— 77 валъ ихъ съ безплодной дѣвой, добровольно обрекшей себя на безбрачіе. Исключительнымъ орудіемъ пріобрѣтенія познаній Бэконъ считаетъ наблюденіе и основанную на немъ индукцію. Правила ея онъ и излагаетъ въ своемъ „Ѳрганонѣ“. По мнѣнію Бэкона не всегда съ успѣхомъ можно наблюдать и вопрошать природу о ея тайнахъ. Помѣхой къ этому служатъ различныя посредничества, которыя въ видѣ „идоловъ" стоятъ между человѣкомъ и природой. Отъ нихъ и нужно прежде всего освободиться изслѣдователю. Бэконъ различалъ четыре рода „идоловъ“ : 1) идолы театра, — предвзятыя мнѣнія, усвоенныя на основаніи преданія и авторитета, 2) идолы рынка,—ходячія ложныя мнѣнія, возникшія главнымъ образомъ вслѣдствіе неточности обычнаго словоупотребленія, 8) идолы пещеры,—ошибки воспріятія и познанія, обусловленныя индивидуальными особенностями каждаго познающаго человѣка, 4) идолы племени,—предразсудки, коренящіеся въ общихъ свойствахъ человѣческаго ума. Однимъ изъ такихъ „племенныхъ“ предразсудковъ Бэконъ считалъ, напр., телеологическій взлядъ на природу. До тѣхъ поръ пока душа находится во власти какого-либо изъ идоловъ—она безнадежна для познанія истины,—хотя бы и путемъ опыта. Только освободившись отъ нихъ, она становится подобной чистому гумну, съ котораго выметена вся мякина, и куда можно теперь свезти для обработки жатву опыта. Средство для такой обработки опыта Бэконъ указываетъ въ экспериментѣ. Всѣ остальные виды опыта болѣе, или менѣе случайны и подвержены вліянію какого-либо „идола“ , и только въ экспериментѣ человѣкъ имѣетъ возможность получить въ чистомъ видѣ то, что онъ желаетъ изучить. Въ экспериментѣ человѣкъ овладѣваетъ природой и какъ бы насильно заставляетъ ее отвѣчать на свои вопросы. Бэконъ довольно подробно изложилъ правила эксперимента и вообще индуктивнаго метода. Онъ указалъ на пріемы „перечисленія“ (индукція черезъ простое перечисленіе) и „исключенія" инстанцій и обстоятельно выяснилъ значеніе въ индуктивномъ процессѣ такъ называемыхъ „отрицательныхъ инстанцій“, а также инстанцій „прерогативныхъ" (перекрестныхъ). Онъ указалъ, наконецъ, на плодотворность умозаключеній по аналогіи, оговорившись при этомъ, что сами по себѣ они все- таки не обладаютъ силой строго-доказательныхъ выводовъ. Бэконъ дѣлалъ попытки и практически примѣнять правила своего метода; но вслѣдствіе недостаточности знаній и отсутствія экспериментальныхъ приборовъ эти попытки не дали существенныхъ результатовъ, и Бэкону не удалось обогатить науки ни новыми открытіями, ни новыми теоріями. Это однако не умаляетъ его значенія, какъ творца и систематизатора ученія о методѣ, который въ рукахъ его болѣе счастливыхъ послѣдователей далъ столь блестящіе результаты. Гоббесъ (1588—1679). У Бэкона эмпиризмъ выступаетъ, главнымъ образомъ, какъ методологическое ученіе. Но почти одновременно съ Бэкономъ въ Англіи же явился
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4