^^р^;:і;^^;:йг — 52 — яатріархъ осуществлялъ при помощи той-жѳ приказной администраціи, какъ это было и въ мірской областп; обществепныя силы и самодѣятельность считались и здѣсь излишними и всѣ надежды возлагались яа сильную власть и «самодѳржавство». Приказные за спиной патріарха безжалостно грабили и притѣсняли духовенство и просителей, особенно патріаршій дьякъ Иванъ Кокошировъ, извѣстный своимъ взяточдичествоиъеще при патріархѣ Іосифѣ. Для наблюденія -за духовенствомъ Никонъ имѣлъ особыхъ дьяковъ и стрѣльцовъ, которые забирали на улицахъ Москвы пьяныхъ монаховъ и поповъ, наблюдали по церквамъ за исправностью богослуженія. Это была своего рода патріаршая полиція. При патріаршихъ приказахъбыли свои темницы, оъ желѣзными цѣпями и деревянными колодками. ІЗсѣ эти мѣры были обычньши для того времени, но Никонъ проводилъ ихъ со свойственной ему строгостью и неумолимой послѣдовательностью, возбуждая во воѣхъ страхъ и недовольство. Всѣ его боялись: царь, епископы, бояре, духовенство и народъ. Духовные жаловались царю: «видишь-ли, свѣтъ премилостйвый, онъ возлюбилъ стоять высоко и ѣздить широко, у него страшно къ воротамъ приблизиться». — Царь отвѣчалъ на жалобы: «я боюсь Никона». Современникиназывали его «тираномъ» и «мучителемъ». НероЕОВъ укорялъ патріарха: «какая тебѣ честь, владыко сьятьШ, что всякому ты страшенъ, и про тебя грозя другъ другу говорятъ: знаете-ли кто онъ, звѣрь-ли лютый, левъ, или медвѣдь, или волкъ?» Немало было справедливаговъ этихъобвииеніяхъ. Ноправда было и то, что Никонънехотѣлъ людямъ зла и мученій, —«Бластямъ зазиралъ», «другихъ обвинялъ, что оші людеймучатъ». Прямолинейнаяпослѣдовательяость, страстное преклонѳніе только предъ своей правдой, но считаясьсъжеланіями людейи обстоятельствами, —дѣлали Никона въ историческойобстановкѣ того времени невольнымъ мучителемъ и деспотомъ.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4