403 СОЧИНЕН ІЯ Д. И. ПИСАРЕВА. 404 воды безъ всякой надобностии безъ малѣйшаго желанія, сколько разъ вода захлестывала ему ноздри и сколько разъ пойманныя насѣкомыя ускользали изъ его пастивъ то время, когда онъ фыркалъ и отплевывался. Повторитъ ли онъсвое илаваніе,-—это, конечно, зависитъотъ того, понравиласьлиемупервая попытка; ноеслиживотное можетъ дѣлать попытки и въ случаѣ удачи повторять ихъ, то куда же послѣ этого укроется принцицънеизмѣнныхъ привычекъ? Разныя птицы очень часто дѣлаютъ то, что несвойственно ихъ породѣ, и что совершенно свойственнокакой-нибудь другой породѣ,, вовсе на нихъ непохожей. Мухоловка (Мивсісара) обыкновенно прыгаетъпо деревьямъ и питаетсянасѣкомыми; но Дарвинъ видѣлъ не разъ, какъ одна изъ птицъ этого рода 8аигор1іа§из гшіріиігаіиз, подобно коршуну, держалась въ воздухѣ на одномъ мѣстѣ съ распростертыми крыльями, потомъ дѣлала быстрый поворота и вслѣдъ затѣмъ останавливаласьтакимъже образомъ надъ другой точкой. Коршуну, какъ хищнику, очень удобно такимъ образомъ высматривать себѣ съ высотыдобычу, состоящуюизъ птицъи мелкихъ звѣрьковъ; но для мухоловки, питающейся насѣкомыми, такой снособъ вовсе не можетъ быть полезенъ; стало быть, тѣ субъекты, за которыми Дарвинъ подмѣтилъ эту замашку, руководствовались какими-нибудь особенными соображеніями, неимѣющими тѣснойсвязи съобыкновеннымипотребностямии привычкамивсей породы. Дарвину случалось также видѣть, что ВаигорЬа- §и8 зиІрЬигаіиз стоитъ надъ водой, караулитъ мелкую рыбу и потомъ вдругъ кидается на нее, выбравъ удобную минуту; а между тѣмъ мухоловка нисколько не приспособленакъ водяной охотѣ. Стало быть, она сама себя приспособляетъ; а принципъопять-такистрадаетъпо случаю ея нескромности. Синица (Рагиз та]ог) также позволяетъ себѣ разныя непослѣдовательности; обыкновенно она прыгаетъ по вѣткамъ деревьевъ и питаетсяягодами, зернамии насѣкомыми; но иногда она лазить, какъ пищуха; иногда она своимъ клювомъ бьетъ мелкихъптичекъ по головѣ до смертии внолнѣ подражаетъ въэтомъотношеніи хищномусорокопуту(Ьапіиз), который однако вовсе не похожъ на нее и принадлежитъдаже къ совершенно другому семейству. Иногда та же самая беззаконная синица разбиваетъмелкіеорѣхи, ударяя ихъпо нѣскольку разъ объ дерево, и въ этомъ случаѣ она берета примѣръ съ орѣховки (КисіГга^а), которая также нринадлежитъ къ другому семейству. Принципъ, принципъ! Каково ты себя, другъ мой, чувствуешь? Но это еще все цвѣточки, а настоящія-то ягоды заключаются въ томъ фактѣ, что цѣлыя породы, находящіяся между собой въ самомъ близкомъ родствѣ и очень похожія другъ на друга по складу тѣла, ииѣютъ такія постояиныя привычки, въ которыхъ самый усердныйобожательпринципанеусмотритъдалее ни малѣйшаго сходства. Дятелъ (Рісиз) всѣмъ устройствомъ своего тѣла превосходно приспособленъ къ тому, чтобы лазить по деревьямъ, выстукивать насѣкомыхъ изъ-подъ коры ударами клюва и довить ихъ языкомъ въ узкихъ трещинахъи углубленіяхъ. Вотъ какъ описываетъ его учебникъ зоологіи: «Клювъ прямой, коническій; языкъ длинный, заостренный, роговой, нрикрѣпленный къ подвижнымъ язычнымъ костямъ, можетъ съ быстротой выдвигаться изо рта. Хвостъ съ жесткими перьями, служащими опорой при лазаніи». Къ этому описанію можно прибавить, что и ногаэтой птицыпо устройству пальцевъ и когтейпревосходноприноровленакъ обыкновеннымъпривычкамъогромнагобольшинства дятловъ, которые дѣйствительно постоянно карабкаются по стволамъ и толстымъсучьямъ деревьевъ, стучатъвъ нихъ клювомъ и вылизываютъ изъ нихъ разныхъ насѣкомыхъ. Но и междудятламивстрѣчаются неблагодарныевольнодумцы, для которыхъ всѣ эти милостизаботливой природы остаются мертвымъ каппталомъ. Въ Сѣверной Амерпкѣ одна порода дятловъ питается преимущественно плодами, а другая, одаренная длинными крыльями, детаетъ вслѣдъ за насѣкомыми и ловитъ ихъ на воздухѣ, вмѣсто того чтобы выстукивать изъ-подъ древесной коры. Ага!—скажетъзащитникъпринципа, —длинныя крылья! оттого-то они и летаютъ за насѣкомыми, что у нихъ длинныя крылья. На это восклицаніе можно отвѣтить, что защитникъ принципа, какъ утопающій, хватается за соломинку, которая такъ и останетсяу него въ рукахъ. Во-первыхъ, длинныя крылья вовсе не мѣшаютъ этимъ дятламъ карабкаться по деревьямъ; а во-вторыхъ, крылья обыкновенныхъ дятловъ вовсе не коротки и не слабы, такъ что обыкновенный дятелъ очень легко и удобно могъ бы ловить насѣкомыхъ на лету, если бы того требовалимѣстныя обстоятельства. А почему именнокрылья длиннѣе у того дятла, который больше другихъ летаетъ, на этотъ вопросъ теорія лукаваго Дарвина даетъ, кажется, совершенно удовлетворительный отвѣтъ. Она произносить въ этомъ случаѣ только двѣ пары словъ: «упражненіе органовъ> и «естественный выборъ>. Читатель долженъ понимать, что этого вполнѣ достаточно. Дятелъ Соіаріез, живущій въ Мексикѣ и описанный Соссюромъ, самымъ необыкновеннымъ образомъ извращаетъ свои естественныя дарованія.Онъ выдалбливаетъсвоимъкрѣпкимъ клювомъ углубленія въ стволахъ очень твердыхъ деревьевъ и складываетъ въ эти углубленія запасы зеренъ, обезпечивающіе его продовольствіе. Соіаріез—-дятелъ, и нашъ европейскій Ріспз—■ такжедятелъ; у одного крѣпкій клювъ, и у другого также крѣпкій клювъ. Спрашивается, по-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4