98 я. Н. КУБИКОВ — Бумагу больно плоху стали давать, да провесы все... ну, выгоды-то и нет никаі-сой, проработала бы всю зиму на хозяев... Ну и переменила. Уж оченно строгости у них большие пошли. Вечеринка в Бубнове достаточно ясно говорит о проникновении в большое промышленное село всех элементов, на которых обычно строятся так называемые «культурные» развлечения городских центров. Здесь игра в фанты, пение модных романсов и проч. На девицах атрибутыубогой роскоши: «бронзовые браслеты на белых руках, перстни и брошки со стеклышками». На вечеринке фигурируют и представители квалифицированной части рабочих—рылинский слесарь Мскей Иванович и резчик Зубарев, Андрей Тихонович. Слесар^ «с жестоко напомаженнойголовой и сильным запахом дешевого амбрэ». Но проводниками этой городской «культуры> являются не они, а конторіцик и семинарист. После прихода последних слесарь и резчик сразу отходят на второй план. Семинаристи конторш,ик окончательно пленяют девиц только что тогда входившим в моду среди городского меіцанства романсом «В одной знакомой улице». Успех этих сердцеедов приводит в уныние рылинского слесаря, который жалуется отцуАнныМаксимовны, Максиму Власьичу—типичномупьяному растеряевцу: «Все хорошо шло, а как пришли эти стрекулисты, и дрянь дело стало; девочки теперичаи внимания на нас не обрагцают... Неужели мы хуже их». Такова жанровая картина вечеринки в селе Бубнове, данная Ф. Нефедовым. Начав с описания жизни купцов-фабрикантов и бедцого рабочего люда, писатель замыкает свой очерк приближениемтрудового дня: «Звезды еіце ярко блестелинад селом Бубновым, но в холодном воздухе уже чувствовалось, что утро приближаетсяи недалеко. Скоро раздались свистки, сигнал к трудовой жизни, и подняли на ноги все спяш;ее царство труда. В улицах началось движение, замелькали люди и послышались голоса». «Святки в селе Данилове»—второй очерк Ф. Нефедова из рабочей жизни, написанныйв 1871 г.—вскрывает жизнь того же Иванова. Стоит только прочитать начальную главу очерка, дабы раскрыть и так достаточно прозрачный псевдоним знаменитого промышленного центра. Нефедов отмечает своеобразие села, которое больше многих губернских городов; он говорит, как трубысвоимдымом сушатстояіцие вблизиихдеревья, как фабричные отбросы отравляют рыбу в реке... Вот одна из грустных картин суровой жизни фабричного села: чайка, наклевавшаяся этой отравленнойрыбы, «печально крича и бес-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4