283 СОЧПНЕНІЯ Д. П. НИСАРЕВА. 284 Лондондерри, СкатЪге іпігоиѵаЫе, Карлъ X, іезуиты и ніетпсты—были пастоящпмъ и неоцѣненнымъ сокровпщемъ для комически-несчастнон партіп либераловъ. Въ самомъ дѣлѣ, чѣмъ бы эти несчастные либералы стали наполнять свои досуги, чѣмъ могли бы они заработать себѣ европейскую знаменитость, какими терновыми вѣнцами могли бы они избороздить свои интересно-блѣдные лбы, —если бы великодушные реакціонеры не доставляли пмъ обпльныхъ случаевъ оппонпровать и будировать, ужасаться и хныкать, горячиться и торжественно доказывать, что дважды два четыре, и что мужпкъ не любптъ платить десятину? Какъ только нылкіе обожатели средне-вѣкового порядка вымерли пли перестали быть опасными, какъ только либеральная партія одержала побѣду падъ своими благодѣтелямп, такъ тотчасъ же либеральная партія расползлась на свои составныя части. Честные и умные люди отшатнулись отъ нея прочь, а легіонъ пропдохъ и торгашей, осѣненнып знаменемъ великихъ принциповъ, сталъ представлять такое уморительное зрѣлнще, что обнаружилась настоятельная необходимость свернуть и спрятать тихимъ манеромъ компрометирующее знамя и выставить новый штандартикъ, на которомъ вмѣсто крикливыхъ словъ; «братство, равенство, свобода!» было нанисано ириглашеніе не воровать носовыхъ нлатковъ и не ломать мостовую. Либералы очень горячо и настойчиво добивались свободы печати, но свобода печати была имъ необходима только для того, чтобы доказывать ежедневно, что дважды два четыре, что бережливость есть мать всѣхъ милліоновъ и всѣхъ добродѣтелей, что силою ума и характера поденщикъ можетъ сдѣлаться банкиромъ и пэромъ Франціи, что евреи имѣютъ основательный причины считать себя людьми, и что папѣ было бы очень полезно познакомиться съ системою Коперника, открыть свои объятія всему человѣчеству и записаться въ ряды иросвѣщенныхъ и умѣренныхъ либераловъ. Когда же свободная печать начала знакомить міръ съ новыми истинами, опасными для финансоваго феодализма, тогда либералы первые закричали «караулъ!» и выдумали новое слово Іісепсе для обозначенія печатныхъ ужасовъ, отъ которыхъ надо укрываться подъ защиту городского сержанта. Барышники знали, чего хотѣли. Они были очень довольны собой и всею политикою. Виутреннія противорѣчія иіъ не смущали. Они говорили, что жизнь не математика, и что непоколебимая вѣрность основной идеѣ такъ же невозможна въ жизни, какъ невозможенъ въ природѣ математическій маятникъ. Этимъ людямъ было хорошо, тепло и весело. Смотря по требованіямъ данной минуты, они то отвергали принцинъ, допуская въ то же время его послѣдствія, то отвергали послѣдствія, допуская приндппъ. Такъ, нанримѣръ, въ первой четверти нашего столѣтія многіе англійскіе лорды пожелали увеличить доходность свопхъ владѣній и съ этой цѣлыо нашли удобнымъ превратить пахатныя земли въ пастбища, на которыхъ должны воспитываться феноменально-жирные и прекрасные быки и бараны. Когда окончился срокъ заключеннымъ контрактамъ, тогда владѣльцы предложили фермерамъ уходить на всѣ четыре стороны и вслѣдъ затѣмъ немедленно приказали разрушить тѣ усадебныя строенія, въ которыхъ эти люди родились, выросли, быть можетъ даже состарѣлись и надѣялись умереть. Тысячи семействъ оказались безъ пріюта, старики и дѣти умирали отъ истощенія сплъ, женщины разрѣшались отъ бремени въ открытомъ полѣ; словомъ, происходили такія странный сцены, который повидимому были умѣстиы и позволительны только во время нашествія непріятеля. Либеральная европейская пресса ударила въ набатъ. Вотъ, молъ, они каковы—эти олигархи, эти феодалы, эти варвары и кровопійцы! Всѣ эти либеральный завыванія можно было пріостановить однимъ нростыыъ воиросомъ; земля чья? — Земля господская. —- Такъ чего же вы бѣснуетесь? — Но эти несчастные фермеры! Куда же они иойдутъ? — Куда угодно. Въ рабочій домъ, въ тюрьму, въ Ирландскій каналъ, въ Нѣмецкое море, въ ближайшій прудъ, на висѣлицу, къ чорту на кулички, или въ какое-нибудь другое злачное и иріятное мѣсто. Лорды не имѣютъ права и, какъ добрые граждане, уважающіе законы своего отечества, даже не желаютъ стѣснять свопхъ бывшихъ фермеровъ въ выборѣ новой резиденцін. — Это ужасъ, это убійство! — Неправда! Эта логика! Вы, господа либералы, учились римскому праву. Вы называете его писаннымъ разумомъ (1а гаізоп йсгііе). Вамъ должно быть извѣстно, что право собственности есть ^из иіепйі еі аЬиіепсіі (право пользоваться и злоупотреблять). Желая получать съ своей земли возможно большіе доходы, лордъ только пользуется этой землей, а не злоупотребляетъ. Значить, оиъ не только не выступаетъ изъ должныхъ границъ своего неотъемлемаго и священнаго права, но даже далеко не доходитъ до тѣхъ границъ, который очерчены вокругъ него вашимъ писаннымъ разумомъ. Изъ-за чего же вы лѣзете на стѣну, когда все въ обществѣ обстоитъ благополучно, и когда спокойно и торжественно развертываются ирямыя и законный послѣдствія той идеи, передъ которой вы стоите на колѣняхъ? Если же римское опредѣленіе кажется
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4