b000002140

— Жила тут раньше барыня. Вот в Москве она и зва­ ла к себе гостей: доедете, мол, до Коврова, потом до Реп- ников — и влево. Так и получилось — Ивлево. Я поднимался молоденьким березняком на высокий бе­ рег, к этому самому Ивлеву, и посмеивался над собой. Все относительно! И на этих берегах имя моего двоюрод­ ного брата Гошки, искуснейшего, удачливого и вездепро- лазного охотника и рыбака, куда громче любого литера­ турного имени. А сам я, конечно же, всего лишь похож на него. ГОСТЕПРИИМСТВО Деревни гостеприимней городов. В деревне можно .по­ стучаться в любой дом, и это в порядке вещей, а в горо­ де, потому что в нем есть тесная гостиница с запахом кар­ болки и дуста, эт.о считается непринятым и даже предо­ судительным. Усталость как-то свалила меня под ивовым кустом на песчаной косе. Сапоги мои были в пуху одуванчиков. Убранное цветами шиповника, ликовало первоначальное лето; медовый зной струился над лугами, и с широкого речного плеса доносился дремотный плеск, каким дышит в полдень всякая река и слушая который хорошо лежать без мыслей на смуглом прибрежном песке,- смотреть в глубокое небо, следить, как тают в нем облака, уплывают куда-то и возникают вновь — чистые, белые, легкие... Под вечер на песчаную косу пришел истерзанный ко­ марами рыболов, расспросил, куда иду, и стал уговари­ вать, словно давнего знакомого: — Зачем тебе куда-то тащиться? Живи у нас, рыбу станем ловить. Не хуже мы, наверное, других. Вскоре я уже сидел в просторной кухне за выскоблен­ ным до янтарной желтизны столом и пил кисловатый грушевый чай. Встретив корову, вернулась хозяйка. — Вы на берегу нашим бабам бумагу показывали? — спросила он а. Я вспомнил, что просил колхозниц, расчищавших ка­ пустное поле, показать мне по карте дорогу. — Вот дуры, — осторожно сказала хозяйка. — Гомонят . по деревне, что у нас человек подозрительный; дорогу не знает и никуда не торопится,