83 СОЧИНЕНІЯ Д. И. ПИСАРЕВА. 84 а второго рода—совсѣыъ читать не стоитъ. А чтобы понимать, надо стоять на извѣстнои степени развитія. Но если никто не принуждаетъ гимназистовъ читать историческія книги, тогда нѣтъ бѣды въ этомъ, что они возьмутъ въ руки такія сочиненія, которыя еще невполнѣ доступны ихъ пониманію. Не поймутъ—такъ оставятъ, а если будутъ читать, —значить^ находятъ удовольствие и, стало быть, что-нибудь понимаютъ. Я возстаю только противъ обязательнаго изученія исторіи и противъ обязательнаго чтенія историческихъ книгъ. Эта обязательность прямо наваливаетъ на молодой умъ непосильный грузъ и, слѣдовательно, неизбѣжно ведетъ за собою отупѣніе и упадокъ мыслительной силы. УП. Географія, конечно, можетъ и должна быть преподаваема въ гимназіяхъ, но, конечно, не такъ, какъ она преподается теперь. Вину плохого преподаванія сваливаютъ на учебники, и въ этомъ случаѣ крестовый походъ противъ плохихъ учебниковъ оказывается такой же смѣшной несообразностью, какой онъ оказался въ дѣлѣ Смарагдова и компаніи. Существенный недоетатокъ въ преподаваніи географіи заключается въ томъ, что политическая географія преобладаетъ надъ физической, а этотъ недоетатокъ можетъ быть устраненъ только тогда, когда географія будетъ преподаваться въ тѣсной связи съ геологіей, ботаникой и зоологіей. Въ нашихъ географическихъ учебникахъ стоятъ на первомъ планѣ имена горъ, рѣкъ, озеръ, ыысовъ и особенно городовъ; но въ нихъ есть также замѣчанія о почвѣ, климатѣ и естественныхъ произведеніяхъ . На эти замѣчанія ни учитель географіи, ни его ученики не обращаютъ никакого вниманія, и дѣйствительно вниманія обращать не стоитъ, потому что замѣчанія гласятъ обыкновенно, что почва плодородная, климатъ благорастворенный, илиумѣренный, или холодный, произведеній много, и всѣхъ не упомнить. Стало быть, если о плодородіи почвы отозваться умѣренно, а о климатѣ сообразить приблизительно по градусу широты, то дѣло сойдетъ благополучно. А на счетъ произведеній учитель рѣдко спрашиваетъ; вѣдь онъ видитъ, что ученикъзапомнилъ нѣсколько десятковъ именъ, означающихъ горы, рѣкй и города: къ чему же ему гнаться еще за дюжиной именъ въ родѣ банановъ, нататовъ, баобабовъ, кокосовыхъ пальмъ, орангутанговъ, тапировъ, кенгуру, орниторинксовъ; для ученика, незнакомаго съ естественными науками, это все такія же имена, какъ Камбоджа, Брамапутра, Давалагири, Чандернагоръ и т. д. А если бы учитель взялся объяснять каждое изъ именъ, означающихъ диковинныя растенія или принадлежащихъ диковиннымъ животнымъ, то ему пришлось бы сдѣлать въ преподаваніи своего предмета цѣлый переворотъ, и переворотъ этотъ принесъ бы очень мало пользы, потому что двѣ самостоятельныя науки, ботаника и зоологія, не могутъ быть сообщены ученикамъ между прочимъ, въ прибавленіи къ урокамъ географіи. Ни учебникъ, ни учитель географіи не могутъ своими средствами исправить общій недоетатокъ системы. Географія прежде всего должна быть описаніемъ земли. Она должна дать ученику рядъ картинъ, показывающихъ ему, какъ размѣщены на земномъ шарѣ минералы, растенія, животныя и люди. Она должна объяснить ему связь, существующую между этими произведеніями, съ одной стороны, и устройствомъ поверхности, орошеніемъ, свойствами почвы и климатическими условіями, съ другой стороны. Словомъ, дѣло географіи—показать общую связьотдѣльныхъчастей; ея дѣло нарисовать общія картины природы. Но исполнить эту важную итрудную задачу она можетъ только въ томъ случаѣ, если отдѣльныя части будутъ уже извѣстны учащимся. Географія можетъ и должна опираться на всѣ естественныя науки, но замѣнять ихъ собой она не можетъ,, потому что въ такомъ случаѣ ей пришлось бы обратиться въ необъятную энциклопедію, наполниться множествомъ эпизодическихъ подробностей и, сдѣдовательно, совершенно упустить изъ виду свою единственную законную цѣль. Стало быть, учебники наши ни въ чемъ не виноваты, они совершенно соотвѣтствуютъ общимъ требованіямъ системы, и хорошіе учебники могутъ возникать только тогда, когда будетъ перестроена вся система. Теперь преподаваніе географіи впадаетъ въ тѣ же роковыя ошибки, которыя я указалъ въ преподаваніи исторіи. Вмѣсто того^ чтобы описывать землю, географія старается описывать государства, или, другими словами, старается представить картину современной жизни человѣчества, точно такъ же, какъ исторія усиливается представить картину прошедшей жизни человѣчества. Старанія географіи, въ этомъ случаѣ, такъ же безплодны, какъ усилія исторіи. Могутъ ли ученики понять, что такое правительство монархическое неограниченное, монархическое ограниченное^ республиканское? чтб такое религія римско-католическая, лютеранская и англиканская? что такое университеты, ученыя и учебныя заведенія, заводы, фабрики и мануфактуры, гавани и крѣпости, и другія слова, которыми для разнообразія пересыпаны собственный имена городовъ? что такое каналы, доки, верфи, таможни, биржи? что такое мѣсторожденія замѣчательныхъ людей, которыхъ имя попадается ученику въ первый разъ въ жизни, и что такое памятники, воздвигнутые въ честь ѳтихъ людей или въ воспоминаніе событій, о которыхъ ученикъ также не слыхалъ никогда? Чтобы объяснить ученику различные образы правленія, надо прочитать ему сравнительный обзоръ европейскихъ конституцій; чтобы слова: римско-католическій, лютеранскій и т. д.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4