офицеров (Грамотина и меня) в Англию: Вдовствующая Императрица жила в то время в Лондоне. Чемоданы с отчётами были помещены в вагон полковника Мура, служебный вагон Соколова прицепили в хвосте поезда, и американский военный состав тронулся в путь. Когда мы подъехали к злосчастному Яблоновому хребту, вновь случилась неприятность. Поезд был разделён: передняя часть состава продолжила движение вперёд, а хвостовая была задержана из-за ссоры между атаманом Семёновым и отступающими чехами, которая закончилась бы кровопролитием, если бы не вооруженное вмешательство японцев. Когда мы, наконец, добрались до Читы, полковник Мур уже давно покинул город, и у нас были большие трудности в получении разрешения от Семёнова, чтобы Соколов ехал в Харбин с сомнительной целью допроса свидетеля, якобы отказавшегося приехать в Читу. Как обычно, с Грамотиным и со мной обошлись лучше: Атаман Семёнов снабдил нас как паспортами, так и деньгами для путешествия в Европу. В Харбин мы снова опоздали: полковника Мура уже не было. И более того, Лампсон оказался в Пекине, а Ходсон - во Владивостоке. Чемоданы с материалами следствия были обнаружены у Британского консула господина Слайя, но его предупредили, что в чемоданах личное имущество генерала Дитерихса, и не дали никаких инструкций на передачу их кому-либо ещё. Так случилось, что через Харбин в то время проезжал генерал Жанен48- командующий всеми союзными войсками в Сибири. С ним в поезде был бывший гувернер Наследника господин Жиль- яр, который предложил попросить французского генерала позаботиться о материалах следствия. Нам не очень хотелось это делать, Грамотин и я фактически отказались принимать в этом участие. Соколов чувствовал тоже самое, что и мы, но смотрел на вещи с прагматической точки зрения: отчёты должны быть спасены и, возможно, им будет безопаснее с французским генералом, чем в Харбине. Что ещё было делать? Вопрос обсудили, и Жанен согласился взять чемоданы. Той же ночью Жильяр, Соколов и адъютант генерала Дитерихса пе149
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4