12,6 неучтивость. Я не знаю, обижается ли она тѢмЪ; но я, на ея мѣстѣ, разсердилась бы не на шутку. И такѣ смѣю требовать отѣ васѣ, чтобы вы изѣяснились, извинили себя' и, что всего важнѣе, исправились. Естьли хотите участвовать вѣ нашемѣ обществѣ, то будьте учтивы и веселы. Вы всегда очень, очень пріятны, когда хотите быть любез- нымѣ." Ремонѣ, признаваясь, что важной и холодный Аделинѣ видѣ приводить его вѣ робость, увѣрялѣ, что онѣ чувствуетѣ всю цѣну ея любезности и достоинствѣ, и го- шовѣ сказать то ей самой, естьли она позволить. "Прекрасно, прекрасно думала невинная Эмилія: обѣясненіе все коычитѣ." Она тотчасѣ побѣжала кѣ своей пріятельницѣ (которая говорила между тѣмѣ сѣ ея сестрою) и сказала ей: "Ремонѣ желаетѣ изѣясниться сѣ любезною Аделью. Холодность твоя пугаетѣ его: ради Бога будь ласковѣе! " — Вотѣ самая критическая минута. Ремонѣ, сѣвѣ подлѣ Адели, призвалЪ на помощь весь свой разсудокЪ, всю твердость, всю искренность рыцарскихѣ Бременѣ, и сказалѣ: "Обхожденіе мое сѣ вами должно непремѣнно казаться страннымѣ. Меня обвиняютЪ, и я долженЪ оправдаться, но только вЪ вашихЪ глазахЪ, и не иначе, какЪ открыв!) вамЬ тайну моего сердца —
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4