Иван Бунтилов ЯКОРЯ Стихи разных лет
УДК 82-1 ББК 84 Б91 В поэтический сборник Ивана Бунтилова «Якоря» вошли стихи, написанные в разные годы. Автор верен себе. Как и в первой книге - «Человек, рождённый плакать» (2023г.), язык его стихов выразителен и метафоричен. Поэт «смотрит на Небо через будни», видит разбитые души, которые плывут «из никуда в ниоткуда». В поэтических строчках отражается трансформация человека, болезненное обнуление через войну, потери и страдания. Но через «метафизику отдельных душ» сквозит свет. Название сборника символично: якорь — символ твердости в вере, способный усмирить бурю страстей человеческих, символ надежды на будущее Воскресение. Поэт творит, «чтоб окружающий мир перестал быть безбожен». Книга проиллюстрирована графикой Светланы Дубининой. Автор благодарит Господа Бога, маму, папу, жену и дочь, сестрицу Машу, Ирину и Артема Андреевых, Самвела и Арину Саребикян Отдельная благодарность Ирине Тарасовой и Свете Литвак. И конечно же Светлане Дубининой за изумительные работы, ставшие иллюстрациями Бунтилов Иван Б91 Якоря: Стихи разных лет/ Иван Бунтилов.– [б.м]:[б.и], [б.н], 2025. - 116 стр. ISBN 978-5-600-04862-1 ©Иван Бунтилов, 2025 ©Дубинина Светлана, иллюстрации, 2025
3 ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ «Поэзия, — (как полагал Аристотель), — удел человека или одарённого, или одержимого», причём, одержимость во времена античности воспринималась однозначно — одержимость духом, как одержимость Сократа. Одарённость Ивана Бунтилова слышится явно. Азбукой Морзе стучится в эфир между, казалось бы, бессвязных, невнятных образов и метафор. Поток сознания читается за написанным как удивление перед фактом: Бог «всë и во всём». Ощущение богоприсутствия в мире — уже одержимость Духом. Уже не далеко: «не суди, да не судимым будешь». Но кто не судит, уже осуждён людьми — «еретик», что переводится как «инакомыслящий». Не случайно Жан Раскин был убеждён: «Поэты имеют общее с еретиками, не в том что они всегда защищают свои произведения, но что совесть (соучастие в Благой Вести) никогда не оставляет и в покое». Одарённость и одержимость — то что отличает человека от животного. Одержимость Истиной — начало всякой свободы и творчества. Замечателен путь из тошнотворного бытия, через бездну и ночь, рычание и вопли к разделению плоти и души. И важно, что «обнуление», т.е. полное списание и долгов, и планов, и воспоминаний, коснётся только плоти, превратив их в «бренные останки». А вот душа благодаря вере точно будет спасена. В этом автор очень убедителен! У древних греков было понятие парессии. Это честная, искренняя речь перед лицом богов о себе самом. В современном мире она не звучит, разве что на исповеди. Но иногда она все-таки прорывается в поэзии. Направленность поэтической речи та самая: от внутреннего человека к другому внутреннему человеку. Возможно, она звучала бы сильнее, если бы из неё исчез проповедни-
4 ческий элемент. Сокровенный человек говорит про себя в буквальном и переносном смысле этого слова, но такая речь открывает горизонт. Взгляд, уводящий за край света — вот, может быть, главная ценность этих стихов... Геометрия изнуряет пространство свойствами фигур. Точки — точные, прямые — упрямые, углы — наглые. Поэт, куражась, тщится переосмыслить романтику форм. Энергия стихов Ивана Бунтилова превосходит, непостижимым образом перебарывает разлитую за ними как фон меланхолию. Интересный эффект, очень необычный. Поэт говорит очевидное, но важное: комар метафизичен. Чрезвычайно метафизичен. Его жизнь устроена удивительным образом: «Он не родился, / Просто он возник». И финал: «Без тропаря, без выхода, без края, / Комарик, брат, я снова умираю. / И снова воскресаю поутру´. / Комарик, мне всё это по нутру». И, вспомнив другие строки — «Прямая по закону неподсудна/Как неподсудно океану судно/Которое летит сквозь облака, /Заправив в бензобаки молоко,/И звук его не будет замолкать,/И след его далёко-далеко», например, — задумаешься о диапазоне звучания, и не откажешь себе в чтении-исследовании книги. В обсуждении книги приняли участие поэты: Борис Колымагин, Света Литвак, Николай Байтов, Игорь Лёвшин, о.Валентин Дронов, о.Константин Бабич
ПОЛНОЧЬ. ХХI ВЕК
7 ПО МЛЕЧНОМУ ПУТИ Будущее вытекает. Настоящее мелькает. Прошлое лежит во мгле. Ангел пляшет на игле. Настоящее течёт. У него неровный счёт. Три — шестнадцать, раз, два, три. Настоящее внутри. Я у Прошлого спросил: — Много ль дров я накосил? Накосячил косяков, словно стружки от станков? — Три-шестнадцать, ваших нет. Нет у Прошлого примет. Сто четырнадцать веков Мир такой как есть, таков. Мир таков, какой он есть. Дважды два и шестью шесть. Мы считаем по слогам — этот мир, как балаган. И под куполом, горбат, месяц, словно акробат. Он по Млечному пути От пяти и до пяти.
