61 саваны, они ложились въ заранѣе приготовленные гробы и, | лежа въ нихъ, пѣли свои духовные стихи, нарочно составленные на этотъ разъ, заунывнымъ, протяжнымъ напѣвомъ. Другіе, по чину церковному сами себя отпѣвали, ежеминутно ожидая, что вотъ-вотъ земля потрясется, камни распадутся, солнце и луна померкнутъ, звѣзды, какъ дождь, посыплются на землю, и протекутъ рѣки огненныя, и пожрутъ тѣ рѣки всю тварь земнородную. Не только излишнимъ, но даже богопротивнымъ дѣломъ считали заботы о земномъ. Еще съ осени 1669 года забросили поля, не пахали, не засѣвали, а въ 1669 году бросили и самые дома. Голодная скотина, брошенная на произволъ судьбы, бродила безъ пастуховъ и жалобнымъ мычаньемъ вторила заунывному пѣнію лежавшихъ во гробахъ хозяевъ. Ясачная мордва и русскіе, которые были поумнѣе этихъ жалкихъ и смѣшныхъ старообрядцевъ, забирали безпризорный скотъ и расхищали до чиста оставленныя деревни. Миновался и роковой 1669 годъ, а міръ і стоитъ но прежнему. ! вѣрованію, долженъ былъ наступить конецъ міра. Ожиданіе втораго пришествіи Христова усилилось н сдѣлалось всеобщимъ. Но роковой 1492 годъ прошелъ, и міръ стоитъ но прежнему. Впрочемъ благополучный исходъ его не имѣлъ почти никакого і вліянія на мистнко-апокалиіісическое воззрѣніе народа. Онъ послужилъ только весьма сильнымъ средствомъ для совращенія христіанъ въ ересь жндовствующимн еретиками, ; которые подтверждали теперь фактически свою мысль, будто христіанская вѣра со- Iдержитъ въ себѣ ложныя пророчества. Л послѣ прошедшаго роковаго года у насъ, !на Руси, не переставали ждать скорой кончины міра. Трудно было воображенію древняго русскаго человѣка, не управляемому просвѣщеннымъ разумомъ и состоявшему подъ сильнымъ вліяніемъ мистическаго настроенія, оставить страшившіа его мечты, какъ бы ни были онѣ нелѣпы. Николай, «нѣмчинъ родомъ, латинянинъ вѣрою», восиользовавшись такимъ настроеніемъ невѣжественныхъ умовъ, доказывалъ, на основаніи астрологическихъ наблюденій, что въ 32 году осьмой тысячи лѣтъ «будетъ вкупѣ всѣмъ земнороднымъ несумнѣнное измѣненіе и нрѳмѣненіе», что еще больше раздражало болѣзненное состояніе народнаго духа и воображенія. Даже самъ просвѣщенный Максимъ грекъ, преслѣдовавшій своими сочиненіями и Николая, и русскихъ, върив- ; тихъ его бреднямъ, не былъ чуждъ общаго убѣжденія грековъ о несокрушимости греческой имперіи до кончины міра. Мысль о кончинѣ міра а пришествіи антихриста I особенно занимала тогдашнихъ книжниковъ. Почти всѣ памятники нашей письменности XVI вѣка содержатъ въ себѣ мысли и гаданія, высказанныя тогдашними составите- ^ лама (хотя, большею частію, и не отъ своего лица) о послѣднихъ судьбахъ » 1 ГЦеркви; всѣ они, такъ сказать, пронизаны чаяніемъ близкой кончины міра. Анти
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4