573 ИСТОРИЧЕСКОЕ РАЗВИТІЕ ЕВРОПЕЙСКОЙ МЫСЛИ. 574 клерикализмомъ, своей яростной ненавистьюкъ протестантамъ и своимъ глубокимъ невѣжествомъ. Во время революціи ирошлаго столѣтія католическая реакція была особенно сильна въ тѣхъ самыхъ болыиихъ городахъ южной Франціи, въ которыхъ до крестоваго похода иройшъ альбигойцевъразвивалось реальное знаніе и вырасталасвободная мысль. —Клерикалы серьезно задумались надъ событіями XII вѣка; сиѣлое философствованіе отдѣльныхъ личностей, быстрое раснространеніе ересейвъ народныхъмассахъ—все это было для нихъ совершенно ново. Они сообразили, что пришла пора переиѣнить тактику:держатьсячисто-отрицательныхъмѣръ, то-есть давить безъ разбору всѣ проблески образованія —это было очень удобно въ ТІ и въ ' ТІІ вѣкѣ; но въ XII и въ XIII такая работа становилась уже затруднительной. Можно было задать страху еретикамъпосредствомъпоголовнаго истребленія; но часто прибѣгать кътакимъ героическимъ средствамъ и одерживать такія блестящія нобѣды—было опасно; нѣтъ той системы, которая могла бы постоянно поддерживать себя конвульсивными потрясеніями. Надо было измыслить какую-нибудь машину, ■—такую, которая давила и извращала бы человѣческій умъ ровно, спокойно, постоянно, безъ открытой войны, безъ опустошенія цѣлыхъ областей. Машина эта дѣйствительно была изобрѣтена и пущена въ ходъ въ началѣ XIII вѣка. Оаа состояла изъ трехъ главныхъ частей, которыя однако были очень тѣсно связаны между собою. Во-первыхъ—нищенствующіе ордена, вовторыхъ—церковная схоластика и въ-третьихъ—инквизиція. —Два фанатика, Францискъ и Доииникъ, основали въ началѣ XIII вѣка два монашескіе ордена, францисканцевъи доминиканцевъ; люди, поступающіе въ этиордена, обязывались жить милостыней, отказываться отъ всякой роскоши, ходить по городамъ и селамъ и при каждоиъ удобномъ случаѣ говорить народу проповѣди на народномъ языкѣ. Посредствомъ этихъ орденовъ, разросшихся съ изумительной быстротой, римская іерархія пріобрѣтала постоянное и очень сильное вліяніе на низшіе классы народа. Обязательная бѣдность францисканцевъ и доминиканцевъ зажимала ротъ тѣмъ еретикамъ, которые обращали вниманіе народа на богатство и изнѣженность римскаго духовенства. Еъ словамъ аббатовъ или епископовъ, одѣтыхъ въ бархатъ и заплывшихъ жиромъ, народъ могъ относиться съ предубѣжденіемъ; онъ могъ смотрѣть на этихъ людей, какъ на чиновниковъ, получающихъ огромное жалованье за свою службу. Но когда тѣ же самыя мысли высказывались человѣкоиъ, переносящимъ добровольно всякія лишенія, тогда эти мысли должны были получить въ глазахъ массы значительный вѣсъ. Тутъ вся наружность оратора говорила ясно, что онъ никѣмъ н ничѣиъ не можетъбыть подкуцленъ. Но надо было устроить такъ, чтобы воодушевленіе этихъ нищихъораторовъ постоянно поддерживалось и нодогрѣвалось. Еромѣ того, надо было строго наблюдать за тѣмъ, чтобы они не сбивались въ сторону, чтобы они говорили дѣйствительно все то и только то, что, но соображеніямъ римской іерархіи, слѣдовало говорить. Въ нротивномъ случаѣ, все ихъ вліяніе на простой народъ могло бы обратиться противъ папства, и, вмѣсто того чтобы быть нолезнѣйшими защитникамипапскихъ принциповъ, они могли сдѣлаться ихъ опаснѣйшами врагами. Чтобы застраховать нищенствующихъ монаховъ отъ ереси, римская іерархія ухитриласьнаправитьвсѣ ихъумственныя силы къ безконечнымъ діалектическимъ турнирамъ схоластическаго богословія. Вся философія и все богословіе средневѣковой Европы называется въ настоящее время схоластикой. Самое слово схоластикане заключаетъ въ себѣ никакого норицательнаго значенія. Оно происходить отъ латинскаго слова «зеЬоІа»—что 1 значитъ школа. Философія и богословіе тѣхъ временъ называются школьными по той простой причинѣ, что онигосподствоваливъ тогдашнихъ школахъ. Но та схоластика, которую старался развивать Рииъ, носитъ на себѣ совершенно особенную печать. Ея типическоесвойство заключается въ томъ, что результатъ, къ которому обязанъ нридти мыслитель, всегда извѣстенъзаранѣе. Напримѣръ, Абеляръ, неимѣвшій ничего общаго еъ той спеціальной схоластикой, которую взлелѣяли клерикалы,—написалъ очень непріятную для Рима книгу, подъ заглавіемъ; <8іс еі: поп» («Даи нѣтъ»). Въ этойкнигѣ онъ доказываетъ, что сочиненія многихъцерковныхъ писателей, считавшихся непогрѣшимыми, заключаютъ въ себѣ огромное количество внутреннихъ нротиворѣчій, что эти писателипротиворѣчатъ другъ другу на каждомъ шагу, что объ одномъ и томъ же вопросѣ они говорятъ и да, и нѣтъ. Ясное дѣло, что такая книга составляетърезультатъ критическагоизслѣдованія, не направленнагокъ предвзятой цѣли. Абеляръ читалъ, изучалъ, сравнивалъ писателей,нашелъ въ нихъ неприииримыяпротиворѣчія и откровенно высказалъ свои умозаключенія. Настоящій схоластикъ долженъ былъ взяться за дѣло совершенно иначе. Еще не раскрывая ни одной книги, онъ уже зналъ твердо, что въ такихъ то , писателяхъникакихъ противорѣчій быть не можетъ. Этотъ выводъ стоялъ непоколебимо, и къ нему онъ долженъ былъ ненремѣнно придти въ концѣ своего изслѣдованія. Значитъ, все дѣло его состояло въ томъ, чтобы посредствомъ діалектическихъ маневровъ примирить всѣ крайности, даже и такія, которыя никакъ не могутъ примириться. Если одинъ авторитетъговоритъ: «да», а другой: «нѣтъ», то схоластикъдолженъ доказать, что оба правы и что оба между собою
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4