218 и. Н. КУБИКОВ найти,йа! Они правду знают... Никогда мне не жилось так почеловечески». Но, понятно, несколько строк на двух разрозненных страницах—это слишком мало для обрисовки весьма серьезного явления жизни. А потому эти отдельные штрихи в большой повеститонут и суп^ественного значения не имеют. ПервойпопыткойМ. Горького дать обликрабочегоявляется пьеса «Мещзле», написаннаяв 1902 г. Нас здесь интересует рабочий Нил—центральная фигура пьесы. Вся пьеса Горького в целом устарела, краски ее потускнели, а на сцене, лишенная движения, она теперь определенно скучна. И только замечательныйобраз птичникаПерчихина, в которого Горький вложил столько своих юношеских, задушевных переживаний, оживляет пьесу. За исключением звания машиниста, мы не видим в Ниле ничего, присупі;его ему именно как рабочему. Чисто публицистические задания автора явно выпирают в этой пьесе. На одной стороне Петр и Татьяна с их нытьем, на другой—Нил, как олицетворение жизнерадостности. Но в какой ^:ере Нил связан со своими товарищамипо работе, какое у него взаимоотношение с рабочей массой,—об этом мы из пьесы Горького ничего узнать не можем. С наибольшей полнотой взгляды Нила на жизнь раскрываются в четвертом акте. Нил говорит: «В одном не вижу ничего приятного, что мною командуют свиньи, дураки и воры... Но —жизнь не вся за ними! Они пройдут, исчезнут, как исчезают нарывы на здоровом теле. Нет такого расписания движения, которое бы не изменялось...» На возражения студента Петра он продолжает: «Я знаю, что жизнь,—^дело серьезное, но неустроенное... что она потребует для своего устройства все силы и способности мои. Я знаю, и то, что я,—не богатырь, а просто честный, здоровый человек, и всетаки говорю: ничего! Наша возьмет! И на все средства души моей удовлетворю мое желание вмешаться в самую гуш;у жизни... месить ее и так и этак, тому—помешать, этому—^помочь... вот в чем радость жизни!» Все, что говорил Нил, очень верно и хорошо, но что здесь специально от рабочего? Почему в то время кануна первой революции такую речь не мог держать восторженныйстудентрадикал, примкнувший хотя бы идейно к революционному движению? Ведь мы знаем, что помимо размагниченного студента Петра из «Меш;ан» была и активно-настроеннаястуденческая молодежь. В том-то и дело, что Нил—не живая фигура, а ходячая формула настроений предреволюционной эпохи.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4