—ьхххти — внушительные размѣры, какъ-то быстро опустошался, если въ числѣ со- ^ѣседниковъ находился почтеннѣйшій Павелъ Ивановичъ, а находилса онъ почти постоянно. Вспоминаю слѣдующ,ій характеристически эпизодъ, который покажегъ, какъ нетерпимо относились нѣкоторыя впечатлительиня особы къ простонародной внѣшности Якушкина и къ его знаменитой «свиткѣ», въ которой онъ ходилъ и зиму и лѣто, и съ какииъ благодушіемъ онъ, съ своей стороны, переносндъ вспышки этихъ особъ., Еакъ-то редакторъ «Искры», покойный В. С. Курочкинъ, поставилъ въ своемъ кабинетѣ новую щеголеватую мебель, обитую свѣтлымъ репсомъ. Въ одпнъ изъ воскресныхъ дней, когда къ Курочкину собирались сотрудники «Искры», явился и Павелъ Ивановичъ, засѣлъ въ новое кресло и принялъ горячее участіе въ какомъ-то спорѣ. — Павелъ Ивановичъ, Бога-ради, сойдите съ кресла, вѣдь вы перепачкаете всю обивку! громко раздался вдругъ гнѣвный голосъ жены Курочкина, вошедшей въ это время въ кабинетъ. Услышавъ это приглашеніе, Якушкияъ, не прерывая своей рѣчи, вскочилъ съ кресла и усѣлся потурецки на поду, какъ ни въ чемъ не бывало, и такъ ужь и не садился въ тотъ разъ на изящную мебель, которую онъ могъ «перепачкать».
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4