— 28 — его къ тому состоянію, которое когда-то переживала разумная душа. Но и это возможно только отчасти и только для немногихъ избранныхъ умовъ. Зато, когда душа философа достигнетъ этого состоянія, она испытываетъ чувство восторга, съ которымъ ее можетъ сравниться никакое другое чувство *). Этика Платона. Нравственное міровоззрѣніе Платона стоитъ въ тѣсной связи съ его взглядами на природу существующаго. Такъ какъ окружающій человѣка чувственный міръ есть только несовершенное отраженіе міра идей, а послѣдній въ свою очередь имѣетъ свое реальное основаніе въ высшей идеѣ блага, которая иногда прямо называется у Платона Богомъ, то отсюда самъ собою слѣдовалъ тотъ выводъ, что не матеріальныя вещи и не низменныя чувственныя удовольствія, а умопостигаемый міръ идей долженъ быть объектомъ стремленій человѣка. Всѣ помыслы человѣка должны быть направлены къ тому, чтобы освободиться отъ увлеченія кажущимися благами чувственнаго міра и, такимъ образомъ, дать разумной душѣ возможность снова пріобщиться истинному благу,—т.-е. міру идей. Къ удовольствіямъ, доставляемымъ матеріальными вещами, не только не слѣдуетъ стремиться, но ихъ нужно избѣгать, такъ какъ они только затемняютъ пониманіе того, въ чемъ состоитъ истинное благо. Душа, по собственной склонности вселившаяся въ тѣло и обитающая въ немъ, какъ въ темницѣ, собственными же усиліями должна и высвободиться изъ него. Платонъ не думалъ, однако, чтобы средствомъ къ этому могло служить самоубійство. Онъ полагалъ, что переселеніе души въ міръ идей обусловливается хорошею жизнью ея въ этомъ мірѣ. Платонъ усвоилъ пиѳагорейскую идею (заимствованную, впрочемъ, и самими Пиѳагорѳйцами изъ восточныхъ ученій) о переселеніи душъ и училъ, что каждой душѣ, которая ведетъ во время пребыванія въ тѣлѣ нехорошую жизнь, суждено, послѣ разлученія съ нимъ, перейти въ какое-либо низшее тѣло (наприм. животнаго, или растенія). Только добродѣтельной душѣ открытъ доступъ въ міръ чистаго бытія, — т.-е. только ее ожидаетъ блаженство. Опредѣляя ближе, въ чемъ состоитъ добродѣтель, Платонъ подобно Сократу, усматривалъ ее въ знаніи. Человѣкъ достигаетъ высшей добродѣтели, когда онъ какъ бы умираетъ душою для тѣла и всего внѣшняго міра съ его удовольствіями и начинаетъ дѣйствовать вполнѣ, какъ чистый разумъ, т.-е. всецѣло отдается созерцанію вѣчнаго міра идей. Это созерцаніе — не только путь къ блаженству, но и само блаженство. Такимъ образомъ, Платонъ вполнѣ отожествилъ знаніе съ добродѣтелью и съ блаженствомъ. Рядомъ съ такимъ крайне раціоналистическимъ и аскетическимъ взглядомъ на существо добродѣтели, Платонъ иногда высказывалъ и другой, болѣе соотвѣтствующій условіямъ земной жизни человѣка. Онъ принималъ въ разсчетъ радости и этой жизни, оговариваясь только, что ими нужно пользоваться *) Всѣ эти мысли въ неподражаемо-прекрасной формѣ высказаны Платономъ въ діалогахъ: — Федонъ, Федръ и Пиръ. Попутно касается ихъ и „Государство". Въ послѣднемъ сочиненіи находится и знаменитое Платоновское сравненіе чувственнаго міра съ пещерой, сидя въ которой люди только по тѣнямъ, отбрасываемымъ на ея стѣны внѣшними предметами, могутъ приблизительно судить объ этихъ предметахъ, (т.-е.—разумѣетъ Платонъ—объ идеяхъ).
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4