Честный, прямой и горячий, Нагорный своими ссорами с Родионовым сам предрешил свою смерть в Екатеринбурге. 22-го мая пароход пришёл в Тюмень и после нескольких часов ожидания поезда, узники выехали в Екатеринбург. * * * Теперь вернемся немного назад к моменту сдачи Яковлевым председателю екатеринбургского исполкома Белобородову доставленных им из Тобольска государя, императрицы и великой княжны Марии Николаевны. Из поезда узников перевезли в дом купца Ипатьева на автомобиле, которым управлял Парфений Самохвалов - начальник особого железнодорожного карательного отряда, он же заведующий правительственным гаражом. О нём я расскажу подробно впоследствии, когда буду говорить о своей поездке из Читы в Омск за арестованными по царскому делу братьями Юровского, самозванцем и прочими. Среди доставленных мною следователю Соколову арестантов находился и Самохвалов. Это был надежный для екатеринбургских большевиков человек, - ему они и доверили перевезти узников в Ипатьевский дом. В его автомобилях на вокзал поехали комиссары: Голощёкин, Авдеев и ещё два каких-то человека. Приехали на станцию в Екатеринбург II, где остановились около окружённого красноармейцами вагона I класса. Здесь Самохвалов впервые увидел государя: - Оттуда вышел государь император, государыня императрица и одна из дочерей их. Я хорошо помню, государь был одет в шинель солдатского сукна, т.е. цвета солдатского сукна, как носили в войну офицеры. Я хорошо помню, что погон на ней не было. Их посадили в мой автомобиль... Когда мы подъехали к дому, Голощёкин сказал государю: - «Гражданин Романов, вы можете войти...» Начался екатеринбургский последний период заточения. Охрана Ипатьевского дома резко делилась на две части: 1) внешняя, часто сменявшаяся, - случайная; 2) внутренняя - постоянная команда охраны. Двое из красноармейцев внешней охраны: Григорий Суетин и Мухамед Абдул Латыпов были впоследствии захвачены белыми. 342
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4