РАБОЧИЙ КЛАСС В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ 219 Но, желая сделать своего героя более похожим на рабочего, М. Горький пользуется поистинестраннымхудожественным приемом: он делает его грубым ^в обыденной жизни, а иногда и просто недостаточно чутким человеком. Вели бы эта особенность являлась привилегией рабочей интеллигенции, тогда было бы печально, но, к счастью, здесь можно применить более справедливо слова, сказанные Л. Толстым по поводу «Фомы Гордеева»: выдумано все это. Мыслящему рабочему совсем не надо подчеркивать свои добродетели перед домашними, хотя бы они были и мещане. Сосредоточивая свою ненависть против самых основ мещансгіого бытия, он не станетдразнить своих домочадцев. Раздражать их, грубо показывая язык Бессеменову и изумляя этим Акулину Ивановну,—занятие вряд ли достойное передового рабочего. Но Нил еще хвастается этим перед Еленой Николаевной. В разговоре с Татьяной (во втором акте) Нил рассказывает, почему он любит ковать. И в его словах сквозит нарочитое подчеркивание своей ловкости и своей силы. Далее. Сделать девушке предложение на замужество, а затем привсех на другой день громко спрашивать ответа,— значит обнаружить полное отсутствие чуткости. Все это мелочи, ноиз этихмелочейсоздается большая фальшь, которая называется—^рабочий Нил в пьесе «Мещане». Не даром чуткий Чехов в письме к Горькому вынужденбыл сказать следующие удивительно верные слова: «Когда Нил старается казаться выше Петра и Татьяныи говорит про себя, что он молодец, то пропадает элемент, столь присущий нашему рабочему порядочному человеку, элемент скромности»^). Работница Поля, невеста Нила, настолько слабо обрисована Горьким, что о нейможно просто ничего не говорить. Нереальность Нила и Поли бросалась в глаза ул«е в эпоху появления пьесы даже самым безоговорочным поклонникам Горького. Так, например, Евг. Андреевич-Соловьев при разборе «Мещан» вынужден был признаться, говоря о Поле и Ниле: «Они немного ша,блониыи слишком уже много говорят о своей жизнерадостности, чтобы быть совсем живыми. Однако, если принять во внимание, что новых людей приходится писать лишь намеками и что вообще писать о жизни, еще не сложившейся, трудно, по мнениюГончароваи совсемнельзя— известнойкнижности,трафаретности,пожалуй, п Нилаи Поли мы в вину Горькому не поставим. У него, как всегда, вернее не лица, не этнографичностьтина, а настроение»^). ^) Пжсьма А. П. Ч е х*о в а, т. VI, стр. 173. ^) ВвЧ. Андреев и ч.—«Мещане». «Научное обозрение», 1902 .г., кн. 4, ОТр. ] 71—182.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4