ѴП то, что до сихъ поръ не составилось окончательнаго мнѣнія о ея мѣстѣ въ системѣ наукъ. Изъ многихъ рѣшеній этого вопроса два особенно типичны и заслуживаютъ вниманія. Одво изъ этихъ рѣшеній исходитъ изъ предположенія, что тѣ общія понятія, которыми оперируетъ философія, являются не только формальными понятіями нашего ума, но и выражаютъ собою дѣйствительность, т.-е., что они имѣютъ вполнѣ реальное положительное содержаніе, какъ любое естественно-научное понятіе. Принимая эту точку зрѣнія, очень легко рѣшить вопросъ о мѣстѣ философіи въ ряду другихъ наукъ. Если субстанція есть реальность и если понятія причины и цѣли выражаютъ реальныя отношенія между вещами, то изслѣдованіе этой реальности и этихъ отношеній должно быть разсматриваемо точно такъ же, какъ научное изслѣдованіе всякаго другого предмета. Субстанція съ этой точки зрѣнія должна стать для философа такимъ же предметомъ изученія, какимъ, напримѣръ, для ботаника является растеніе, для физіолога органическая клѣтка и т. д. Это значитъ, другими словами, что философія въ такомъ случаѣ должна быть разсматриваема, какъ одна изъ многихъ положительныхъ наукъ. Далеко не всѣ раздѣляютъ подобный взглядъ: многіе страстно оспариваютъ у философіи право называться не только положительной наукой, но и вообще наукой. Это не мѣшало однако самимъ философамъ признавать ее за таковую. Большая часть философскихъ системъ, извѣстныхъ намъ изъ исторіи, заявляютъ претензію, чтобы ихъ разсматривали именно, какъ положительныя научныя построенія. Философскій языкъ выработалъ для такихъ системъ и особое названіе, мѣтко характеризующее ихъ со стороны содержанія и довольно точно указывающее ихъ мѣсто среди другихъ научныхъ построеній. Ихъ издавна принято называть „метафизическими", т.-е. такими ученіями, которыя имѣютъ своимъ предметомъ сверхчувственныя (лежащія за предѣлами чувственнаго опыта) реальности. Иначе рѣшаютъ вопросъ мыслители, отказывающіеся признать за основными понятіями философіи положительное реальное содержаніе и видящіе въ нихъ лишь формальныя понятія ума, или же понятія, являющіяся результатомъ неправильно истолкованнаго опыта. Для этихъ мыслителей задача философіи состоитъ въ томъ, чтобы критически изслѣдовать такія понятія. Съ этой точки зрѣнія они рѣшаютъ и вопросъ о мѣстѣ философіи въ ряду наукъ. По ихъ мнѣнію, философія есть только критическая наука о понятіяхъ и, какъ таковая, она должна занять мѣсто въ ряду не положительныхъ, а формальныхъ наукъ, въ родѣ, напримѣръ, логики, чистой математики и т. п. Такой взглядъ очень суживаетъ задачи философіи. Однако, говорятъ его сторонники, не слѣдуетъ думать, что съ его принятіемъ философія лишится всякаго научнаго значенія. Напротивъ, чѣмъ послѣдовательнѣе будетъ проведено такое толкованіе задачъ философіи, тѣмъ очевиднѣе станетъ ея связь съ другими науками и тѣмъ точнѣе и прочнѣе опредѣлится ея мѣсто среди нихъ. Вѣдь тѣ понятія, съ которыми имѣетъ дѣло философія, не являются ея исключительнымъ достояніемъ. Съ ними имѣетъ дѣло и всякая другая наука. Развѣ, напримѣръ, понятіе субстанціи не предполагается вездѣ, гдѣ только идетъ рѣчь о какой-либо вещи? Понятіе матеріи, съ которымъ имѣетъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4