0.
и.
СЕНКОВСКІЙ.
25
ромъ
фактовъ,
цифръ,
неожиданными
сопоставленіящп, быстрыми
лереходамп
п
даже
скачками
отъ
одного
предмета
къ
другому.
Онъ
заставить
васъ понять
дѣло,
какъ-бы
лѣнивы
вы
ни
были
въ
дѣдѣ
ыышленія,
онъ
растормошить
вашу
фантазііо
во
что
бы
то
ни
стало.
Нп передъ
какими
средствами
и
затрудненіями
онъ не
остановится.
Безъ
всякой
скуки
будетъ
толковать онъ вамъ
на
цѣлыхъ
страни-
дахъ
азбучныя
истины,
пересыпая
своп
объясненія
веселыми
шут-
ками
и
боикижи остротами,
десять
разъ
вернется
къ
тояу-же
пред-
мету,
равжуетъ
его
и
поможетъ
даже
проглотить.
Но
въ
то-же
время ему
ничего не стоить въ
послѣднихь
строкахъ
оставить
чи-
тателя
подь
впечатлѣніемь,
что все
сказанное
быть
можетъ
и
не
истина,
что все
говорилось ради
шутки
и
веселаго
времяпрепро-
вожденія.
Не останавливайтесь
на
иервыхъ
страницахъ,
нѳ
поддавайтесь
■очарованію
безусловно
умнаго
человѣка,
у
котораго
весь
организиъ
кажется
пропитанъ
умомъ,
—
идите
дальше.
Идите
дальше
и
вами
•скоро
начнетъ
овладѣвать
утомленіе.
Вашъ
умъ
удовлетворенъ
стройной
логикой,
смѣлымп
парадоксаш,
интересомъ аргументапд,
ваше
воображеніе
«пріятно
провело
время»,
слѣдя
за
прихотливой
фантазіей
автора,
за
ея изысканными
арабесками,
но
ваше
чувство,
ваша
воля какъ
будто
остались
незатронутыми.
Сенковскій
объ-
яснить
вамъ все
что
угодно;
но
гдѣ
тотъ
предметъ,
который
бы
онъ
заставиль
полюбить,
гдѣ
та
цѣдь,
ради
которой
весь
этотъ
шумъ
и
блескь?
Ваша
воля
осталась
безъ
напряженія,
пѣтъ
слезъ него-
дованія,
нѣтъ
любовнаго
волненія
сердца. Вызванная чтеніемъ
ра-
бота
ума
и
игра
фантазіи
не
замѣняетъ
остающейся
отъ него
пустоты
и
холодности
чувства.
Задача
художника, актера,
артиста
вообще,
какъ
служителя
искуства,
—
«разогрѣть
предметъ».
Мнѣ
простятъ
неудачное выра-
женіѳ
«разогрѣть»,
но
лучшее
по
кратквсти.
Можно
сказать иначе:
«задача
искуства
—
представить
вамъ
предметъ
или
всю
совокуп-
ность
предметовъ,
указать
съ
симпатической
ихь
стороны»,
т. е.
затронуть
любовь
и
ненависть вашего
сердца,
новліять
на
вашу
волю.
Этого
не
было
у
Сенковскаго.
Сравните
его
съ
Вѣдинскиііъ.
По
всей
вѣроятностп,
несомнѣнно
даже,
онъ
быль
въ
десять
разъ
образованнѣе
послѣдняго,
если
нз
болѣе
того.
Но
Вѣлинскій
умѣль
угадывать,
тогда
какъ
Сенков-
скій
только
понималъ;
Вѣлинскій
носпль
въ
своей
груди
благород-
ное,
смѣлое
сердце,
въ немъ таились
всѣ
муки
и
надежды
современ-
ности,
онъ
воспитывалъ
наши
стремленія
и
умѣлъ
возбуждать
пхъ?
