ПРОТОПОПЪ АВВАКУМЪ. 35 гласъ бысть во время молитвы: время приспѣ страданія! Подобаетъ вамъ веослабно страдати!> Сильный ропотъ поднялся среди веего кружка Неронова. Аввакумъ и Даніилъ задумали выступить съ протестомъ и, составивъ «выписку» о поклонахъ и о крествомъ знаменіи, подали ее Алексѣю Михайловичу. Этотъ шагъ не имѣлъ послѣдствій, но и протоиопы рѣшили не подчиняться распоряжевіямъ иатріарха и, не стѣсняясь, громко осуждали ихъ. Между двумя партіями завязывалаеь рѣшительная борьба и какъ характеры лицъ, принявшихъ въ ней участіе, такъ и глубокое различіе борющихся сторонъ должны были сдѣлать ее упорной и ожесточенной. Никонъ былъ не такимъ человѣкомъ, чтобы оставить безъ отвѣта брошенный ему вызовъ на борьбу и смиренно проглотить оскорбленіе. Рѣшивъ показать противвикамъ свою влаеть, онъ выжидалъ для зтого только удобваго сдучая, который скоро ему и представился. Въ іюнѣ того же года пришелъ отъ муромскаго воеводы довосъ на тамошняго протопопа Ioнгинa^ будто онъ хулитъ иконы и ликъ Спасовъ. Обвиненіе было вздорное, но оно пригодилось Никону, и онъ, распорядившись отдать Лонгина за «жестокаго пристава», созвалъ для суда надъ нимъ соборъ изъ визшихъ духовныхъ властей—архимандритовъ, игумевовъ и протопоповъ. На этомъ соборѣ разразилось уже открытое столкновеніе меасду патріархомъ и Нероновымъ съ товарищами. Нослѣдніе горячо вступились за Лонгина, доказывая, что Никонъ не вмѣдъ права подвергать его такому тяжелому наказавію, особенно до полнаго разслѣдованія дѣла. Всѣхъ реввостнѣе выступилъна защиту муромскаго протопопа самъ Неронов^ который попутно подвергъ рѣзкой критикѣ всѣ дѣйствія патріарха. « Прежде сего—говорилъ онъ Никону—ты имѣлъ совѣтъ съ протопопомъСтефаномъ (Вонифатьевымъ), и надомъ ты къ протопопу Стефану часто пріѣзжалъ, и о всякомъ дѣлѣ совѣтовалъ, когда ты былъ въ игуменахъ, въ архимандритахъи въ митрополитахъ,и которые боголюбцы посланы государемъ блаженныя памяти къ латріарху Іосифу, чтобы ему поставити по его государеву совѣту овыхъ въ митрополиты и въ архіепископы и епископы, иныхъ въ архимандриты, игумены и протопопы, а съ государевымъ духовникомъ Стефаномъ ты тогда былъ въ совѣтѣхъ, и не прекословилъ нигдѣ, и на поставленіи ихъ не говорилъ: анаксіосъ, а нынѣ у тебя тѣ же люди недостойны стали, и протопопъ Стефанъ за что тебѣ врагъ сталъ? Вездѣ- ты его поносишь и укоряешь, а друзей его раззоряешь, 3*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4