— 319 — — М свой, и не свой; какъ знаешь, такъ и считай... загадалъ мнѣ освѣжившійся водою мужикъ, надѣвъ свой колпакъи опять пускаясьвъпуть. — Какъ такъ? — А все-такъ: былъ лѣсъ нашъ, съ-изстари нашъ; а теперь велѣно за этотъ лѣсъ платить деньги; заплатишь деньги —руби; а нѣтъ —какъ хочешь!.. Бѣда да и только... — Вы теперь лѣсъ пилили? спросилъ я, когда мой резонеръ кончилъ свой монологъ. — Пилили. — Какъ же вы покупаете лѣсъ? — Теперь по десятинамъ. — Почемъ платите за десятину? — Да платимъ розно: есть десятина двадцать цѣлковыхъ; есть тридцать; а есть что и дасе и всѣ сорокъ... Побольше лѣсу да покрупнѣе, то и подороже, а порѣже, да помельче —то и подешевле; всякому лѣсу своя цѣна. — Куда же идетъ вашъ лѣсъ? — А то -же розно: и на срубъ, а то и пилижъ. — А что у васъ стоитъ срубъ? — То же розно: есть двадцать цѣлковыхъ, есть—двадцать пять; а коли въ крюкъ рублена изба, то и за тридцать пять не купишь. Только въ крюкъ рубимъ рѣдко, все больше просто. — Что же, вы разбираете: какое дерево на срубъ идетъ, и какое въ пилку на доски? — А то какъ же? Безъ разуму никакого дѣла не сдѣлаешь. —Вотъ хоть взять такого лѣшаго (тутъ онъ онъ указалъ на огромную сосну): взять этого лѣшаго; какъ его повернешь на срубъ? Отрѣжешь сколько, семь тамъ аршинъ, восемь, девять, что ли, изрѣжешь на доски, а макушки,—тѣ потоньше будутъ, тѣ ужь на срубъ пойдутъ. — А пилите сами? -— Какой сами, а какой и отдаемъ... — Пилимъ, еще отозвался мужикъ: —за сотню семи-аршинную шесть іубіей, а то приходится и десять копѣекъ отъ шнура взять. —■ Какъ отъ шнура? — Мы шнуромъ отбиваешь для пилки, какъ пилу вести; такъ отъ каждаго шнура и беремъ, попадетъ по десять копѣекъ... — Ой, братцы мои! смерть моя приходитъ ко мнѣ!.. застоналъ одинъ мужикъ, лѣтъ двадцати пяти; — смерть моя приходитъ: весь я изгорѣлся, все нутро во мнѣ запылало,.. — Что съ тобой? вскрикнулъ я, испугавшись. — Ступайте, други, я хоть здѣсь полежу. — Видишь ты, усталь молодецъ, заговорилъ опять мой резонеръ: —маленько отдохнетъ, и придетъ домой.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4