8
9 АПРЕЛЬ Человек тревожится, человек боится. Как оно всё сложится? Человек двоится. Человеков двое, и боятся оба. Лишь один завоет — у другого злоба. Двое человеков у одной могилы. В той могиле Гитлер, Сталин и ИГИЛы. В той могиле Пресня, в той могиле Крым. То ли это песня, то ли это дым. Человеку нужно посидеть в дому. Человеки дружно нажили чуму. И на оба дома, и на оба два языка — оскома, язва за слова. Человеку глиной залепило рот, Тихо на Неглинной. Золотых ворот не найдут потомки. Потому что нет у меня в котомке золотых монет. Человеки в масках ходят по нужде. Думают о жизни, смерти и еде. Думают о Боге, есть он или был. Молятся немногие, те, кто не забыл.
10 БОРОДИНО (моё) Смешались в кучу кони, люди… + От работы дохнут кони. От обиды дохнут люди. Сохнут травы, гаснут солнца — увертюры без прелюдий. И поём мы свои песни, свои песни про обиды, пахнут травы, светят солнца, возвращаясь на орбиты. ++ Кони скачут по арене, на арене кони сдохнут, люди хлопают в ладоши, позабыв свои обиды. В оглушительном рефрене оркестровом люди глохнут... Не слыхать, как плачет лошадь, не стучат её копыта. +++ Солнца разными цветами все обиды отражают, Те же травы расцветают разноцветными коврами. И в глазах людей те кони вдруг становятся китами, так обиженные люди это всё воображают.
11 ++++ Так обиженные люди от обиды умирают, напевая свои песни, гордо сбруями играют, проклиная солнце это, поджигая эти травы, бредят, лгут... и их поэты не скрывают, что неправы.
12 ИЗ ПЕТЕРБУРГА В МОСКВУ Проезжаем Бологое. Из вагона вышли гои покурить и подышать. — Можно нам не поспешать... Ровно двадцать пять минут, и минуты все минут. Мы залезем все в вагон в этом самом Бологом. И поедем в город Тверь. И в купе закроем дверь, и возляжем мы на полки, словно некие осколки, словно некие обломки, позабыв страданья, ломки, боли, страхи, карантины, морок городской рутины... — Будем до Твери тверды, это тост, алаверды, — говорит за стенкой глас. Хочет спать мой третий глаз.
13
14 МОЯ МОСКВА + Я не люблю Москву и москвичей. Природных, коренных, не лимиту. Они гордятся звяканьем ключей, и что в метро метели не метут. Они всегда всё знают наперёд, И каждый врёт, что никогда не врёт. Они мотают модные шарфы, на шеи, чтоб не гнулись ненароком. И любят резать строчки из строфы, и называть предателя пророком. ++ Но и в Москве бывают холода, в Москве бывают долгими года. В Москве всё время праздники, в Москве пропитан этим духом каждый сквер. +++ Так пахнет скорый поезд на вокзале, билеты на который мы не взяли.
15 ПРЯМАЯ + Прямая не пряма, она поката Лукава, как работа адвоката Прямая не пряма, она упряма В стремлении смотреться очень прямо В стремлении держаться параллели Как параллельны большакам аллеи Как параллельны ишакам олени Чтоб прямо к Небу, надо на колени ++ Прямые, по природе, перспективны Дефисы, переносы примитивны Пунктир — (тире) собрание дефисов Прямые... (точки) оси компромиссов. +++ Прямая по закону неподсудна Как неподсудно океану судно Которое летит сквозь облака, Заправив в бензобаки молоко, И звук его не будет замолкать, И след его далёко-далеко.
