92 ЖИЗНЬ ЗАМѢЧАТЕЛЬНЫХЪ ЛЮДЕЙ. за предѣлы св. пиеанія и примыкавшихъ къ нему книгъ церковнаго характера и популярвыхъ сборниковъ, заключавшихъ въ себѣ житіи святыхъ, сказанія и аиокрифы, но въ этихъ предѣлахъ она была несомнѣвна. Обладая громадной памятью, бывшій юрьевецЕІй протопопъ зналъ иаизусть всю Псалтирь, помнилъ массу мѣстъ изъ другихъ квигъ Ветхаго и Новаго завѣта и съ болыпою ловкостью пользовался этими звавіями для подбора текстовъ въ доказательствѳ своихъ положеній. Послѣдвія почти всегда имѣли у него видъ какъ бы непосредственноизъ Пиеанія вытекающихъ истинъ, и читателю, не въ такой мѣрѣ знакомому съ духовной литературой и мало способноыу вникать въ смыслъ приводимыхъ текстовъ, должны были представляться основанвыми ва прочвомъ фундаментѣ непреложнаго ученія церкви. Ловко подбирая и истолковывая тексты въ свою долъзу, Аввакумъ не съ мевьшеюловкостью нападалъна своихъ противниковъ. Толковаіъ-ли онъ Енигу Бытія, Пеалмы или Премудрость Соломона, ' онъ всегда находилъ случай перейти къ Никову и его рефориѣ, j не стѣсняяеь тѣмъ, что такой переходъ являлся подчасъ совершенно неожиданвымъи неподготовленнымъ. ІІри этомъ онъ каждое измѣневіе, совершеввое Никономъ въ русскихъ церковвыхъ квигахъ и обрядахъ, возводилъ на степень ереси, открывая сокровенный смыслъ въ такихъ подробностяхъ, въ которыхъ, казалось бы, ничего подобнаго нельзя было наити. Правда, наряду съ этои начитаввостью въ области церковвой литературыи недюжинвымъ полемическимъ талантомъ протовопъ обнаруживалъ глубокое невѣжество, сообщая самыя диковинныя свѣдѣнія по части исторіи, географіи и естественныхъ наукъ, но и аудиторія, къ которой онъ обращался, въ громадномъ большинствѣ не ушла далыпе тѣхъ же свѣдѣній, заимствованныхъ изъ старинныхъ хронографовъ и изборниковъ. Большое значеніе имѣлъ въ произведеніяхъ Аввакума и самыіі языкъ писателя. Яркій, образвый, переполненныйсмѣлыми сравненіями, отражающій въ себѣ всѣ оттѣнки чувства и настроенія, то нѣжвый, то сжатыи и энергическій, часто блещущій искрами неподдѣльнаго іомора, онъ вмѣстѣ съ тѣмъ не закліочалъ въ себѣ и тѣни ничего искусственнаго, книжнаго, а былъ какъ бы нрямо изъ устъ народа перенесевъпа бумагу. Это обстоятельстводѣлало пиеанія Аввакума равво понятвыми и дорогими для знатнаго и образованнаго боярива и плохо знающаго грамоту крестьянина и было особенно важно въ ту эпоху, когда литература образован11 I
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4