325 ПЧЕЛЫ. 326 хочетъ пройти мимо иіъ: они ее не пускаютъ; если ей удается преодолѣть ихъ сопротивленіе, она подходить къ самой клѣткѣ, заиускаетъ въ нее свое жало и убиваетъ дочь свою, еще не успѣвшую взглянуть на бѣлый свѣтъ и насладиться полною жизнью. Но въ большей части случаевъ сила бываетъ на сторонѣ добродушныхъ рабочихъ; они усиѣваютъ удержать расходившуюся королеву, и разгнѣванная повелительница, въ безсильномъ отчаяніи не зная что дѣлать, не слушая увѣщаній, считая свое господство навсегда потѳряннымъ, начинаетъ безъ опредѣленнои цѣли бѣгать но улью. Дѣло кончается тѣмъ, что королева-мать, вмѣстѣ съ вѣрньшн своими сподвижницами и съ любимыми трутнями, покидаетъ улей и летать искать счастья въ голубую даль, въ какоенибудь естественноедупло пли въ искусственный улей. А междутѣмъ молодая королева выходить изъ своей клѣточки во всей обаятельной свѣжести первой молодости, не зная даже, отъ какой онасностн избавили ее самоотверженіе и преданность добродушныхъ работниковъ. Ее окружаютъ оставшіяся вокругъ нея пчелы, и нервымъ впечатлѣніемь ея является въ пчелиной жизни упоеніе торжествомъ и властью, для иріобрѣтенія которыхь она не сдѣлала сама ни одного движенія. —- Она оглядывается вокругъ себя, видить свое превосходство надь окружающими ее лордами и пролетаріями, и тревожно спрашиваегь себя, одна ли она будеть пользоваться тѣиь блескомъ власти и почета, который окружилъ ее съ первой минуты ея сознательной жизни; въ молодой королевѣ съ изумительной быстротою зарождаются и развиваются тѣ самые инстинкты, которые побуждали королевумать къ покушенію на жизнь дочери и иотомъ принудили ее выселиться изъ улья со своими приверженцами; молодая королева осматриваетъ всѣ свои владѣнія, подходить ко всѣмъ клѣточкамъ, въ которыхъ развиваются ея младшія сестры, прокалываетъ ихъ своимъ ядовитымъ жаломъ и убиваетъ такимъ обравомъ всѣхъ будущихъ королевъ, чтобы не видать соперницы и ни съ кѣмъ не разделять господства. Иногда случается, что двѣ молодыя королевы разомъ выходятъ изъ своихъ клѣточекъ: тогда старая королева уже не пытается убить своихъ преемницъ; она тотчасъ же собираетъ вокругъ себя горсть преданныхъ ветерановъ и любимыхъ лордовъ-трутней и съ ними улетаетъ на новое мѣсто жительства. Что же касается до молодыхъ королевъ, —то онѣ конечно не могутъ ужиться вмѣстѣ; узы крови не имѣютъ никакого значенія, когда дѣло идетъ о госиодствѣ; одна изъ двухъ должна погибнуть, потому что нн одна изъ нихъ не рѣшится уступить добровольно и основать новую колонію: ни рабочія, ни трутни не иринимаютъ участія въ борьбѣ между двумя королевами; сиоръ за господство, пнтересующій только двѣ личности, рѣшается между ними поединкомъ, въ которомъ никто не проситъ и не даетъ пощады. Соперницы подходятъ другь къ другу, схватываются между собою челюстями, стараются повредить другъ другу шею, голову или ноги; обѣ машутъ крыльями, чтобы оглушить противника; обѣ сталкиваются между собою головамн, сплетаются ножками и ищутъ удобнаго случая, чтобы пронзить врага ядовптымъ жаломъ. Онѣ цѣлять въ промежутки, находящееся между роговидными пластинками, которыми защищены грудь и жпвотъ; шея, связка между грудью и задиею частью тѣла также легко могутъ быть проколоты, и во всѣ эти части сражающіяся пчелы нанравляютъ свои удары. Наконецъ поедпнокъ оканчивается трагическимъ образомъ, смертоносное орудіе попадаетъ вѣрно; раненая королева падаетъ; агонія продолжается недолго, и счастливая побѣдительнпца глумится, въ порывѣ гордой радости, надъ труномъ убитой сестры. Теперь она одна —повелительница улья; рабочія окружаютъ ее, признаютъ ея господство, но сочувствіе ихъ оказывается въ началѣ довольно слабымъ. Дѣло въ томъ, что молодая королева совершила рядъ престуиденій, п до спхъ норъ ничѣмъ не заявила своихъ достоинствъ. Рабочія видѣли, съ какою жестокою иослѣдовательностыо она истребила въ самой колыбели своихъ предполагаемыхъ соперницъ, тѣхъ самыхъ невинныхъ дѣтей, которыхъ онѣ, рабочія, лелѣяли и кормили; рабочія видѣли, какъ неумолима была королева въ поединкѣ съ своей ровесницею-сестрой; все это совершалось на ихъ глазахъ, но до сихъ поръ еще никто изъ нихъ не можетъ судить о той степени пользы, которую молодая королева можетъ принести ихъ улью. Ея кротость, ея правосудіе, а главное, ея плодовитость до снхъ поръ оставались рѣшительно неизвѣстны рабочимъ. Поэтому какое-то мучительное сомнѣніе сковываетъ порывъ нхъ усердія, и онѣ кланяются новой королевѣ какимъ-то холоднымъ и сдержаннымъ поклономъ, въ которомъ слышится невысказанный вонросъ: что-то будетъ? Но лорды-трутнн чужды сомнѣній; имъ нѣтъ дѣла до процвѣтанія улья; они видятъ только личность королевы, и когда споры по престолонаслѣдію оказываются рѣшенными, другъ передъ другомъ стараются заявить свою глубокую преданность. Они оглушаютъ ее льстивымъ жужжаніемъ, лижутъ ей спину, голову и ноги, обчнщаютъ ей своими щеточками крылья и щупальца, разговариваютъ съ ней на оживленномъ мимическомъ языкѣ, словомъ, выказываютъ несвойственную пмъ въ обыкновенное время развязновть, предпріимчпвость и энергію. Королевѣ на первыхъ порахъ кажется очень страннымъ весь этотъ придворный балетъ. Подобно дѣвственной Елпзаветѣ англійской, молодая коро11*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4