16 ПРИКУП+ Осень очень медленна, Словно перед штормом... Временами ветрено. Флюгеры их кормом Делятся с воронами, Те безмерно рады. И деревья кро´нами Давят на ограды. ++ Временами холодно, Но ещё не зябко. Все дрова наколоты... Мы не взяли взятку. Мы не знали прикуп И не жили в Сочи. Очень сладкий привкус Дней, что всё короче. +++ Тёплыми ночами Я бродил с собакой Га´грами, Соча´ми. И не верил байкам. Листья и щебёнка Нам двоим шуршали. Словно два ребенка Мы по ним бежали.
17
18 ИЗ ИГГИ ПОПА Когда тебе выносит мозг, не думай ни о чём. Пусть мозг твой плавится, как воск, но рожа — кирпичом. Another brick — another pric. И в профиль ты почти старик. — Ты старше в профиль, старина... — Что в фас, что в прикус, ни хрена не слаще будет редьки лук. И не по федьке тот каблук. И не про сеньку тот стишок. Сплеталась фенька в ремешок от старых часиков «Полёт», которые давно стоят. Я опоздал на самолёт, но у меня есть самокат.
19 ИЗ ТОМА ЙОРКА Инкогнитивный диссонанс — Никто не думает за нас. Никто за нас не натворит. Никто из нас не говорит О том, что время — это мы. О, Том, в безвременьи то мы. Никто нас вовсе не сжигал. Художник мир передвигал. Строитель строил небоскрёб, Седьмое небо чтоб поскрёб. Седьмому небу — третий рим Он, говорят, неповторим.
20 СТРАННЫЙ ПЕРЕЦ (детские стихи) + Есть перцы, которые ждут всегда, И я не среди них. — Давай зажжем! Спирт и Вода! Но я отвечаю: — Нихт! ++ Ведь я по природе — овощ, По случаю — Странный перец. Не надо мне ваша помощь — Перцовка, пузырь без дверец. Не надо мне ваша дерзость. Я сморщен уже от боли. Я сорван с куста, и Мерзость Надрезала мне ладони. +++ Я мог бы висеть в мансарде, И вялиться в Коктебеле, И стол украшать в Массандре, Чтоб овощи не робели. Ведь, в общем, я несъедобен, Сухой и свежий — пожар, Чилийский брат мне подобен, Но я от Них убежал...
21 ++++ И вот я лежу за шкафом, Сметённый совсем случайно. И мышь по ночам жирафом Глядит на меня печально. И рядом мёртвые мухи, И ключ от дачи, где счастье. Его потеряли духи, И съехали в одночасье...
22 МИЕЛОФОН + Мы смотрели будущее в детстве, И летали над Москвой товарной, Нам в Зарницах никуда не деться, Наслаждаясь юностью коварной. Не смотрите на ночь эти фильмы, Не знакомьте снова эти песни, И не вспоминайте... это сильно умножает скорби и болезни. ++ Помните, в Москву входили танки? И подлодки плыли по Фонтанке, И погиб наш юный Электроник, И его никак не похоронят. И свалила вникуда Алиса, И пираты больше не дралися, Утонул в болоте Буратино. И закончилась кинокартина. +++ Но остался влажный след под глазом, И ещё крылатые качели По весне накрылись медным тазом. И они своё отшелестели... ++++ Шелест крыльев, яд летучей мыши... В этом мире линии прямы же? Или эти линии кривые, словно контуры прифронтовые? Нет, возможно, это лишь пунктиры,
23 и прямые — это лишь квартиры. А квадраты — это лишь дома. А по улицам идëт чума. +++++ Мы пойдём купаться на затон, Это будет в будущем, потом. Потому что будущее есть. Потому что будущее быть. В будущем есть невозможна месть. Будущее это есть любить. ++++++ Наши мысли — это наши нити. Господи, вот и луна в зените! Наше время — это наши страхи, наши радости и наши крахи. Наши скорби, наши двойки в школе. — Эй, Алиса, молишься о Коле? +++++++ Не бывает будущего вне прошлого, текущего и дней тех, в которые мы все больны, неразумны, лживы и честны.
