\ А. Ф. Иванова. Въ началѣ 60-хъ годовъ, противъ Александрянскаго театра существовалъ ресторанчикъ «дяди Зеста». Въ этотъ ресторанчикъ почти каждый вечеръ сходился дружески кружокъ дитераторовъ и артистовъ. Якушкинъ въ то время бнлъ тоже постояннымъ посѣтителемъ «дяди Зеста>. За незатѣйливымъ буфетомъ стояла общая любимица нашего кружка,^—красивая полногрудая нѣмка, имя которой Августа или, какъ ее нѣжно называли въ кружкѣ —Густя, попала въ пѣсенку, начинавшуюся сдѣдующвми словами: Нѣту краше мѣста Какъ у дяди Зеста Кафе-ресторанъ; Съ радости иль грусти, За буфвіожъ—Густи Будешь сытъ и пьяаъ! Къ этой-то «Густѣ» Павелъ Ивановичъ питалъ особое уваженіе и пользовался ея довѣріемъ. Часто случалось, что у Якушкина не было ни гроша въ карманѣ. Брать деньги въ долгъ онъ не любилъ, и только, въ критическія минуты позволялъ себѣ позаимствоваться у близкаго пріятеля и то рубдемъ или двумя—никакъ не болѣе. Точно также, пользуясь кредитомъ у Густи, онъ никогда имъ не злоупотребдялъ и никогда не доводилъ своего долга свыше рубля. При этомъ, онъ очень, оригинально расплачивался; когда у него случались деньжонки, онъ уплатитъ Густѣ долгъ и впередъ дастъ рубль, а потомъ его «запиваетъ».. <Дядя Зестъ» задумалъ въ то время устроить по воскреснымъ днямъ для нашего кружка завтраки, по 50 к. съ человѣка, но эти завтраки суш,ествоваля не долго, такъ какъ графинъ съ водкой, не смотря на
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4