (очерки быдого) Москва 1908 г. (Оттиск иа журнала „Воспитание"), стр. 95—96. а
Н1 ГКІ ее 03 X" ы пе ии ка іи - 13 - Из других цсточпиЕОВ мы узнаем, что одновременно с орга изациейв г. Владимире „подподі.ноі" библиотеки был организоан из семинаристовп подпольный политический кружок, также зк :рооуществоваБШИй более сорока дет, переходя от поколения к .околѳнию владимирских семинаристов, став в 1896—97 г. г. цен ром революционного движения семинаристов почти всей России, дальше—представляя из себя центра,іьный комитет общесемиарского союза ). Постольку поскольку кружок владимирских семинаристов ыграл в настоящем движении одну из крупных ролей, мы позво- [яем здесь некоторое отклонение от последовательности в изложеіии, выделяя особым вниманиемотмеченныйкружок, и останавлиаемся особо на его развитии, чтобы затем снова вернуться к из- )діѳнию событий в других семинариях. Кружок владиигйрских семинаристови связанная с ним биі.шотека жплп не всегда одинаковой жизнью. Были времена рас- !,вета, но были времена и упадка. Насчитывая в начале первых іиі тет своего существования око-Ю 200 томов—библиотека семинаіш (ИСТОВ впоследствии возросла до 1000 томов (с 1880 до конца гы Ю годов). Был, однако, и такой случай (1864 г.), когда библио- )и ;еку хотели самиже члены кружка порешить, разыграв между со- >еі )ою ее содержимое. С ликвидацией библиотеки, конечно, последоіы іала-бы ликвидация и крулша, если бы в этот тяжелый моментне ій" ймешался Н. II. Златовратский, организатор всего этого, который шас от гибели и библиотеку, и кр5жок, разговорив от розыгрыша своих товарищей. Особенный расцвет кружка и библиотеки начинается с конца второй половины 80-ых годов, когда эти обе организации настолько окрепают, что начинают действовать по выработанной программе, по установленномууставу. В этот момент влияние кружка и особенно библиотеки семинаристов распространяются уже не тоііько на город, но и на прилегающие к Владимиру селения,—библиотека начинает обслуживать уже не только нужды семинарпстов, но и «вольных» граждан. Эта деятельность кружка семинаристовне прош^[а незамеченной. Еще в 1870 году, узнав о существовании в семинарии кружка—полиция усилила свою бдкте.іьность за семинаристами, стараясь выловить его участников, но., безуспешно. 3^спеху кружка и связанной с ним библиотеки семинаристов в ту пору содействовали не мало такие .іица, как Г. Фальберк (член Во.ііьного РІмператорского Экономического Общества)—товарищ и друг поэта ІІадсона, тогда ссы.иьный во Владимире, и ів ды (ЛО [ИЛ ва га- )05 же 'ИХ сие іе и ■ой ' и ых •*■) „Библиотека общественных движений в России XIX и XX в ". Выпуск ІѴ. Кострома 1921 г , стр. 1—26, и предисловие В. Смирнова.
— 14 — много других лиц из находившихся во Владимире в ссылке, часго лишь за 10, что пмѳли знакомство с Ульяновым^— студентом С.-П Ун., нокушавгаимся на Александра 3-го. В этот период времени библиотека была пересмотренавновь, составлены новые каталогив известно!системесамообразования,— составлены устав и правила кружка и правиіьного ведения дел библиотеки. Вот как об этом времени говорит—в своих „Записках по педагогикедня воспитанников семинарии" И. А. Богословский „Современники этого цветущего периода библиотекирассказывают, что влияние и значение означенных лиц было велико и громадно Библиотека встаіа на твердые ноги. Она находилась в надежные руках, которые с родительской нежностью заботились о ней. Привлекали к ней массу читателей, как в самой семинарии, так и за стенами- в городском обществе, даже за пределами города, л уездах". \ Однако іакое положение библиотеки и кружка не было дли тельным. В 1891 году жандармерия обнаружила переписку с Петербургом семинариста Белоннина, которая повлекла за собой массовое увольнение из семинариивсех замеченныхв пропаганде среди ее воспитанников. Оамого-же Бедоннина жандармерия упрятала в Петропавловскую государственную тюрьму. Это событие пагубно отозвалось на окрепавшѳм было светлом начинании: кружок распатся, а библиотека была заброшена Так было в 1891 и 92 гг. В 1893 году снова начинается оживление работц и ощущаются значительные признаки возрождения, которые чем дальше, тем сказываются все сильнее н сильнее хотя и получаются изгибы и перерывы, но об этом, и вообще обо всемподробнее—ниже Чем об'ясняется возродсдѳние и развитие работы кружка и библиотеки владимирских семинаристов, начиная с 1893 года— сказать трудно. Есть некоторые предположения, что на этот путі) семшіаристов толкнули все іеже, что и раньше лица со стороны, так как в их среде, как раз в этот момент, произошло весьма знаменатеньноесобытие,—проездомиз Н.-Новгорода, в надежде повидаться с Н. Е. Федосеевым, проживавшим здесь в это время. Владимир посетил Владимир Ильич Ульянов (Ленин) Возможно, что его приезд дал то.ічок мозгам ссыльных и в отношении развития работы среди молодежи, но 9то только предположение. Было ли это в действительности-сказать весьматрудно, не имея на этот счет исторических документов.