24 О НАШЕМ ПОРАЖЕНИИ Ни дней без строчек, Ни ночей без снов, Ни журавля, ни воробья. Купаться... Грохочет гром, И дождь, и бор соснов, И лето не успело окопаться. Поэтому ему пора валить, Никто не поспешил ему налить Окопные наркомовские двести, И с фронта шлют теперь плохие вести: «Готовьте на резиновом ходу сапёров и купюры что в ходу желтеют будет дорогОй мука затея провалилась тчк».
25 NIHIL (ничто) никто не забыт, никому не забыться ничто, никогда, не навечно, нигде ничтожество может под кожу забиться и высыпать оспой на Страшном суде ничто не сказал, и никто не услышит не стало легко, и не было не в мочь ничтожество, тоже два слова — «не дышит» из уст санитаров, дежуривших в ночь ничто, как обычно, и не предвещает ничто никогда не оставь на потом ничто — пустота, и ничто не вмещает в себе ничего, как сгорающий том ничто не способно впитать эти слезы ничто не сумеет утешить вдову ничто — это то, чем становятся розы ничем, их сжигают, как сор и траву ничто не растёт в каменистой пустыне ничто не находит сухое зерно ничто не напоит, ничто не остынет ничто никогда никому неверно. вар. ничто никогда ничему не равно
26 МОЯ ВОЙНА Спаситель евреям тогда сказал, что надо любить людей. И Павел в одной из афинских зал: «Ни элинн, ни иудей...». И если бы каждый христианин умел бы хранить свой ранг, Тогда б не смогли разрывать они столько нарывов и ран. Тогда б перестала сочиться кровь на склонах великих гор, Тогда бы не было бы воров, ворОм перестал быть вор. Тогда бы и я не плакал навзрыд в толпе людей на Успенье. И мой талант бы не был зарыт, и я имел бы терпенье. И я бы считал, что я и Бог, отныне вместе вовеки, И было бы всё и во всём — Любовь, и были б мы человеки.
27
28 СМЕРТЬ От разговоров есть ли толк? Неправильный глагол to talk — неправильнен всего на треть. Проговорить и умереть, Верней уснуть и видеть сны. To sleep, ослепнуть. Блеск блесны я вижу в черноте реки. Не позабудь. И изреки: — Тащили баржу бурлаки. Не из реки, а по реке. И наши славные полки На нижней полке, на песке. — Не зарекайся от сумы. Сумей понять, что нету тьмы лишь только в Свете. Нету тьмы лишь только в Свете. Нету тьмы...
29
30 ДЕРЬМО Тишина, и в тишину Ты плывёшь из темноты. В эту странную весну Кашлем крик, до тошноты. От того и посему Из земли пророс росток. Потому что потому Здесь и Запад, и Восток. Ты бежишь наперерез, Словно заяц или лис, Ты несчастен, ты тверёз. Все без масок, все без лиц. Ты плывёшь из никуда В ниоткуда ты бежишь. И пространство, как вода. Ты не тонешь — это жизнь.
ОБНУЛЕНИЕ
33 ВАЛЬС-БОСТОН Раз-два-три, раз-два-три, раз Не закрывайте, пожалуйста, глаз Раз-два-три, раз-два-три, раз, два и три Ты на себя самого посмотри Падает с ветки осенний листок, Клал я на запад, плевал на восток Сам себя ставил к позорной стене А вот теперь я солдат на войне Раз два три, раз два три, раз Мёртвый солдат выше стен, выше фраз Родина светит нам ярче зарниц Падаем мы перед Родиной ниц. Нет ничего выше Родины, нет Бог выше Родины, падает снег. Я вместе с Родиной, Я вместе с Ним. Тропки все пройдены Солнце, как нимб.
34 МЫШИНАЯ ВОЙНА «Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?» (Матф.6:23) «Летели качели, без пассажиров…» (Е. Летов) Крылатые качели Ржавеют под дождем. Прыг-скок, залезли в щели И в гости не пойдём. Сидим в своих окопах И размножаем вшей, Мечтаем о Европах С инстинктами мышей. Вдыхая запах гноя На глянцевых бинтах Свобода- паранойя, Протезы на винтах. Мы даже не калеки, Не инвалиды, нет. Мы просто человеки, Внутри которых свет...
