95 СОЧПНЕНІЯ Д. И. ПИСАРЕВА. 96 раставшее поколѣніе. На это печальное положеніе дѣлъ не могли смотрѣть равнодушно мыслители. Они жили съ народомъ въ совершенно различныхъ сферахъ; ихъ не слыхалъ народъ; многіе гнушались ими, и не безъ причины; если и случалось народу поймать на-лету философскую мысль, онъ коверкалъ ее такъ, что отъ нея отступился бы самъ творецъ ея... Нуженъ былъ и здѣсь, еще болѣе нежели въ государственной жизни, практическій реформаторъ, любящій «малыхъ сихъ», знающій ихъ нужды, не, нренебрегающій ихъ умственной нищетою, пережнвшіп на себѣ ихъ мелкія горести, ихъ обыденный страданія, на который такъ гордо смотрѣлъ съ высоты мысли и стоикъ, и эпикуреецъ. Нужна была любовь; нужно было мягкое сердце; нужна была горячая голова, способная воспламенить др'угихъ и вызвать ихъ силою изъ нравственнаго унпженія. ГШ. Философы стояли въ самыхъ разнообразныхъ положеніяхъ въ отношеніи къ миоамъ и къ народному богоиочитанію. Всѣ они сходились между собою на томъ, что считали настоящее положеніе дѣлъ невыносимымт, и предлагали средства для исправленія народной логпкп и народной нравственности. Въ предлагаемыхъ средствахъ замѣчается самое пестрое разнообразіе. Одна сторона откинула всякую рѳлигію и въ религіозномъ чувствѣ видитъ корень всѣхъ современныхъ ваблужденій; другая оплакиваетъ упадокъ религіознаго чувства и хочетъ реформировать господствующую религію, вдохнуть новую жизнь и здоровый разумъ въ одряхлѣвшія и обезсмысленныя формы. Мыслители, стоящіе посредннѣ, развиваютъ свое нравственное ученіе, не заботясь о томъ, чтобы привести его въ какія бы то ни было отношенія съ существующимъ норядкомъ вещей. Они далеки отъ полемическаго характера первыхъ и аналогическаго характера вторыхъ; они равнодушны ко всему, что дѣлается внѣ ихъ мыслящей личности, и возводятъ это равнодушіе въ теорію. Они самостоятельнымъ путемъ доходятъ до восточнаго квіетизма, и только легкая иронія, съ которою они относятся къ явленіяыъ современности, доказываете, что самоуглубленіе индѣйскаго іоги не въ духѣ западнаго европейца. Всѣ очерченный мною группы мыслителей, невѣрующіе эпикурейцы и скептики, вѣрующіе платоники и пиоагорейцы и равнодушные стоики-эклектики, отличаются практическимъ направленіемъ своихъ ученій. Чтобы охарактеризовать ихъ ученіе, необходимо бросить взглядъ назадъ, на цвѣтущее время элленизма. Не вдаваясь въ историческое изложеніе развитія греческой фидосефін, я ограничусь тѣмъ, что въ самыхъ краткихъ чертахъ обозначу характеръ тѣхъ трехъ наиравлепій, которыя развивались и видоизмѣиялись въ разсматриваемую мною эпоху. Платонъ, Эпикуръ и Зенонъ стоять во главѣ этихъ трехъ ученій. Говорить подробно о Платонѣ я считаю лишнимъ, потому что общій характеръ его ученія пзложенъ уже былъ мною читателямъ въ статьѣ «Идеализмъ Платона». Поэтому я прямо перехожу къ результатамъ его фплософіи. Философія Платона похожа болѣе на религію, чѣмъ на научную систему. Односторонность замѣчается преимущественно въ воззрѣніи мыслителя на человѣческую душу. Только мысли дано право гражданства. Чувство, фантазія — вовсе исключены; ихъ надо давить и искоренять. Принимая матерію за зло, считая тѣло тюрьмою души, Платонъ совершенно уничтожаетъ эстетическое чувство; кто уважаетъ только вѣрность идеи, тотъ не способенъ цѣнить красоту формы и пластичность образа. Свободное творчество и свободная критика должны быть чужды идеальному человѣку Платона. Для свободнаго творчества нужна фантазія, а всякая примѣсь къ божественному разуму оскверняетъ его, но мнѣнію Платона, и доллша быть выбрасываема; стало быть, и фантазія, показывающая идею въ образѣ, вредитъ и мѣшаетъ созерцанію истины. Свободная критика ведетъ къ сомнѣніямъ и къ индивидуальнымъ воззрѣніямъ, а то н другое, но ученію философа, предосудительно, потому что первое разрушаетъ спокойное сбзерцаніе, а второе—придаетъ этому созерцанію своеобразную форму; гдѣ нѣтъ ни свободнаго творчества, ни свободной критики, тамъ нѣтъ лспзнп мысли. Самъ Платонъ создалъ свою философскую систему при помощи фантазіи и критики. Желая превратить остальное человѣчество въ конгрегацію вѣрующихъ адеитовъ, онъ, подобно Аристотелю, стираетъ личность, отвергаетъ историческін прогрессъ и является поборникомъ самаго возмутительнаго деспотизма, какого испугался бы онъ, самъ въ дѣйствительности. IX. Ученіе, діаметрально иротивоположное платонизму, развилъ Эпикуръ (340—270 до Р. X.), Принимая свидѣтельство нашихъ чувствъ за. единственный достовѣрный источникъ знанія^ Эпикуръ не строить никакой теоріи; о мірозданіи онъ знаетъ только то, что все сложилось само, собою, ио внутренней необходимости, безъ вмѣшательства боговъ и высшихъ безтѣлесныхъ существъ. Какъ все это сложилось, Эпикуръ объясняетъ гипотезою, не придавая ей значительной важности. Все въ природѣ, по мнѣнію Эпикура, безцѣльно, случайно и между тѣмъ основано на естественной связи причины и слѣдствія. Все ученіе имѣетъ практическое наиравленіе. Эпикуръ хочетъ уничтожить суевѣріе и понимаетъ подъ этимъ именемъ идею боліества и про-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4