91 — Нравственная философія Юма примыкаетъ къ ученіямъ современныхъ ему мыслителей 18-го столѣтія. Онъ признавалъ за чувствами удовольствія и неудовольствія значеніе рѣшающихъ мотивовъ всякой дѣятельности и сводилъ къ нимъ всѣ такъ называемыя нравственныя чувствованія. Главными изъ этихъ чувствованій Юмъ считалъ эгоизмъ и симпатію. Значеніе Юма въ исторіи философіи очень велико. Онъ былъ однимъ изъ самыхъ остроумныхъ и проницательныхъ мыслителей. Кромѣ того, самая постановка, данная имъ главнѣйшимъ проблемамъ философіи, была такова, что понуждала къ коренному пересмотру ихъ традиціонныхъ рѣшеній. Этой своей стороной философія Юма оказала вліяніе ддже на Канта, который самъ признавался, что крайній скептицизмъ Юма былъ тѣмъ толчкомъ, который пробудилъ его отъ продолжительной философской дремоты. Приверженцы и противники эмпирической философіи во Франціи и Англіи. Эмпирическое направленіе философіи, начатое Бэкономъ и завершенное Юмомъ, захватило очень широкіе круги. Оно имѣло какъ ревностныхъ сторонниковъ, такъ и рѣшительныхъ противниковъ. Къ половинѣ 18-го столѣтія эмпиризмъ нашелъ очень многихъ приверженцевъ на родинѣ Картезіанской философіи, т.-е. во Франціи. Особенныя условія общественной жизни того времени въ связи съ нѣкоторыми особенностями французскаго ума были причиной того, что эмпирическая философія уравновѣшенныхъ и осторожныхъ англійскихъ мыслителей вылилась во Франціи въ форму матеріализма, или даже наивнаго гилозоизма. Таково, напр., было ученіе Ляметри (1709— 1751), развившаго въ своемъ сочиненіи „Человѣкъ-машина“ ту мысль, что душа матеріальна и растетъ вмѣстѣ съ тѣломъ и вмѣстѣ съ вимъ же убываетъ. Исходя изъ этого основного положенія, Ляметри рѣшалъ и всѣ вопросы знанія и нравственности. Мысли Ляметри были повторены и дальше развиты Гольбахомъ (1723—1760) и Гельвеціемъ (1715— 1771). Систематически и съ меньшими крайностями изложилъ ученіе французскихъ эмпиристовъ аббатъ Этьенъ-де-Кондильякъ (1715—1780). Въ своемъ „Трактатѣ объ ощущеніяхъ“ онъ, утрируя основную мысль Локка, пытается все содержаніе душевной жизни вывести изъ чувственныхъ воспріятій. Представленія, вниманіе, воспоминанія, понятія, сужденія, различныя чувствованія и стремленія:—все это, по Кондильяку, результаты комбинацій отдѣльныхъ чувственныхъ воспріятій, различныхъ по содержанію и силѣ. То, что принято называть личностью человѣка— его „ я “ ,— есть только собраніе ощущеній, которыя переживаются созваніемъ. Крайняя односторонность всѣхъ этихъ мыслей не помѣшала Кондильяку обнаружить немало проницательности и остроумія при анализѣ отдѣльныхъ душевныхъ состояній. Кромѣ того, онъ даже и при крайностяхъ былъ настолько остороженъ, что не дошелъ до полнаго матеріализма. Онъ считалъ невозможнымъ, чтобы матерія ощущала и мыслила,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4