b000002140

жести. Собирался неторопливо, обстоятельно, и каждое движение — брился ли я, надевал ли чистую рубашку, завязывал ли галстук — доставляло мне удовольствие. Затем мягкий лязг автоматического замка, пружинис­ тые шаги по лестнице, не касаясь рукой перил, первый глубокий глоток утреннего воздуха — все это было тоже прекрасным и с удовольствием отмечалось сознанием. На работе за день я совершенно не уставал. Вернувшись в свою комнату, долго, прежде чем взять с полки кни­ гу, рассматривал и поглаживал разноцветные корешки, наконец брал что-нибудь самое любимое — Чехова, Мо­ пассана, Оскара Уайльда — и садился под зеленоватый свет лампы... Но однажды случилась у меня бессонная ночь. Я вышел из дома, походил по хрустящему мартов­ скому насту и, чтобы скоротать время, стал отыскивать в небе знакомые созвездия и звезды. Нашел Орион, Кассиопею и звезду Альтаир в созвездии Орла. «Альта­ ир... Альтаир...» — повторял я мысленно, а потом вслух. И вдруг такая тоска по любви охватила меня, что я тут же проклял свою упорядоченную заморожеп- ную жизнь, свою чистую комнату, свои гимнастические гантели, и завертело меня с той ночи, как щепку в по­ ловодье... Товарищ мой быстро поднялся па ноги и, чуть отвер­ нувшись от меня, смотрел на широкий пойменный плес, до густой синевы взъерошенный ветром. Стая ос­ торожных северных уток качалась на волнах далеко от берега; им был еще долгий путь по следам весны, к океану, к незакатному солнцу северных широт. — Невеселые как будто истории я рассказал тебе, — снова заговорил товарищ. — Ящерица умерла, девушка разлюбила, а прекрасное имя Альтаир одним своим зву­ ком нагоняет печаль... Но все равно это — счастье! По­ нимаешь ты меня? Я говорю, великое счастье — жить на земле, многострадальной голубой планете... Мы долго еще блуждали в тот день по частым берез- някам, по полям, по дубовым и ольховым гривам поймы. К вечеру стало свежеть. И когда мы вышли из лесов к деревне, дыхание клубилось у рта тонким паром. Стра­ нен и как-то неземно желт был воздух над деревней и над широким выгоном перед ней в лучах низкого солн­ ца. Лошади, что паслись за деревней на бледной про­ шлогодней траве, перестали щипать, вытянули шеи и