b000001066 - page 23

0. и. СЕНКОВСКІЙ. 17
-011 ій доіжны были подчиняться загранидей. Въ дѣда другихъ европей-
ръ государствъ онъ вмѣшивался властно п требовательно, его
голосъ раздавался какъ голосъ власти, силу п право пмѣющаго,
главное — сплу. Стоптъ припоынпть классическую угрозу Николая 1-го
отправить въ Парпжъ милліонъ слушателей, т. е, солдатъ, въ слу-
чаѣ если будетъ допущена къ представленію ненонравившаяся ему
пьеса. Участіе Россіп въ венгерскоыъ возстаніи — новая иллюстра-
ція того-же сашаго. Венгерцы возстали потому, что у нихъ были съ
австрійдамп своп собственные счеты; но такъ какъ императоръ Ни-
колай I возложплъ на себя трудную заботу о сохраненіи европей-
скаго мира п считалъ безусловнымъ свопмъ долгомъ заботиться о
і^очности всѣхъ европейскихъ престоловъ и поддерживать династи-
ческую идею вездѣ и повсюду, то Россіи пришлось вмѣшаться и въ
венгерское возстаніе ради его успокоенія. Русскій колоссъ въ
эту удивительную эпоху расиравилъ свои могучіе члены и явился въ
іГрлношъ блескѣ велпчія и власти. Но очевидно, чтобы пользоваться
въ Евронѣ такой первенствующей ролью, ему пришлось пустить въ
ходъ всѣ свои силы, которыя только были, приш.чось дѣлать невѣ-
роятное напряженіе, пришлось идеѣ внѣшняго могущества подчи-
нить все остальное и принести ей въ жертву лучшія дарованія и
лучшія способности.
Однимъ изъ необходишѣйшихъ условій внѣшняго могущества, по
іпѣнію императора Николая, являлось полное, безусловное, нетер-
дящее никакихъ, даже.самомалѣйшихъ уклоненій, духовное един-
ство всѣхъ русскпхъ людей. Ишъ должны были проникнуться всѣ,
начиная съ иерваго вельможи и кончая послѣднимъ мужиченкомъ.
Система николаевской эпохи стремилась подчинить себѣ всѣ мысли
п чувства пятидесятимплліоннаго населепія. Это была поистинѣ
грапдіозная попытка. Всѣ усилія правительства въ области вну-
гренней политики сводились къ дисцинлинѣ, идеаломъ которой была
рсцпплина военная. Каждому было указано свое, строго онредѣлен-
пое мѣсто; отъ каждаго требовалось, чтобы онъ говорплъ, думалъ п
'іувствовалъ именно такъ, какъ было предписано. Одинъ долженъ
шлъ чувствовать побо.чьше, другой поменьше; одному полагалось
інать то, чего не полагалось знать другому; въ мысляхъ одного могло
іыть больше развязности п бойкости, чѣмъ въ мысляхъ другого, или
гретьяго, которому совсѣмъ не полагалось иаѣть никакихъ мыслей.
]се это было строго нредусмотрѣно системой, все это съ математи-
іеской точностью соотвѣтствова.ю положенію человѣка здѣсь, на
іеалѣ. .1, ■
' П Л ■■ ь 9 /