35
36 СЛЁЗЫ И ЖЕЛЧЬ + Камни камнями. Жаркое лето. Жаркими днями Бродский и Летов Маются жаждой На жёстком диске — Кается каждый В собственном писке. ++ Мелкие ссоры, Гадкие строчки, Сплетни, позоры, Печень и почки, Сердце и разум, Слезы и желчь Вылились разом — Рифмы не сжечь. +++ Время сгорает Спиралью двойною. Лето играет В игры с войною. Здесь всё спокойненько, здесь нет войны. Только покойники с той стороны. ++++ Да чёрный во´рон — Во´рон, не дрон. Да на берёзах
37 стая воро´н. И земляника в траве словно кровь. +++++ Лето возникло В одном из миров, Коих немало На этой земле. Лето ломало Хлеб на столе, Лето поило Горьким вином. Лето таи´ло Явью и сном. ++++++ Это закончится вместе с войной. Той, что обходит наш край стороной. Той, на которой мы и не мы. Те, кто нас против — слепы´и немы´. Немцы бывают разных пород, Мы эту реку вплавь или вброд. В жаркое Лето Лету сольём. Выйдем на берег с чистым бельём. Снова — здорова скажем себе, Все, кроме тех, кто Наверх по трубе.
38 ВОЙНА + Когда в душе сплошная боль — Спасает только алкоголь. Он, правда, вовсе не спасает, Но боль так больно не кусает. Тебя кусает алкоголь, И от него больнее боль, Но ты сумел привыкнуть к боли, И к той, и к той, что в алкоголе. Когда в душе твоей война, То лучше б ты не пил вина, Не доверял бы ты вину В твоей душе — твою войну. Но это, как неравный бой Самим собой с самим собой. Неравный бой, но есть подмога. Сквозь боль ты чаще видишь Бога. ++ Ещё нас можно помирить. Ещё Любовь расправит крылья. А Время вышло покурить, И флагами его накрыли. Не надо думать о войне, Коль ты пока не на войне. Когда мы будем на войне...
39 Здесь каждый думал о своём. Когда мы будем на войне, Тогда поймём, тогда споём. Когда мы будем на войне Тогда мы будем там вдвоём. +++ Тогда мы будем там одни, Как три сосны, как тополя. Как эти звёздные огни. Как эта грешная Земля. Мы будем с ней один в один, Как соль земли, как первый снег... И будет боль болеть в груди. Как в страшном сне.
40 ВТОРОЕ КРЕЩЕНИЕ + Он много пил, он мало спал. И, кем хотел он быть, не стал. Он делал глупости, смеясь. Носил он имя Вова Князь. Он не нашёл себе жену, Хотя сменил их не одну. Он не родил себе детей. Их было несколько, смертей. Его разбитый телефон, И на экране крест, как фон. Его разбитое авто Стоит у кореша лет сто. Его разбитая душа Дни доживала, чуть дыша, Когда он плюнул на свой ад. И Вове дали автомат. ++ И он нашёл на той войне себя за эти сорок дней, себя за эти сорок лет. И Вове выдали билет. И там, на берегу Днепра, Как Князь Владимир из ведра, Он обливал себя водой В наколках и немолодой. И прилетала птица Дрон,
41 И рухнул мир со всех сторон. +++ Его разбитая* душа — Крикливой чайкой в камышах взлетела, ей уже пора... Нет, не в Валгаллу, в Русский Рай. * бессмертная
42 НА КРАЮ ВСЕЛЕННОЙ Я на краю вселенной Смотрю в свою трубу. Над пропастью нетленной Я видел всех в гробу. Я видел Палестину Там был Армагеддон. И Вечности пластину Топили в речке Дон. Я видел волонтёров С крылами и без них И всех киноактёров, Оставшихся одних. Я видел пассажиров, Летящих в никуда, Им было не до жиру, Их всех ждала вода. Нас всех ждала пучина Из ядерных грибов... Господь последним чином Прощал своих рабов.
43 СРЕТЕНИЕ (быть весне) А если взвесить — Ты мало весишь. А будут вешать — Ты будешь ветошь. Ты будешь виться — Витая пара. На Смерть кривиться От дыма — пара. Уметь кривляться На день вчерашний, Ведь Смерть есть бл***во, Когда не страшно. И Жизнь есть бл***во, Когда не любишь. Где взять мне средство, Чтоб смазать флюгер? Где взять мне масла, Чтоб смазать раны? И давит масса, И рвутся краны. И вьётся вьюга, И шепчет снег мне сводки с Юга, что быть Весне.
