IV говоря уже о томъ, что люди всегда сами дѣйствуютъ по извѣстнымъ цѣлямъ, они и въ явленіяхъ окружающаго ихъ міра усматриваютъ обнаруженія цѣлесообразности. Тамъ, гдѣ эта цѣлесообразность недостаточно ясна съ перваго взгляда, люди ее стараются отыскать. Умъ человѣка до тѣхъ поръ не успокаивается, пока относительно каждой данной вещи онъ не рѣшитъ двухъ вопросовъ: отчего, т.-е. въ зависимости отъ какой причины, она произошла, и ради чего, т.-е. для какой цѣли, она существуетъ. Пониманіе цѣли вещей помогаетъ человѣку лучше понять и самыя вещи: ихъ природу и устройство. Будучи столь важнымъ и въ теоретическомъ и въ практическомъ отношеніи, понятіе цѣли должно быть предметомъ самаго тщательнаго философскаго изслѣдованія. Это изслѣдованіе должно рѣшить вопросъ: только ли человѣческія дѣйствія опредѣляются цѣлями, или же принципъ цѣлесообразности является общимъ для всего, что ни существуетъ? Вопросъ приходится ставить именно въ такой формѣ потому, что нѣкоторые мыслители рѣшаютъ его въ крайне отрицательномъ духѣ. Представители такъ называемыхъ механическихъ теорій говорятъ, напримѣръ, что все въ мірѣ совершается только по закону причинности. Природа, говорятъ они, не знаетъ цѣлей. Можно задаваться вопросомъ, отчего происходитъ все, совершающееся въ мірѣ, но нельзя спрашивать, для чего оно происходитъ. Подобный вопросъ и незаконенъ и безцѣленъ; и если люди обращаются съ нимъ къ природѣ, то только потому, что, сами дѣйствуя по цѣлямъ, они, злоупотребляя аналогіей, хотятъ приписать подобное дѣйствованіе и всему тому, что ихъ окружаетъ. Самые послѣдовательные представители механическаго міровоззрѣнія идутъ еще дальше; они говорятъ, что и человѣческія дѣйствія подчинены только закону механической причинности,— что и о нихъ можно задаваться только вопросомъ, какъ и отчего, а не для чего они совершаются. Что люди считаютъ свои дѣйствія цѣлесообразными, это, говорятъ послѣдовательные механисты, есть иллюзія, которая возникаетъ и поддерживается благодаря тому способу, какимъ люди разсматриваютъ свои дѣла и ихъ результаты. Философія должна дать критическую оцѣнку всѣмъ этимъ ученіямъ. Христіанская философія не мирится съ механическимъ міровоззрѣніемъ. Для нея не только человѣкъ, но и вся природа дѣйствуютъ по цѣлямъ, и въ этихъ цѣляхъ заключается оправданіе ихъ существованія. Давая такое рѣшеніе вопросу, философія должна найти для него и достаточно-убѣдительныя доказательства. Признаніе цѣлесообразности всего совершающагося въ мірѣ ставитъ для философіи и еще одну задачу: отвѣтить на вопросъ,—вь чемъ же заключаются тѣ цѣли, которыя управляютъ жизнью міра? Вѣдь эта жизнь отличается крайнимъ разнообразіемъ формъ, иногда настолько несходныхъ, что однѣ изъ нихъ, повидимому, прямо отрицаютъ другія. Не слѣдуетъ ли отсюда, что міръ долженъ быть разсматриваемъ какъ арена, на которой происходитъ борьба за осуществленіе самыхъ разнородныхъ цѣлей? Если это правда, тогда о единой цѣли бытія, конечно, не можетъ быть и рѣчи. Но можетъ оказаться и иное. Глубокое и всестороннее изученіе разнообразныхъ проявленій міровой жизни можетъ привести къ убѣжденію, что какъ бы
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4