445 ОЧЕРКИ ІІЗЪ ПСТОРІІІ ПЕЧАТИ ВО ФРАНЦШ. 446 дѣло о закупкѣ ружей было подвергнуто тщательному пзслѣдованію, но такого рода просьба конечно была оставлена безъ внішанія, потону что посадить въ тюрьму литератора и взять штрафъ съ журнала было легче п пріятнѣе, чѣмъ отдать подъ судъ двухъ минпстровъ. Впрочеыъ Перрье и Сультъ также были обмануты въ своихъ ожпданіяхъ; онп требовали себѣ за безчестье и за убытки 10,000 франковъ съ оскорбившаго ихъ журнала; судъ нашелъ это требованіе неумѣренньшъ и предложилъ имъ 25 франковъ. Непзвѣстно, на сколько удовлетворило ихъ подобное предложеніе. Откровенно выраженный мнѣнія объ особѣ короля всегда велп за собою процессы, которые постоянно кончались осужденіешъ обвпненныхъ. Несмотря на то, нерасноложеніе общества и литературы къ правительству было такъ сильно, что нападенія на Людовика-Филиппа повторялись довольно часто. Журналъ Сагісаідіге нарисовалъ его портретъ въ смѣшномъ видѣ, ТгіЬипе разсмотрѣлъ критически его прошедшее, багейе йе Ргапсе объявила, что французскій престолъ принадлежптъ Генриху У, а не Людовику-Филиппу, Сагейе йе Ргапсе, Еепогаіеиг и ^иоI;іс1іеппе обвинили короля, какъ соучастника въ умерщвленіи принца Конде, СЬагіѵагі пустплъ въ ходъ карикатуру короля, окруженную трупами съ подписью; «Олпцетвореніе самой мягкой п человѣколюбивой системы». Всѣ зти журналы были осуждены п наказаны, но къ сожалѣнію благотворный приыѣръ не подѣйствовалъ, а французскіе журналы оказались неисправимыми, несмотря на штрафы п тюремныя заключенія. Должно также замѣтить, что масса общества, въ большей части случаевъ, только тогда бросалась читать эти выходки п нападенія, когда онѣ вызывали противъ себя преслѣдованія, такъ что правительство своимъ вмѣшательствомъ постоянно содѣйствовало успѣху либералышхъ періодическихъ изданій. Дѣйствительно, если бы преслѣдованія со стороны правительства не усиливали подписки и продажи гопимыхъ журналовъ, то существованіе нѣкоторыхъ иеріодпчесішхъ нзданін во время царствованія Людовика-Филиппа оказалось бы фактомъ совершенно необъяснимымъ. Журналъ ТгіЬипе въ теченіе четырехъ лѣтъ (1830 —-1834) выдержалъ сто два процесса; изъ нихъ онъ проигралъ семнадцать; вслѣдствіе этого онъ принужденъ былъ заплатить 120,000 франковъ штрафа и просидѣть въ тюрьмѣ, въ лицѣ своихъ редакторовъ, семнадцать лѣтъ. Восемь редакторовъ этого журнала принуждены были совокупными силами отбывать эту повинность, такъ что на каждаго пзъ нихъ приходилось больше двухъ лѣтъ тюремнаго заключенія. Если принять въ соображеніе, что даже тѣ восемьдесятъ пять процессовъ, въ которыхъ журналъ ТгіЬипе былъ оправданъ, отнимали у подсудпмыхъ много времени, вели за собою хлопоты и были сопряжены съ болѣе пли менѣе значительными издержками; если взвѣсить далѣе, что при заключеніп въ тюрьму одного изъ редакторовъ журналъ разомъ лишался одной изъ своихъ дѣйствующихъ силъ, и что въ то время, о которомъ я говорю теперь, восемь редакторовъ сидѣли, сложа р}ки, въ разныхъ псправительныхъ заведеніяхъ; если взять въ расчета огромный матеріальный нодрывъ, который наносили фонду зкурнала штрафы, равнявшіеся въ своей совокупности 120.000 франкаыъ, и если вспомнить, что при всемъ томъ журналъ ТгіЬипе продолжалъ выходить въ свѣтъ и изумлять правительство смѣлостыо своихъ осужденій, то, дѣйствительпо, надо будетъ отдать полную дань уваженія непоколебимой стойкости либеральной прессы. Эта стойкость была бы безплодной и нелѣпой тратой героизма, если бы она не опиралась на сочувствіе умной и развитой публики; кромѣ того, такая стойкость была бы невозможна въ матеріальномъ отношеіііи, если бы публика не выражала своего сочувствія, подписываясь на нреслѣдуемый журналъ и покупая нарасхватъ тѣ нумера, за которые редакторовъ призывали къ суду и сажали подъ арестъ. У издателей не хватило бы ни денегь для того, чтобы оплачивать штрафы, ни живыхъ силъ для того, чтобы ими замѣнять дѣятелей, выбывающихъ въ тюрьму. Не мѣшаетъ замѣтпть, что штрафы, налагаемые па ТгіЬипе, были особенно крупны; | сроки тюремныхъ заключеній были также очень значительны; такъ нанрпиѣръ, за одну статью, объвинявшую палату депутатовъ въ продажности, отвѣтственнып редакторъ былъ осужденъ на трп года тюремнаго заключенія, и кромѣ того съ журнала взыскано 10,000 франковъ; въ другой разъ ТгіЬипе, разсказывая о пистолетномъ выстрѣлѣ, данномъ но королю, замѣтила, что это по всей вѣроятности полицейская комедія; смыслъ этихъ словъ былъ очевидно тотъ, что полиція, желая усилить въ глазахъ правительства свою собственную важность, подстрекаетъ легковѣрныхъ людей и затѣваетъ разпыя смуты для того, чтобы потомъ одерживать надъ ними легкія, но тѣмъ не менѣе блестящія нобѣды. Правительство по какому-то необъяснимому процессу мысли приняло слова ТгіЬипе за оскорбленіе, нанесенное особѣ короля. Отвѣтственному редактору снова прописали годъ тюремнаго заключенія, а съ журнала взыскали штрафъ въ 24,000 франковъ. Кромѣ штрафа и тюрьмы существовало еще одно довольно замысловатое наказаніе; когда какой-нибудь журналъ, давая отчета о судебныхъ иреніяхъ, высказывалъ какія-ннбудь замѣчанія, не нравившіяся тому пли другому члену правительства, тогда недовольные предста-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4