44 ЗЛОБА я загнал патрон в патронник, у меня один Патрон. Он беззлобный, Он не тронет... я же в гневе, я не Он. + Я хотел бы пострелять, только мне нельзя. мне бы прямо, не вилять шпаллером грозя. Я бы ленты намотал на своей груди. Ветер в поле заметал пули, как грузди´. Как маслята, говорят, или воробьи. Пули язвами горят, пули те мои. ++ Злоба, злоба, где твой край, где же твой предел... Двое, оба рвутся в рай по своей беде. И обоим светит ад, ибо по злобé. Ибо ругань, ибо мат... Оба на столбе. +++ Мне бы злиться на себя, да зарыть бердáн. Мне бы жизнь прожить, скорбя, без боёв, без ран. Мне бы лодку затопить, чтоб не понесло. Мне бы водку, чтоб не пить, греться чтоб. Весло я бы тоже бросил плыть дальше, от греха... Злоба, злоба, все мы злы, словно порохá. ++++ Чтобы порох стал сырым, нужно много слёз. Должен первый стать вторым, Палех или Плëс? Должен дерзкий не дерзать, злоба не простит. В порох капает слеза, ей не прорасти. Ей не выстрелить теперь, ей не поразить... И не злыдень, и не зверь, и не паразит.
45 ХРУСТАЛЬНЫЙ МИР И снег хрустит под сапогами, Как будто треснувший кларнет. И клён похож на оригами, И месяц нацепил лорнет, И ледяные карусели Несутся в чёрных небесах, И это звёздное веселье Сгорит, как стрелки на часах. И римские двенадцать знаков С арабскими сойдутся вновь. И, хоть их смысл и одинаков, Из этих цифр польётся кровь. И Время вылетит кукушкой, Чтоб разбросать своих птенцов На Землю с ледяной макушкой, В которой много мертвецов.
46 + ДИМЕ ГОРЧАКОВУ Писать чернилами, но «с кровью на две трети», Ползти на свет и никого не встретить Больнее, чем уснуть и не проснуться. Крот улетел, но обещал вернуться. Крот улетел в свои сквозные дали, Где Моби Дик разобран на детали На старом гэдээровском басу. И Моби Дик теперь с кольцом в носу. Я не любил Крота, я был превыше Любви к тому, кто слабже, кто без «крыши». Я не любил Крота, без дураков. А Крот... он улетел, и был таков.
47
48 СВИДРИГАЙЛОВСКОЕ ТАНГО + Что такое Новый Мир — Это старая война. И Европа это миф Если Крымская Весна. Палестина — это плач Палача над палачом, Полыхающий калач, Что свернулся калачом. А в Америке живут Люди добрые во благе. И они тебя порвут На британские, на флаги. И они тебе споют… Не мечтай и не надейся, Ведь они тебя убьют, Как вьетнамца, как индейца. ++ И паршивую овцу Режут первую из стада. Смерть красна и так к лицу Если смог сбежать из ада, Убегая от волков По натянутой струне. Волчий вой и хруст колков Раздаётся в вышине. +++ Не бросай меня, Господи! Потому что я — точно остров Крым. Моя родина, ей меня спасти. Я — Сицилия. Милый Третий Рим.
49 Я Офелия, аномалия. Гордость велия. Я — Италия. Я — Испания. Может я Алжир? Может Дания, там где Гамлет жил. Я — Карелия, я кричу совой. Может я не твой, может я не свой. Может Родина вся в моей судьбе. Вся она во мне. Мне не по себе.
50 МАРСОВО ПОЛЕ + Лети, лети, мой лепесток, Лети, лети, лети. Пусть пеплом сыпется песок, как узелки в плети — зарубки на прикладе. Венок на светлую главу плети, плети, плети. Венок, который на плаву — лети, лети, лети. Рука с рукою в ладе. ++ Мы умираем, рано или поздно. И ангелы нас забирают грозно. И суд без милости тому, кто не творил той милости, кто просто говорил.
51
52 МОКРЫЙ СНЕГ (тающему) Моё тело лежит на кровати Голова от тела отдельно Моё тело как будто в вате Голова работает сдельно Голове нужны витамины Голове нужны впечатленья Тело тоже делает мины Тело тоже корчит от тленья Прилетали чёрные птицы И клевали чёрную печень И учили меня креститься И плевали мне: Ты не вечен И крестился я, и молился И смотрел на всё через боли А потом опять снова злился Постигая вольные воли Голова моя в изголовье А в ногах моих правды нет И течëт по мне черной кровью Этот мартовский мокрый снег.
