0.
и.
СЕНКОВСКІЙ.
9
нибудь
оригіінальнаго
и
самобытиаго,
высказываемаго
съ
ббльшіімъ
или
меньшимъ
умомъ
и
талантомъ,
теперь
п
у
насъ
журналъ
уже
не
можетъ
пмѣть
успѣха.
Критика,
въ
отношеніи
къ
успѣху
и
влія-
иію
журнала,
начпнаетъ
становиться
едва-
ли
не
важнѣе
самихъ
по-
вѣстей.
Правда,
иодъ
критикою у
насъ
еще
не
всѣ
разумѣіотъ
раз-
оютрѣніе
нроизведеніГі
искуства
на
основаніп
науки
изящнаго;
нанротивъ,
большая
часть
публики
добродушно
иочжтаетъ
критикою
всякую
бддтовню
о
литературныхъ предметахъ,
всякую
рецензію
на
пустую книжонку,
—
•
и
потому
у
насъ
стоитъ только
назвать
себя
крптикомъ,
чтобы
прослыть
критикомъ...
но
все-же
душа
журна-
листики
—
литературная
критика».
Если
читатель
согласепъ
съ пзложеннымъ выше
взглядомъ
на
журналистику
и
на ея
роль
у
насъ,
на
Руси,
то какъ нельзя
болѣе
понятными
станутъ
для
него
н
нпжеслѣдующія
слова
Бѣлпнскаго,
сказанныя ишъ въ
1841 году:
.
«И
такъ,
этотъ
успѣхъ
журнали-
стики, душа
которой-
—
критика,
служить
самымъ яснымъ
и
неопро-
нержимымъ
доказательствомъ,
что
литература
наконедъ
укоренилась
па
ночвѣ
русской
національности,
вошла
въ
жизнь
общества,
сдѣ-
•кілась
его
обычаемъ
и живою
потребностью
и
уже перестала
быть
ннѣшнимъ
нововведеніемъ,
модою
плп книжнымъ
педантизмомъ».
Этотъ
успѣхъ
журналистики
созданъ
прежде
всего
ею
самою,
п
)іы
скоро
увидимъ,
какъ не
дешево
онъ
ей
достался.
*
Вспоминать
о
журналистахъ
тридцатыхъ
и
сороковыхъ
годовъ
—
;іііачитъ вызывать
передъ собой
скорбныя
тѣнп.
Глубокая
пропасть
времени,
лежащая
между
нами
и
ими,
позволяетъ отнестись
къ нпмъ
безъ
ненависти
п
раздраженія,
и
какъ только
мы
устраннмъ
этіі
чувства,
нами не можетъ
не
овладѣть
самое
искреннее
состраданіе.
Многіе
пзъ нихъ
были
смѣлые
и
хорошіе,
даже
честные
люди,
шногіе
не
остались
таковыми,
пройдя
тяжелую
и
многотрудную карьеру
журналиста.
Передъ
памп
тѣнь
Надеждина,
разбитаго
параличемъ
послѣ
неожиданной
для
него
поѣздкп
въ
Вятку;
тѣнь
Полевого,
ио-
терявшаго
все
—
талантъ, силу,
здоровье,
славу
въ
борьбѣ
съ
неза-
висящими
обстоятельствами.
Скорбныя
тѣни
многострадальныхъ
людей,
которымъ
если
не
все,
то многое
простится,
даже
за малое со-
дѣянное
пли,
ибо
и
па это ма-тое
приходилось
убивать
недюжинныя
силы...
Начпемъ
съ
Полевого.
Вѣлпнскій,
Панаевъ
п
вообш,е
кру
жокъ
«
Со-
временника»
произнесли
ему
когда-то
суровый
ириговоръ.
Вотъ напр.,
"1
