21 Но смерти Царя Алексѣя Михайловича, взошелъ на престолъ сынъ его, Ѳеодоръ Алексѣевичъ. Вскорѣ и оть узналъ о богоугодной жизни Иларіона—вотъ но какому случаю: въ 1676 году посланъ былъ изъ Москвы на воеводство въ Вязники, изъ дворцоваго приказа, близкій къ царю вельможа, Иванъ Языковъ.—Флорищева пустынь, но новости своей, а болѣе по добродѣтельной и благочестивой жизни ея настоятеля, обращала въ то время на себя вниманіе всѣхъ и каждаго; каждому желательно было побывать въ ней. И воевода Языковъ неоднократно посѣщалъ пустынь съ Гороховскимъ воеводою, Петромъ Лопухинымъ, удивляясь ея отличному порядку и устройству во всемъ. Возвратясь въ Москву, Языковъ донесъ Царю Ѳедору Алексѣевичу обо всемъ видѣнномъ и слышанномъ имъ воФлорищевой пустыни. «Въ наше время, говорилъ Языковъ, нѣть въ твоей царской державѣ, Государь столь славнаго человѣка по добродѣтелямъ, какъ въ Гороховскихъ предѣлахъ, въ пустыни, именуемой Флорищевскою горой, черный священникъ, именемъ Иларіонъ, съ своими учениками. По истинѣ святъ онъ мужъ и великъ предъ Богомъ! Бывши, но Твоей царской милости, у дѣлъ на Вязникахъ, мы съ Гороховскимъ воеводою Петромъ Лопухинымъ, не разъ пріѣжали къ нимъ въ пустынь, слушали всѣ ихъ церковныя и келейныя службы, и увидѣли на самомъ дѣлѣ Иларіона съ его малою брагіею, яко единаго отъ древнихъ великихъ отецъ, пребывающаго въ добродѣтели, и яко Ангеловъ Божіихъ, выну на небеси Бога славословящихъ. Сколько у нихъ церковнаго пѣнія и стоянія! Какое благочиніе! Съ какою тихостію и кротостію стоятъ опи въ церкви! Одинъ взоръ каждаго инока можетъ быть поучительнымъ. Взирая на ихъ святое житіе, мы крайне дивились и не малую душевную пользу себѣ пріобрѣтали. Когда же самъ Иларіонъ начнетъ читать акаѳистъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4