453 ОЧЕРКИ ИЗЪ ИСТОРІП ПЕЧАТИ ВО ФРАНЦШ. 454 по мнѣпію правительства, мало; къ двуыъ наказаніямъ, поражающпмъ личность и собственность, надо еще присоединить третье, прибавочное, параіизирующее проявленіе идеи. Такова та часть сентябрьскихъ законовъ, которая пмѣетъ цѣлью запугать лпберальпую журналистику. Есть еще другая часть, стремящаяся къ тому, чтобы затруднить для большей части французскпхъ гражданъ доступъкъ журнальной дѣятельности. Издатель ежедневной газеты долженъ былъ по сентябрьскпыъ законанъ представить въ государственноеказначейство залога въ 100,000 франковъ; газета, выходящая два раза въ недѣлю—75,000 франковъ; еженедѣльная газета—50,000 франковъ; журналъ, выходящій два или три раза въ мѣсяцъ—25,000 франковъ; журналы, выходящіе разъ въ мѣсяцъ, остаются попрежнему избавленными отъ залога. Отвѣтственный редакторъ каждаго журнала долженъ владѣть самъ, по крайней мѣрѣ, третьей частью залога. Если эта третья часть уменьшается вслѣдствіе частной сдѣлки или взысканпаго штрафа, тогда отвѣтственный редакторъ въ теченіе 16 днейобязанъ пополнить ее, или уступить свое мѣсто другому лицу; въ случаѣ непсполненія этого условія, нзданіе останавливается. Если отвѣтственный редакторъ не подшшетъ одного нумера своего изданія, съ него взыскивается штрафъ до 3.000 франковъ. Если отвѣтственный редакторъ спднтъ въ тюрьмѣ, то на его мѣсто долженъ стать другой отвѣтственный редакторъ, удовлетворяющій всѣмъ вышепоказаинымъ требованіямъ закона. Если же такого лица не отыщется, то пзданіе останавливаетсяна все время тюремнаго заключенія отвѣтственнаго редактора. Правительство требовало такимъ образомъ, чтобы каждый издатель ежедневнойгазетыбылъ человѣкъ, обезпеченный въ денежномъ отношеніи. Надо было, чтобы онъ имѣлъ по крайней мѣрѣ 200,000 франковъ свободнаго капитала; половина этихъ денегъ должна была отправиться въ казначейство, а другая половина конечно была необходима для того, чтобы на первыхъ порахъ обезпечить пзданіе, еще непзвѣстное читающейпубликѣ. Образованный нролетаріп, обладающей твердыми, сознанными и прочувствованными убѣжденіями. готовый за эти убѣжденія идти въ тюрьму п въ ссылку, не могъ, по сентябрьскимъ законамъ, являться отвѣтственпьшъ лицомъ; чтобы быть отвѣтственнымъ редакторомъ ежедневной газеты, т. е. чтобы нмѣть пріятную перспективу сидѣть въ тюрьмѣ за невинную фразу, перетолкованную обвинителями п судьями, надо было владѣть суммою въ ЗЗ^ЗВ'/з франка. Какъ только изъ этой кабалистической суммы убывалъ одинъ франкъ, такъ отвѣтственпый редакторъ долженъ былъ закладывать вещи, занимать деньги у друзей или родственшшовъ и пополнять роковое число; въ иротивномъ случаѣ всѣ ирежніе труды и пожертвоваиія пропадали даромъ; журналъостанавливался, а между тѣмъ событія шли, п несчастный редакторъ терпѣлъ казнь Тантала; онъ вндѣлъ желанную пищу для своейкритики, для своего анализа, а правительство зажимало ему ротъ и говорило: вноси деньги, плати за право думать, писать п печатать твои же мысли на твоей же бумагѣ. Поспдѣть въ тюрьмѣ мѣсяца два, три—не важность; человѣкъ, рѣшающійся посвятить свои силы журнальной дѣятельности, не могъ бояться нодобнаго наказанія и отступать передъ такими ничтожными опасностями; но покуда редакторъ спдптъ въ тюрьмѣ, чтЬ дѣлается съ журналомъ? Правительство велитъ закрыть его, если не найдется другого отвѣтственнаго редактора, нмѣющаго за душою онредѣленные закономъ ЗЗ^ВЗ'/з франка. А какое же значеніе и вліяиіе можетъ имѣть журналъ, если онъ будетъ прерываться и по нѣскольку разъ въ годъ поневолѣ обманывать ожиданіе публики? Оказывается такимъ образомъ, что одннъ человѣкъ, какъ бы онъ пи былъ богатъ, какъ бы онъ ни былъ готовъ жертвовать своей личностью п своимъ состояніемъ, не можетъ издавать ежедневную газету, пользующуюся сочувствіемъ публики. Необходимо, чтобы цѣлая ассоціація людей, любящихъ одну идею, соединила свои силы и капиталы; необходимо, чтобы выбывающія деньги пополнялись изъ фоидовъ общества и чтобы выбывающіе дѣятели немедленно смѣнялпсь другими, готовыми въ свою очередь платить штрафы п сидѣть въ тюрьмѣ. Доведя законы о печати до послѣднихъ нредѣловъ строгости, правительство надѣялось разорить въ конецъ журналы оинозиціи н довести либеральную прессу до состоянія вынужденнаго молчанія; расчета оказался невѣрнымъ. Нѣкоторыя демократическія изданія дѣйствительно погибли насильственнойсмертью, но издававшіе ихълюдн на бѣду осталисьживы, и, несмотря на отеческія увѣщанія правительства, не рѣпшлись сложить руки; потерявъ возможность поддерживать журналъ собственными силами, они протянули руки своимъ братьямъ по пдеѣ, сблизились съ ними, несмотря на нѣкоторые оттѣнки въ образѣ мыслей, и заключили между собой тѣсный оборонительный союзъ противъ общаго притѣснлтеля. Такъ напр. Марастъ прекратилъ нзданіе своей многострадальной ТгіЬшіе, Луи-Вланъ закрылъ свой журналъ Вон зеш, Кабе отказался отъ Рориіаіге, и мало-по-малу вся онпозиціонная прессасосредоточилась въ друхъ неріодическнхъ изданіяхъ— Каііопаі и Млгте. Сознаніе общей опасности сблизило между собою всѣхъ радикаловъ и демократовъ, всѣхъ тѣхъ честныхъ дѣятелей, которые съ надеждой смотрѣли внередъ и ожи15*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4