55 "удовольствія. Можетѣ быть скоро оста- "нется вамѣ только — сожалѣть о нещаст- "ной; доброе сердце ваше рано или поздно " смягчится. По крайней мѣрѣ избавьте себя "отѣ мучительнаго разкаянія, которое ко- "нечно будетѣ терзать вашу душу, естьли "вы нѣжную мать лишите утѣшенія об- "нять дочь свою и проститься сѣ нею, "прежде. . . . НѢтѣІ не могу написать сего "слова. Я мать, и скоро не буду ею! Ока- "жите намѣ, государь мой, сію послѣднюю "милость; на колѣняхѣ прошу васѣ о томѣ, "именемѣ Природы. ЧерезЬ мѣсяцѣ Сидонія "кѣ вамѣ возвратится." Сердце чувствительнаго Вервана облилось кровію. И такѣ одна смерть, говорилѣ онѣ, одна смерть можетѣ загладить вѣ глазахѣ моихѣ проступокѣ слабаго существа! и вѣ наказаніе за то должно было заключить ее на девять лѣтѣ вѣ пустынѣ, чтобы она мучилась и сохла! Вѣ самую ту минуту, когда можетѣ быть жизнь ея кончается, я не епѣту кѣ ней сказать, что все забываю, все прощаю! Такѣ! сердце мое простило ее. _-АхЬ! я не пощадилЬ бы крови своей, чтобы продолжить ея жизнь! . . . Но для меня и для нее—какое ужасное свиданіе^ За тѣмѣ ли приду кѣ нещастной, чтобы мучить ее оскорбителькымѣ молчаніемѣ ? За тѣмѣ ли, чтобы вѣ горестномѣ сердцѣ оживить еще йѣкоторыя чувства. — не любви, ибо. одна
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4