b000002140

— Черт бы вас побрал! Проспать такой зав тр ак ]— сказал капитан. — Нет! В Вязниках идем в столовую и едим мясо, сколько влезет. Но сколько может человек унести в своем желудке? В вязниковской столовой мы до отвала наелись бифштек­ сов, побродили по городу, съели в пельменной по две пор­ ции пельменей, а впереди был еще долгий путь до сле­ дующего по маршруту города Гороховца. — Мне о рыбе даже подумать тошно, — грустно ска­ зал боцман. — Не холодильник же возить с собой, — раздраженно сказал я, тоже подумав о рыбе. И вдруг спасительную, мысль подал нам юнга. — Можно везти мясо в живом виде, — сказал он. — Корову? — язвительно спросил капитан. — Барана? — фыркнул боцман. — Курицу, — спокойно возразил юнга. — Нет... — начал было капитан, но запнулся. Боцман — человек решительных действий — перебил его: — Это мысль! Идемте на базар и купим курицу. Базар! Летний базар в Вязниках! Россыпи вязников- ских огурцов — сочных, хрустких, источающих запах све­ жести и утренней прохлады; пирамиды налитых, готовых лопнуть от спелости помидоров; груды темно-рубиновой владимирской вишни; запахи лука, чеснока, черной смо­ родины, солений... Голова идет кругом! Торговки куриной живностью занимали хоть и неболь­ шой, но отдельный ряд. — Кто из вас умеет выбирать кур? — спросил капитан. — Не нарваться бы на какую-нибудь старую мочалку. Придется потом грызть сухожилия. Коров, кажется, по зубам выбирают. А кур? — По гребешку, — сказал боцман. — Нет, — на всякий случай сказал капитан, но спо­ рить не стал. — Вот эту, — решительно показал юнга на пеструю, упитанную с виду курочку, которая лежала связанная по ногам в плетенной из прутьев корзине. — Нет, — сказал капитан. — Эту, — настаивал юнга. — Смотрите, какая красивая. — И гребешок яркий, не синюшный, — поддержал юн­ гу боцман.