93 аполло ній тіанскій. 94 ботясь ни о научномъ его расширеніи, ни о иронагандѣ, не могли искоренить въ массахъ вѣру въ лагію и астрологію. Такимъ образомъ въ Римѣ было множество матеріаловъ для развитія волшебства; духъ религін и философіи содѣйствовалъ его нроцвѣтанію; суевѣрное настроеніе ігарода съ жадностью воспринимало все таинственное и чудесное. Во вседневной жизни представлялось множество случаевъ, въ которыхъ необходимо было или узнать будущее, или пзмѣнить въ свою пользу естественное теченіе событій. Если женщпнѣ нужно было приковать къ себѣ вѣтренаго мужа или любовника, она добывала любовный нанптокъркііігшп, ириготовлявшійся съ разными магическими церемоніямн. Если дряхлому старику нужно было пскусственнымъ образомъ поддержать гаснущія страсти, онъ обращался къ медицинскому колдовству. Если нужно было извести врага,—и за этпмъ дѣломъ обращались къ различнымъ заклпнаніямъ. Тпверія обвиняли въ томъ, что онъ такими чарами убилъ Германика, п въ его домѣ подъ половицами были найдены полусгнпвшіе остатки труповъ, обгорѣлыя и кровавыя кости и свинцовый доски, на которыхъ рядомъ съ имепемъ Германика были написаны разныя проклятія и тапнственныя изреченія. При магическихъ церемоніяхъ часто требовались человѣческія жертвы; при развитіи рабства, этпмъ потребностямъ удовлетворять было нетрудно, п владѣтель, нисколько не задумываясь, могъ рѣзать въ свонхъ мистеріяхъ и взрослыхъ, и дѣтей; до исчезновенія раба ни государству, ни закону не было дѣла. Цицеронъ говорнлъ въ глаза Ватинію: «Ты вызываешь духовъ усопшихъ и приносишь въ жертву подземнымъ богамъ внутренности дѣтей». Ювеналъ говорить о коммагенскомъ аруспиціп: «онъ разсматриваетъ грудь цыпленка, кишки щенка, а порою и внутренности мальчикевъ». Существовалъ также обычай при важныхъ заклинаніяхъ вырѣзывать незрѣлый плодъ изъ живота беременной женщины. Послѣ смерти императора ІОліана нашли въ одномъ храмѣ, въ которомъ онъ совершалъ тайны жертвопрнношенія, мертвую женщину; она была повѣшена за волосы, и животъ ея былъ взрѣзанъ. Ыагія подавала поводъ ко многимъ злодѣяніямъ и но цѣлямъ, къ которымъ она стремилась, и по средствамъ, который она употребляла. Правительство не разъ пробовало выгонять астрологовъ и математпковъ, но здѣсь, какъ и вездѣ, попытки правительства не могли искоренить зла, лежавшаго глубоко въ народныхъ вѣрованіяхъ и удовлетворявшаго насущнымъ потребностямъ массы. Тпверій удалилъ магнковъ изъ Италіи, сбросилъ со скалы математика Питуанія, а саыъ постоянно держалъ при себѣ астролога Тразилла и, на основаніп его паставленій, предсказалъ Гальбѣ, что онъ будетъ императоромъ. Высшія формы магіи были некромантія, или вызываніе духовъ, и теургія, или вызываніе боговъ; въ ту и въ другую крѣпко вѣрпли новоплатоники, въ ученіи которыхъ перемѣшались результаты строгаго мыжленія и создаиія болѣзненной фантазіи, вѣрованія Запада и Востока, словомъ—почти все, что выработала языческая ццвплпзація. —Легковѣріемъ народа и его стремленіемъ къ сверхчувственному міру и пользовались такпмъ образомъ и жрецы, и магдки, и астрологи, и простые шарлатаны. Далее люди простого званія, нпщіе и рабы успѣвалп поживиться отъ суевѣрія массы. Кругомъ храмовъ бродили цѣлыя кучи одержимыхъ божествомъ; немытые, нечесанные, они смотрѣли дпкпмъ взоромъ на проходящпхъ, вертѣлп члены, закидывали голову и приходили въ состояніе полнаго бѣшенства, при чемъ произносили отрывистая слова и предсказывали будущее. Этихъ людей было такъ много, что для нихъ существовало даже особенное имя, по-гречески теолептики, по латынѣ {апаІгсі{іш\т—храмъ). Рюіскіе юристы разбирали даже вопросъ; если проданный рабъ окажется фапатпкомъ, закпдывающпмъ голову и предсказывающимъ будущее, то составляетъ ли такой скрытый порокъ достаточную причину для уничтоженія торга. Изъ этого ясно, что, во 1-хъ, рабы любили предаваться этому выгодному и нетрудному занятію, и что, во 2-хъ, фанатиковъ (въ спеціальномъ смыслѣ) было такъ много, что на это явленіе пришлось обратить вниманіе закона. Какое общее заключеніе можно сдѣлать изъ этого очерка языческихъ религій? То, мнѣ кажется, что реформа была необходима. Каждый мыслящій и честный человѣкъ видѣлъ, что положеніе дѣлъ во всѣхъ отношеніяхъ было изъ рукъ вонъ плохо. Религія истощила свои живыя силы; самые завѣтные догматы были подорваны въ общественномъ мнѣніи; въ промыслъ и въ безсмертіе души не вѣрили; нравственность не поддерживалась ни страхомъ, ни надеждою, а къ беякорыстной нравственности способны немногіе; что осталось нзъ религій, то было вредно; а остались сладострастные мпѳы и безнравственныя мпстеріи, развращавшія юношество и поощрявшія всякаго рода чувственный желанія; кровосыѣсители опирались на прпмѣры Зевса, бывшаго любовникомъ матери (Деметры), сестры (Геры) и дочери (Прозерпины); многіе любовались на Зевса и Ганимеда; соблазнители дѣвушекъ и дѣвушки припоминали Данаю, Европу и Леду; воры приносили жертвы Гермесу; публичный женщины становились подъ покровительство Афродиты. Догматы были подорваны, а обряды только усилились; суевѣріе притупило умъ народа, стѣснило творческую ' фантазію и превратило антропоморфизмъ въ бездушный и беземысленный фетишизмъ. Религіозное чувство, послѣднее убѣжище народа, выдохлось; остались формы, и, сдавленное ими, мельчало и туиѣло вы-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4