53 ТОШНОТА + Тошнота, оно пустое... Словно над обрывом стоя, ты стоишь на четырёх лапах, словно злой зверёк. Ты рычишь, и ты кричишь, в эту бездну, в дождь в ночи. И слюну, и слезы — сопли распыляют твои вопли. ++ Кто-то даст команду: «Пли!». И обну´лятся нули. И останутся в остатке только бренные останки. +++ А бессмертная душа бессловесно, не шурша, полетит на Божий суд, веря, что её спасут.
54 IMAGINE Я добрый, но добра не сделал никому. И оттого порой ночами мне не спится. Скрипит костями пол в моём дому. Как бы не скурвиться, как бы не спиться... Давай представим — нету больше зла. Давай умножим частное с несчастным. Давай, мы сели в лодку без весла. Нам плыть и не доплыть, ругаясь часто. Никто из нас не будет одинок, Покуда остаётся вместе с Богом. Мне восемнадцать, я ещё щенок. Мне предстоит жалеть ещё о многом. Мне предстоит немалое постичь. Мне предстоит ничтоже не успеть. Я знаю, Боже, ты меня простишь. Я знаю, Боже, что ничтожна Смерть. Я знаю, Боже, что бесценна Жизнь. Позволь мне, Боже, дальше ею жить. Ты слышишь, Боже, много-много лжи. Прости меня, я тороплюсь спешить.
55
56 ДВА КВАДРАТА (2м²) Ангел — это Чудо в перьях Это Ангел, а не бес. И в Псалтири, и в поверьях, В отражении Небес. Видеть это отраженье Может только тот, кто свят. И Небесное движенье — Белых ангелов отряд. Их увидят, кто на фронте, Тот, кто ранен, кто в плену. Белых ангелов не тронете... Их послали на войну. Белых Ангелов армада Над Донбассом, над страной. Он спасёт тебя от Ада. Чудо в перьях, твой, родной. И спасает нас от Смерти — Наша Вера нашу плоть. Два квадрата нам отмерьте — Нашим детям их полоть.
МЕТАФИЗИКА ОТДЕЛЬНЫХ ДУШ
59 INFERNO Исправленному — верить Учёного учить Ничем нас не измерить Ни с чем не разлучить Никто не ходит тихо По нашим головам Никто не пишет лихо Мотивы и слова Ничем не пахнет небо И птицы не поют И василиски слева Прохода не дают Но ангелы, что справа Мне шепчут: «Всё пройдёт». Их целая орава И каждый что-то ждёт.
60 РАДОНИЦА + Горькой гарью пахнет вечер. В небе плавают грачи. Дует неспокойный ветер. Он несвежий, он горчит. Я завёл свою косу, Я кошу свою траву И косу свою не рву, Свою кóсу я несу. И вплетается цветок В мою кóсу от косы, У моей косы жесток Лепесток в огне росы. И в моей косе бензин, И в моей косе заряд, И косить мне от низин До калитки, всё подряд. ++ Покосы — погосты. Зачем вам ограды? Всем тем, кто дошёл до Небесной награды. И вот на могилах горят фонари. Стоял и дышал ветерком изнутри. И плач прорывался в тебе из нутра. И руки чесались, и пятки сверкали. И Время сменялось*, и восемь утра По горизонтали и по вертикали.
61 ++++ Система вся координат — обычный Крест. И ты цепляешься за óси, чтобы жить, Когда ты пьян, или когда ты трезв. С кем воевать тебе, и с кем дружить? Вся Геометрия небесных тел Есть Метафизика отдельных душ. А ты совсем немногого хотел. Попал под дождь, хотя хотел под душ. *смеялось
62 РУБАИ Человеческий фактор, Он в разрезе заката Европы, конечно, ничтожен. У меня есть Псалтирь, есть гитара и есть интернет. Мне хотелось бы, чтоб окружающий мир перестал быть безбожен. Окружающий мир говорит своё горькое НЕТ. Я иду по осенней воде, Мои ноги хрустят в этих лужах. Мои кольца Сатурна шнурками сплелись на ногах. Я нигде и везде, я стараюсь не впитывать ужас. Полевые цветы будут снова цвести на лугах. Я иду на свой двор, там и будет моя Палестина, Там мой Ерусалим, там мой храм, там мой плача забор. Я иду на свой двор, а мой двор проявился вестимо Там, где не подкопает ни лжец, ни предатель, ни вор. Есть четыре стихии, ветра колыхают озера. Там пасётся телец, и над ним полыхает орёл. В кущах прячется лев, он боится Всевышнего взора. И меня по дороге мой ангел нашёл и обрёл...
