Когда в устроенной полк. Кобылинским в доме заключения походной церкви была служба, Родионов грубо обыскал пришедший притч и поставил около престола красноармейца, чтобы следить за священником. Он вмешивался во внутренний распорядок жизни заключенных, везде подозревая нити несуществующего заговора и ища признаков общения их с внешним миром. Он дошёл даже до того, что запретил великим княжнам запирать на ночь свои комнаты, объяснив, что имеет право в любое время проверить их присутствие в доме. Сделал он это крайне грубо. В первый же день появления Родионова в доме заключения, кто-то из свиты уверял, что узнал в нём жандарма, проверявшего паспорта на германской границе в Вержболове. Когда Родионов увидал ген. Татищева, он сказал ему: «Я вас знаю...» На вопрос Татищева: «Где же вы могли меня видеть, ведь я же жил в Берлине?» (Генерал-адъютант Татищев состоял много лет при императоре Вильгельме) он ответил: - И я был в Берлине... От дальнейшего разговора Родионов уклонился. Генерал-лейтенант Дитерихс, последний генерал- квартирмейстер ставки верховного главнокомандующего в Могилеве утверждает, что Родионов был в числе убийц ген. Духонина, последнего русского верховного главнокомандующего. * * * 20-го мая в 11 час. дня царские дети, свита и слуги взошли на тот же пароход «Русь», который доставил их раньше сюда. Кроме детей ехали 26 человек. В 3 часа дня пароход отчалил от тобольской пристани и пошёл в Тюмень. Родионов и на пароходе продолжал свою систему унижения узников. Он запретил великим княжнам запирать на ночь свои каюты, каюту же, где помещался наследник с матросом Нагорным, наоборот, запер снаружи висячим замком. Из-за этого у него вышла ссора с Нагорным, который решительно протестовал против таких его действий. - Какое нахальство! Больной мальчик! В уборную нельзя выйти!.. 341
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4