— ЬХІІ — вѣжды и пристава, Якушкинъ смѣядся я считалъ этого рода соціализмъ <глупостью», хотя впрочемъ прибавлялъ: —А по мнѣ—все одно, —дѣлитесь: у меня одни штаны,—съ меня снять нечего—сверкать будетъ. Вообразить себѣ общественный вредъ, который бы могъ сдѣчать Якушкинъ, —я рѣшительно не могу, и мнѣ не совсѣмъ ясно представляется, какъ и почему его уб:ідали изъ Петербурга. ХУП. Еслп бы Якушкинъ не умеръ до сего времени, то ему теперь, я думаю, было бы лѣтъ подъ шестьдесатъ. Перемѣнъ въ образѣ мыслей, какимъ въ посдѣднее время подверглись многіе изъ прежнихъ постепеновцевъ и нетерпѣливцевъ, съ Якушкинымъ быть не могло. Онъ былъ величественнонелѣпъ для того, чтобы примѣняться ко времени и обстоятедьствамъ. Одно могло его удивить, что тѣ самые его народническіе принципы, за которые его осмѣивали «чистые литераторы» бѣлой кости,— теперь приняли они же сами, и при томъ съ такимъ рабскимъ нодражаніемъ Явушкину, что прямо посылаютъ воспитанныхълюдей «учиться у мужиковъ». Резоны Якушкина, значить, свое взяли... Довольно трудно сказать: въ какой-бы теперь компаніи очутился Якушкинъ? Судьба сдвинула съ мѣстасвѣточъ его жизниранѣе, чѣмъ настало время для такихъсмятеніи, и тѣмъизбавилаего отъ выбора, который, кажется, нѣскодько затруднядъ Достоевскаго. Якушкинъ впрочемъ былъ такъ непосредственъи такъ искрененъ, что онъ бы навѣрно выбрался изъ этихъ противуестественныхъподборовъ иначе. Изложивъ все, что казалосьвозможнымъ передать о Якушкинѣ, надо сказать нѣчто и о тѣхъ, кому онъ прискучилъ до того, что они какъ будто содѣйствовали или хотя радовались его подневольному удаленію въ «мѣста». Нѣтъ спора, что такіе люди были и въ Петербургѣ и въ маленькомъ, дворянскомъ Орлѣ, гдѣ Павелъ Ивановичъ очень часто попадался всѣмъ на глаза на главныхъ бойкихъ пунктахъ этого городка. У Іордана въ гостинницѣ—онъ, въ саду у буфета—онъ, въ книжномъ магазинѣ у орлвцкаго моста—онъ, и все стоить да знакомымъ рукой машетъ... а самъ въ рубахѣ, —одна штанина на выпускъ, другая въ сапогъ. . Многіе этимъ скандализовались и давно были того мнѣнія, что его бы «не худо прибрать», а онъ п не замѣчалъ, что вышелъ изъ моды и въ простодушіи своемъ все мотался по городу и «шабаршалъ», заходя въ трактиры и буфеты. Сносное въ большомъ Петербургѣ, чудачества
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4