541 ИСТОРИЧЕСКОЕ РАЗВИТІЕ ЕВРОПЕЙСКОЙ мысли. 542 утверждать, съ другой стороны, что и народъего былъ самымъ счастливымъ изъ всѣхъ тогдашнихъ народовъ. Для жителей Франціи, Англіи и Германіи было мало пользы отъ того, что ихъ правителижиливъ какихъ-тодеревянвыхъ сараяхъ, безъ печей, безъ оконъ и съ простымъ отверетіемъ въ крышѣ для дыма; грязь, копоть, сырость и сквозной вѣтеръ, господствовавшіе въ этихъ первобытныхъдворцахъ, нисколько не мѣшали аштелямъ быть такимижалкими, ограбленными и замученнымисуществами, о какихъ мы теперь съ трудозіъ можемъ составить себѣ приблизительное понятіе, несмотря даже на то, что современныйевропейскій пауперизмъможетъ доставить нашему воображенію превосходные матеріалы. Въ тогдашней Европѣ всѣмъ было скверно жить: мужикъ выбивался изъ силъ за работой и все-таки вырабатывалъ мало; воинъ отнималъ у мужика послѣдній кусокъ хлѣба и все-такибылъодѣтъ въ вонючія тряпки, покрыть чесоткой и насѣкомыми^ подверлсенъ всякимъ болѣзнямъ, лишенъврачебной помощи и совершенно неспособенъдоставить себѣ то, что всякій, даже самый грубый человѣкъ, пазываетъ наслажденіемъ. Съѣсть цѣлый окорокъ ветчины, выпить чуть не полведра какой-нибудь хмѣльной бурды, —вотъ все, что могъ сдѣлать тогдашній богатый и сильный воинъ, когда ему хотѣлоеьповеселитьсвоюдушу. Этоесе—чрезвычайно немного; ему становилосьневыносимо скучно и досадно; «хоть бы поколотить кого-нибудь», приходило ему въ голову,-—и онъ колотилъ своихъ сосѣдей, топталъ крестьянскія жатвы, жегъ ихъ хижины, получалъ за всѣ эти подвиги порядочный затрещиныотъ другихъ скучающпхъ рыцарей, и жизнь такимъ образомъ кое-какъ на- --■полнялась впечатлѣніями. Роскоши не было, но это отсутствіе роскоши не доставляло рѣшительно никому ни пользы, ни удовольствія. Роскоши не было, но за то было очень большое озорство и безобразіе, которое было убыточнѣе самыхъ утонченныхъзатѣй Абд-Эррахмана и его придворныхъ. Арабскіе халифы кутили въИспаніи слишкомъ семьсотъ лѣтъ, и тѣмъ не менѣе при взятіп Гранады, въ 1492 году, арабыбыли богаты, дѣятельны и предпрівмчивы, —значитъ, основной капиталънарода не былъ истраченъ; умъ, характеръ и сильное тѣлосложеніе людей «стались неприкосновенными; производительныя силы странытакже не истощались. А испанскіе короли распорядились совсѣмъ иначе: они ограбили арабовъ, ограбили мексиканцевъ, ограбили перуанцевъ, всѣминаграбленнымисокровищами не доставили себѣ тѣхъ удобствъ жизни, которыми пользовались халифы, и при всемъ томъ уже въ сеинадцатомъстолѣтіи довели свое государство до совершенной нищеты, а народъ до замѣчательной степени отупѣнія. Эта поучительная параллель доказываетъ намъ, что не роскошь высшихъ классовъ общества губитъ и разоряете народъ, а умственная неподвижность, узкость попятій и односторонность стремленій. Когда въ обгцествѣ кипитъ живая дѣятельность мысли, н когда силынарода поддерживаются и развиваются разнообразіемъ труда, тогда являются неизбѣжно перавномѣрное распредѣленіе богатствъ, накопленіе большихъ капиталовъ и вслѣдствіе этого неумѣренная роскошь въ высшихъ слояхъ денежнойарпстократіи. Эти явленія вредны для благосостоянія народа, но они составляютъ зло переходное и поправимое. Болѣзнь сама приноситьсъсобою 7 лѣкарство. Высшіе классы разоряются и уступаютъ мѣсто среднему сословію, болѣе образованному и трудолюбивому; изъ этого сословія выходятъ люди, обогащающіе народъ открытіями и задумывающіеся серьезно надъ положеніемъ трудящагося большинства. Эти люди поддерживаютъ и направляютъ дѣятельность народнаго ума, и, благодаря ихъусиліямъ, обиженноебольшинство понемногу начинаетъвступатьвъ свои естественныя права. XI. Для испанскихъарабовъ было бы,разумѣется, лучше, если бы Абд-Эррахманъ и егопреемники строили себѣ менѣе великолѣпные дворцы. Но для европейской цивилизаціи вообще роскошь испанскихъхалифовъ быланезамѣнимымъ благодѣяніеиъ. Надо было, чтобы просвѣщеніе являлось передъ дикарями въ самомъблестящемъ и неотразимообаятельномъ видѣ; надо было, чтобы оно шевелило дикаря со всѣхъ сторонъ, чтобы каждая фибра грубой нервнойсистемы дрожала въ немъ отъзавистипри видѣ недоступныхъ ему наслажденій или отъ удовольствія въ томъ случаѣ, когда ему удавалось подышать нѣсколько времени разнѣживающей атмосферой цивилизованнойжизни. Надо было, чтобыосновная мысль цивилизаціи являлась передъдикаремъвъсамой популярной формѣ; а, разумѣется, матеріальныя удобства жизни составляютъ самое наглядное и популярноеизложеніе тѣхъ преимуществъ,которыя достаются на долю образованнаго человѣка. Доказать дикарю, что наука—-вещь хорошая, что она расширяетъ умъ человѣка, облагораживаетъ его стремленія, доказать все это дикарю совершенно невозможно. Ему иадо показать. Вотъ, молъ, любезный, посмотри, пощупай, понюхай, отвѣдай, да и соображай. Весело было жить на свѣтѣ проклятымъ басурманамъ, и ихъ веселость нашла себѣ вырааіеніе въ легкой и игривой поэзіи, воспѣвавшей V и красоту женщинъ, и сладость запрещеннаго вина, и всѣ радости беззаботной молодости. Эта поэзія, сама по себѣ пустая и ничтожная, и безполезная для того народа, среди котораго она возникла, была замѣчательпа, какъ новая приманка для европейцевъ, какъ новое и со-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4