129 ИСТОРИЧЕСКІЕ ЭСКИЗЫ. 130 его промышленное движеніе было основано на мелкой ремесленнойдѣятельности и на крупной биржевой игрѣ. Для характеристикитого времени любопытно замѣтить, что тогдашніе богачи съ особеннымъ удовольствіемъ покупали пожизненныя ренты, то есть они ззранѣе отнималиу своихъ наслѣдниковъ капиталъ, и затовъ теченіе своейжизни получали съ своего капиталаболыпіе проценты. Бъ этомъ обстоятельствѣ чувствуется еще разъ вліяніе господствовавшаго принципа «аргёз тоі Іе (Ши§е». Тогдашніе богачи, подобно птицамъ небеснымъ, не собирали въ житницы и не заботились о завтрашнемъ днѣ, потому что завтрашній день казался имъ весьма ненадежпымъ. ' Торговля и ремесленнаядѣятельность во всемъ королевствѣ была подчинена строжайшему цеховому устройству. Геприхъ III произнесъ то замѣчательное сужденіе, что только король даруетъ право труда, и эти слова сдѣлались руководящимъ принципомъ французскаго правительства въ отношеніи къ ремесленному населенію королевства. Заниматься ремесломъ позволялось только тому, кто принадлежалъкъ ремесленномуцеху; каждый цехъ управлялся мастерами, которые одни имѣли право принимать въ цехъ постороннія лица, а постороннее лицо, поступавшее въ цехъ, подвергалось испытанію со стороны мастеровъ, и кромѣ тогодолжно было платить за свое принятіе и государству, и цеху, и мастерамъ.Выгода мастеровъсостоялавъ томъ, чтобы удерживать за собой и за своими семействами монополію своего ремесла, потому они старались не приниматьвъ цехъ ни одного посторонняго лица, что имъ и удавалось въ большей частислучаевъ. Часто самые статутыцеха ограждали ихъ отъ всякихъ пришельцевъ, опредѣляя положительно, что мастерамимогутъ быть только сыновья мастеровъ или вторые мужья овдовѣвшихъ мастерицъ. Такимъ образомъ столяры, булочники или портныесоставлялитакую же замкнутую аристократію, какую образовали изъ себя наслѣдственныечиновники, парламентскіе совѣтники или банкиры. Вся Франція была покрыта громадной сѣтью различныхъ аристократій, и кому не удавалось родиться въ томъ или другомъ изъ этихъ счастливыхъкружковъ, тому почти нечего было дѣлать на земномъшарѣ и почти нечѣмъ было отбиваться отъ голодной смерти. Ему надо было идти въ услуженіе, наниматься въ поденщики или отдаваться въ безусловное распоряженіе мастера, который зналъ его безвыходное положеніе и, слѣдовательно^бралъ его въ кабалу на произвольно назначаемыхъ условіяхъ. Мужикъ, голодавшій въ деревнѣ, не находилъ себѣ облегченія и въ городѣ. Изъ всѣхъ аристократій, отравлявшихъжизнь французскаго пролетария, ремесленная аристократія была, по всей вѣроятности, самою тяжеСоч. Д. И. Писарева, т. III. лой; ея существоваеіе связывало простого человѣка по рукамъ и по ногамъ и, кромѣ того, самымъ радикальнымъобразомъ извращало глубочайшія основы народнаго характера. Пролетарію приходилось чувствовать зависть и ненавистьне только къ тому, кто былъ богатъ и знатенъ, но и къ своемубратубѣдняку, еслитолько этотъ бѣднякъ имѣлъ право заниматься такой работой, которая для простого пролетарія составляла запрещенныйплодъ. Съ богатымъи знатнымъпролетарій встрѣчался рѣдко; богатаго и знатнаго онъ видалъ издали; напротивъ того, привилегированнаго бѣдпяка онъ встрѣчалъ на каждомъ шагу, и каждая такая встрѣча растравляла его раны и подогрѣвала его враждебныя чувства. Пока пролетарій стоялъ въ тѣни, до тѣхъ поръ никто не обращалъвниманія на его чувства и на весь складъегохарактера;злоба его быласмѣшна, и страданія его возбуждали только презрѣніе; но когда пролетарій подъ знаменательнымъ имепемъ санкюлота въ свою очередь сдѣлался важнымъ лицомъ, тогда всплыли наверхъ всѣ чувства, посѣянныя въ его душѣ вѣками порабощенія, тогда систематическиискаженныйхарактеръ его сдѣлался двигателемъміровыхъ событій, и тогда историкамъ пришлось ужасаться передъ тѣми результатами, которые выработала исторія въ своемъ вѣковомъ теченіи. Пролетарій явился тѣмъ, чѣмъ сдѣлалъ его весь средневѣковой порядокъ вещей. Превращенный историческими обстоятельствами въ голоднаго волка, пролетарій не обнаружилъ голубиной кротости, и историки изумились и ужаснулись. Ремесленная аристократія была, подобно чиновной аристократіи, созданіемъ королевскаго правительства;постояннонуждаясь въ деньгахъ, короли продавалицеховыя привилегіи точно такъ же, какъ они продавали общественныя должности; французскіе правители въ этомъ случаѣ дѣйствовали, какъ покупатели пожизненныхъ рентъ, или вообще какъ люди, проживающіе капиталъ. Они брали съ своего государствабольшіе процентывъ настоящемъи чрезъ это готовили въ будущемъ емуи кому-нибудьизъсвоихъ наслѣдниковъ неизбѣжную катастрофу. Различныя аристократіи, выработанныяисторической жизнью или учрежденныя волей королей, глубоко сознавали свою взаимную солидарность и туроковую связь, въ которойнаходились между собой различные камни стараго общественнагозданія. Когда Тюрго въ 1776году уничтожилъзамкнутыецехи, тогда со всѣхъ сторонъ поднялись яростные вопли: парижскій парламента, принцы, пэры, доктора правъ объявили въ одинъ голосъ, что всѣ французы, начиная отъ ступенейтрона и кончая бѣдаѣйшей мастерской, составляютъ и всегда должны составлять непрерывную цѣпь твердо организованныхъкорпорацій, которыхъ неприкосновенность совершенно необходима для существованія государства и коб
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4