— 15 — Но, КЗЕ бы там ни было, а начиная с 1903 года аружок владимирских семинаристов вотупяд на широкий путь революционной деятельности '■). П. Вслед за событиями в среде студентов-семинаристов в г Казани, и в г. Владимире, в этом-же году^ в мае месяце обнаружилось движение и в пермской семинарии. Здесь на семинаристов оказывали влияние из вне отдельные революционеры^ вызвавшие их на выступление. В 1862 году в іермосском заводе был задержан ученик пермской семинарии за антиправительственную агитацию среди рабочих. В июле 1862 г. обнаружилось движение среди вологодских семинаристов, где также был задержан один из воспитанников за антиправите.іьственную агитацию в среде крестьянства. В августе 1862 г. в По.итаве был арестован за антиправите.!іьственную агитацию преподаватель по.ітавскоі духовной семинарии. В 1863 г. в косіромской семинарии была найдена рукопись антиправительственного содержания. В 1866 г. был произведен обыск в томской семинарии. В августе 1866 г был арестован ученик саратовской семинарии, заподозренный в связях с революционерами В апреле 1869 года в петербургской духовной академии были перехвачены прокламации, пересланные студентам из Женевы от эмигрантов Нечаева и Бакунина. Все оти факты, конечно, не могли пройти незамеченными и не обратить внимания духовного начальства и правительства, хотя эги ^волнения" учащихся духовной школы далеко еще не носили ни массового харакгера, ни кружковщины, —это были лишь отдельные выходцы -единицы из учащихся, действовавшие по наитию революционных групп, которым, конечно, в дальнейшем пришлось послужить тем заразительным очагом революционности, в который, как мы увидим далее, превратились в конце-концов и сами семинарии. Правите іьство приняло по отношению к революционному брожению в среде учащихся жестокие меры; было соответственно я подкручено" духовное и учебное начальство, было разослано предложение, обязывающее последнее „усилить отеческое попечение'' над учащимися. Особенно сильно не понравилась государю, просматривавшему собственноручно дело петербургских студентов в 1869 году, саратовская семинария, которая' по его мнению, яко-бы „наделила" *) Сведения о развитии деятельности кружка и библиотеки владим. сем-ов взяты из „Записок во педагогике для воспитанников семинарии". И. А Богословского. „Библиотека Общ. движ. в Рос XIX и XX в. '-выпуск ІѴ, Кострома, 1921 г , стр 1 —26.
— 16 — петербургский упиверсигѳт „вольнодумцами". На деле петербургских с гудентов—государь собственноручно начерт-аи: „не принимать воспитанников саратовской семинариини в какие высшие учебные заведения впредь до усмотрения министра народного просвещения, а в духовные академии принимать не иначе, как с особого каждый раз разрешения синода". Но ни меры „отеческого попечения", ни исключения и аресты не исправили положения и если в 60-х годах семинары выступали на фоне революционного движения в одиночку, занимаясь, преимущественно, агитациейсреди рабочих и крестьян и „хранением^^ противоправительственнойлитературы, то в 70 х годах семинаристы выступают уже группами, по 4—5 чел., проводя все ту же, что п раньше работу, проявляя в то же время усиленное стремление к организации в семинариях революционных кружков, пока ото, наконец, и не становится фактом. Усилениереволюционногодвижения средисеминаристовв 70-х годах имеет и свое причинное об'яснение. Гчавной причинойусиления рево.ііюционного движения в среде семинаристовявилось еще большее стеснениек их доступу в светские высшие учебные заведения,—больше всего семинаристывозмущались стеснениемсвободного доступа для них в университеты по окончании четырех классов семинарии; эта мера была введена как раз в 70-х годах. Не мало возмущались семинаристыи той новой обязанностью педагогов, на которых была возложена „почетная'* роль шпионства за учениками в виде дачи начальству сведений о настроенииих, поведении и даже (!?) намерениях. Последнее обострило взаимоотношениявоспитателейи воспитанников, заставив последних открыть поход против новых шпио-у нов, применяя по отношению к ним даже террор. С осени 1879 года террористические акты по отношению к ректорам и отдельным преподавателям семинарий принимают уже обычное явление. Такой нажим на семинаров „блюстителей нравственностии добродетели' подлил, что называется, масла в огонь, и пламя движения все разростадось. В 1874 году в черниговской семинариисразу неско-нько учеников было привлечено к дознанию за уча,стие в революционной пропаганде. В том-же году трое учеников, вследствие политической неблагонадежности, были исключены из архангельсйой семинарии. В ноябре того-же года из орловской семинарии уволили троих учеников за хранение и чтение революционных изданий. В марте 1875 года, в той же семинарии, был арестован ученик 4 класса Иван Трудковский. Одновременно, с арестом Ив. Трудковского, в т в н я с в с в р I н с с й 3 Б ѣ С г с I б I I ч г -.-«^.и#«.^«*.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4