5 его касается и надъ которымъ, поэтому, стоитъ подумать. Мы сейчасъ увидимъ, какъ самъ авторъ приводитъ читателя къ такому выводу. Природныя наклонности таланта указывали Гоголю спеціальную сферу для жизненныхъ наблюденій. Гоголь не былъ, подобно Пушкину, эхомъ, легко откликающимся на всякій звукъ жизни гармоничнымъ и жизнерадостнымъ аккордомъ; но за то природа щедро, и можетъ быть даже слишкомъ, одарила его душу чуткостью къ тому, что составляетъ будничную и закулисную сторону всякаго человѣческаго существованія независимо отъ показной роли, въ какой выступаетъ человѣкъ предъ другими, —что мутнымъ осадкомъ лежитъ на дні; души человѣка и само упорно не хочетъ всплыть на поверхность. Онъ „вызывалъ наружу то, что ежеминутно предъ очами и чего не зрятъ равнодушныя очи, всю страшную, потрясающую тину мелочей, опутавшихъ нашу лшзнь, всю глубину холодныхъ раздробленныхъ и повседневныхъ характеровъ". Такова основная тема, которую Гоголь такъ упорно и настойчиво и съ такимъ несравненнымъ искусствомъ проводилъ въ своихъ произведеніяхъ. Это—изображеніе пошлости въ жизни и въ человѣкѣ. Но что такое, въ сущности, эта тема, какъ не сама жизнь, —та неподкрашенная дѣйствительность, среди которой ежеминутно вращаются люди? Нѣтъ человѣка, который не былъ-бы опутанъ тиною мелочей повседневной жизни, не былъ-бы хотя отчасти раздробленъ соромъ и хламомъ будней. Стало быть и нѣтъ такого счастливца, котораго-бы не касалась эта горькая жизненная правда, сгруппированная въ цѣломъ рядѣ геніально-проницатель-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4