63
64 СИЛА И СЛАВА Хотелось бы смотреть на Небо... Глаза не щурить чтоб от слез, Отбросить чтобы, что нелепо. Жуки в сережках от берёз Летят, когда наступит сумрак. Летят, когда наступит май, Где ты гуляешь, словно призрак. Где снова кончилась зима. Смотреть на Небо через будни. Не осуждать, не укорять. Не копошась, не плавать в студне. А плавить студень и нырять. Хотелось бы смотреть сквозь Небо... Туда где Бог и иже с Ним. Ведь всякий храм Его есть слепок. И всякий хор Его есть нимб. И верный раб Его есть Слава. И Сила в немощи сильней, сильней чем нефть, сильней чем лава, чем деньги, чем стихи о ней.
65
66 АНГЕЛ НА ЗВЕЗДЕ (предрождественский) Несите немощи друг друга, И тем исполните Закон. Я спрятался в квадрате круга. Меня не видно из окон. В оцепенении, в затворе, За книжным шкафом, словно клещ. И шапка не горит на воре, Линяет, проедая плешь. Меняет шерсть порою кролик, Сам не меняясь изнутри. И шарик катится за ролик, Он греется, его не три. Он закипает в океанах И остывает в полюсах, Его отмачивают в ваннах И взвешивают на весах. И круг становится квадратом, И сталь становится свинцом, И друг становится мне братом, И Сын предвечно был с Отцом. А Дух, Он дышит там, где хочет. Его дыхание везде. И пáром тем во мраке ночи Согрелся ангел на звезде.
67
68 *** Казалось бы, вот снег, что первый Противно мерзкий и сопливый, Но кто-то рад, и чьи-то нервы Он не кошмарит переливом промокших искр в луче фонарном, и куполов под первым снегом. И чешутся ресницы. Паром я разговариваю с Небом, когда иду под фонарями до дома от Неопалимой в уныньи, ведь за октябрями, за этой осенью голимой, за мокрым шумом голых веток, и мерзким хрустом в лужах ножек идущих в школу скорбных деток, идёт зима с шарфом на роже.
69 ЗИМА Когда случается зима, Не надо, солнце чтоб сияло. И с головой под одеяло. Когда случается зима, Незримый снег на батарее, И ты за вечер постареешь Лет на пятнадцать. И зима — морозным утром серый иней собой скрывает чёткость линий. С утра случается зима, Она живёт в твоём халате, Как извещенье об оплате За газ, за свет, за приключения, Отдельно чеки за лечение. Лечить-летать, болеть — жалеть. И ты замёрз, чтоб не истлеть. Когда случается зима, Она встречается с весною. Нет, я не мёрзну, я не ною. И синема, и семена, Что прорастают синевою, Нет, я не мёрзну, я не вою. Нет, я не плачу, только верю. Зима замкнула окна, двери, И никуда не убежать. Зима закончилась, а жаль...
70 ЛИФТ Грешная моя Душа, Ни фига не надо. Мне не надо ни шиша. Мысли, как торнадо носятся в моей Душе. Нету ей покоя. Лифт застрял на этаже. Ну и всё такое.
71 ЧЁРСТВАЯ СТРОКА Какие сумерки сознания, Такая чёрствая строка. И ни забвенье, ни изгнание Не сгубит душу дурака. И не поймает его молния, И не пропьёт его вино. Не пропоёт его безмолвие То слово, что обречено. И улетят его сомнения, И растворятся в Небесах Слова, стихи, местоимения Бессрочно, в Вечности, в часах.
72 2 КОР. 12:7 И жало в плоть впивалось через раз. Оно лечило душу от зараз. Когда же наступало облегчение, Ты чувствовал всю пользу от лечения. Тебе хотелось снова всё начать, Чтоб снова хоть чего-то означать. Чтоб утешать, учить, кормить, лечить. Чтоб боль, хоть ненадолго, облегчить Тому, кому больней, кто на пороге, И перед кем всего лишь две дороги. Одна из пункта Жизнь до пункта Рай. Другую никогда не выбирай.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4