лишь смотрел и лишь запечатлевал, а Левитан чаще грустил, чаще плакал, чаще ликовал, чаще смеялся. Проще сказать, Левитан не был равнодушным никогда, вот почему и мы не можем равнодушно смотреть его теперь. На выставке картин Левитана я встречал людей, приехавших из Суздаля и Владимира, из Тамбова, из Воронежа, из Ленинграда. Они приехали специально на выставку Левитана, ибо они неравнодушны. Левитана часто сравнивают с Чеховым. На этот раз манера письма не разделяет, а объединяет двух великих художников. Но если посмотреть попристальнее, то из всех писателей к Некрасову и Блоку ближе всего Левитан: Россия, нищая Россия, Мне избы серые твои, Твои мне песни ветровые — Как слезы первые любви! Тебя жалеть я не умею И крест свой бережно несу. Какому хочешь чародею Отдай разбойную красу! Пускай заманит и обманет,— Не пропадешь, не сгинешь ты, И лишь забота затуманит Твои прекрасные черты... Эти строки можно поставить эпиграфом ко всему творчеству Левитана. Расцвет этого творчества пришелся на девяностые годы прошлого века. Именно на эти годы приходился в России и бурный расцвет капитализма. Спросит иной обыватель: как же так, если Левитан великий художник, значит, он должен был вы125
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4